Иванна Флокс – «Весомый» повод для скандала (страница 38)
Как бы мне хотелось подчиниться простой иррациональной потребности. Но вместо этого я ушел. Сказал какую-то колкость трусливому ублюдку, склонил голову в ледяном, почтительном поклоне перед Элайной — и ушел.
Каждый мускул был напряжен до боли, спина горела под взглядом, который, как знал, девушка устремила мне вслед.
Я должен был отдалиться. Выдохнуть. Снова надеть маску безразличного герцога, которого слегка позабавила нелепая сцена. Но сначала — хоть на мгновение — дать волю Каину Ривенгеру.
Я свернул в самую гущу зарослей, где запах хвои и влажной земли перебивал дурманящие духи и смрад человеческого пота. Уперся ладонями в шершавый ствол старой сосны, чувствуя, как мелкая дрожь бежит по рукам. Глубокий, медленный вдох. Яростный рык, удар по шершавой коре, царапающей кожу. Выдох. Еще один удар. Боль растеклась по телу, отрезвляя. Сердце, выскакивающее из груди, понемногу стало успокаиваться, уступая место привычной, холодной ясности.
«Элайна права. Чертовски права. Ее план — единственный разумный путь, — убеждая себя, произнес мысленно. — Вломиться в дом Де Рошей с обыском? У меня нет доказательств. Прижать Оливера? Он слишком хитер и осторожен. А так… Так Элайна, словно лиса, неспешно пробирается в самый центр курятника, используя единственное оружие, которое у нее есть — себя», — от данного факта снова свело нутро.
Но, проклятье, она была чертовски хороша в своей отчаянной, восхитительной храбрости! И боги, как же это бесило!
Когда я вышел из леса, сделав вид, что просто наслаждался уединенной прогулкой, меня уже поджидала Шарлотта Лакруар. Хрупкая, как фарфоровая куколка, в нежно-голубом платье. Ее лицо озарилось наигранной радостью.
— Ваша светлость! А я вас ищу! — девушка подбежала, и ее пальцы легким, навязчивым жестом коснулись моего рукава. — Мы слышали крик из рощи. Все в порядке? Я так испугалась! — надула она губы, словно капризный ребенок.
— Пустяки, леди Шарлотта, — я устало провел рукой по волосам, безуспешно пытаясь отогнать прочь образ Элайны. — Граф Де Рош распугал птиц, вот и все.
— О, этот Арманд! — она взмахнула ресницами. — Он вечно создает проблемы. Вы… Хм… Мне кажется или вы выглядите расстроенным.
— Отнюдь, — заставил я себя вежливо улыбнуться, смотря на девушку, старательно демонстрирующую все свое напускное очарование.
— Жаль, что вас не было рядом. Столько всего интересного пропустили!
Возможно мне следовало вежливо извиниться и уйти, найти Маркуса, постараться вернуть себе твердую почву под ногами, но после всего случившегося мысль о пустой, легкомысленной беседе вдруг показалась привлекательной — шансом отвлечься, успокоиться.
— Приношу свои извинения за то, что разочаровал вас, — я позволил губам дрогнуть в вежливой улыбке. — Что же я пропустил?
— Игру в ленточки! Участники задавали друг другу весьма занимательные вопросы, — она раздосадовано вздохнула. — Я надеялась на ваше участие. Но что уж теперь. Не составите мне компанию? Может, прогуляемся?
Я кивнул, предлагая ей руку. Мы пошли по краю поляны. По мере прогулки чувствовал, как напряжение понемногу отпускает. Болтовня леди Лакруар о нарядах и светских новостях требовала минимального участия — достаточно было кивать и поддакивать. Я смотрел поверх голов гостей, неосознанно ища в толпе женственную фигуру в изумрудном платье.
И нашел.
Элайна стояла перед Армандом, и казалось, сам воздух вокруг нее трещал от накала эмоций. Эта девушка… Она была воплощением ярости — благородной, очищающей, завораживающей. Черты миловидного лица, обычно такие мягкие, заострились, став почти скульптурными под давлением сдерживаемого гнева. Это был гнев живой, обжигающий, лишающий дара речи. За столь короткое время, мне уже доводилось видеть ее разной — холодной, расчетливой, ранимой, но такой... такой ослепительной в своем праведном негодовании я не видел никогда. Даже тогда… в ту ночь, когда проник в ее покои и, не спросив позволения, словно вор украл поцелуй, она так не злилась. А он... Арманд взирал на это великолепие с тупым, обезьяньим непониманием, словно перед ним не пылала яростью невероятная женщина, а досадная раздражающая помеха.
И в этот момент Элайна перевела взгляд, словно почувствовала мое внимание. Наши глаза встретились. Всего на мгновение. И в этих зеленых глубинах я увидел усталость. Боль. И ещё кое-что… нечто, что заставило мое сердце сделать неровный толчок.
Шарлотта, видимо заметив мой интерес, что-то сказала, но я даже не расслышал, все еще поглощенный Элайной.
— Герцог? — обиженно буркнула моя спутница, и тогда, почти не думая, я наклонился к ней, будто стараясь расслышать слова девушки в общем гуле, даря ей очередную дежурную улыбку.
И снова поймал взгляд Элайны. На этот раз в нем было нечто новое — укол ревности. Острый, безошибочный. Она резко отвернулась, но было поздно — я уже увидел.
И внутри, вопреки здравому смыслу, вспыхнуло ликование. Глупое, дикое, мальчишеское, но такое сильное, что едва мог дышать. Никогда прежде женщины не вводили меня в состояние безудержного восторга лишь одним своим взглядом. “Ох, эта Элайна! Она станет моим будущим или гибелью…»
Осознание, что леди Делакур, как и я сходит с ума, как и я испытывает эти неконтролируемые чувства, вскружило голову. На короткий я миг представил, как порывисто пересекаю поляну и, подхватив ее, уношу прочь, игнорируя сплетни и ошеломленную аристократию. Проклятье, как соблазнительно…
— …так вы согласны, герцог? — Шарлотта дернула за мой рукав, с обидой смотря на меня снизу вверх.
— Простите, я отвлекся, — я заставил себя вернуться к разговору, моргнув. — О чем вы говорили?
— Вы такой невнимательный! Я приглашаю вас на чаепитие, — она надула губки. — Здесь так шумно, а мне хочется спокойной беседы.
Глава 43. Предупреждение
Откровенно говоря, я не хотел соглашаться на ее приглашение, но вокруг нас с Элайной становилось все больше пересудов, которые могли помешать ей и привлечь ко мне ненужное внимание. Шарлотта стала неплохим прикрытием. Я не собирался уделять ей особое внимание, лишь держался поблизости, прекрасно зная, что сплетники сами додумают.
Мои мысли витали далеко. Я анализировал все имеющиеся у нас данные, думал о последней вылазке Маркуса. Недавно нам удалось выявить и проникнуть на один из портовых складов Оливера Де Роша, но найденные улики были лишь косвенными. Также утром пришло донесение о том, что судно Уоткенсов причалило к берегу. Теперь мы были начеку, ожидая новых исчезновений. Все это вертелось в голове, накладываясь на образ Элайны — то отчаянной и храброй в гневе, то холодной и расчетливой в своем отказе.
Мой взгляд вновь нашел ее. Без раздражающего сопровождения. Девушка прошла по поляне, вежливо кивая знакомым. Манон, все еще бледная и встревоженная, следовала за ней по пятам.
Арманд куда-то исчез, вероятно, зализывая раны своего самолюбия.
Элайна держалась с привычным достоинством, но я, научившийся читать малейшие оттенки ее настроения, видел — она на грани. Легкая дрожь в руках, когда нежные пальцы крепче сжали бокал, выдала истинные чувства. Слишком прямой взгляд говорил об усталости. Казалось, девушка силой удерживает себя от того, чтобы оглянуться. В поисках кого? Арманда? Или меня?
Шарлотта что-то говорила, и я механически кивал, не слыша ни слова. Все мое внимание было приковано к Элайне.
К ней подошел дядя, граф Вертрам, с супругой о чем-то спрашивая и пытаясь вовлечь родственницу в беседу. Она вежливо улыбнулась в ответ — улыбкой, которая не достигла глаз. Улыбкой, полной усталости.
И вновь я поймал себя на мысли, что хочу подойти. Отбросить всю эту игру. Спрятать ее от всех этих людей. Сказать, что она не обязана так себя мучить. Что есть другие способы. Мои способы. Пусть более грубые, пусть рискованные. Но такие, которые не заставят ее сталкиваться с лицемерными мразями, вроде Арманда и его подпевал.
Но я остался на месте.
Подобный порыв с моей стороны стал бы предательством. Предательством ее доверия, пренебрежением ее усилиями. Элайна выбрала этот путь и стойко шла по нему. А я даже помочь не мог до тех пор, пока она не достигнет нужной точки. Оставалось только, как дураку, стоять в стороне, наблюдая, как девушка, коснувшаяся моего сердца, медленно сгорает.
— Кажется, леди Делакур не в духе, — приторно сладкий голос Шарлотты вернул меня к реальности. Она смотрела на Элайну с притворным сочувствием. — Бедняжка. После всего, что случилось… Не успели помириться и уже снова поссорились с графом Армандом. Видели? Он был в ярости.
Леди Лакруар выжидающе смотрела на меня, пытаясь распознать реакцию.
— Ссоры между влюбленными — дело обычное, — я отпил чаю, давая понять, что меня это мало занимает.
— Влюбленными? — Шарлотта фыркнула. — Сомневаюсь. Скорее из-за ущемленного самолюбия Арманд просто пытается вернуть то, что считает своей собственностью. А Элайна… — девушка многозначительно замолчала. — Она давно по нему вздыхала, глупышка. Все об этом знают. Хотя, если не врут слухи, леди Делакур нашла утешение в обществе другого джентельмена. Герцог, вам ничего об этом не известно? — глаза ее заблестели любопытством.