Иван Вологдин – Эксбиционист (страница 2)

Сексуальные потребности, свойственные тридцатилетнему возрасту Сергей удовлетворял легко – большая зарплата, проценты с вкладов и солидные премии от руководства он не транжирил, предпочитая копить капитал, однако три-четыре раза в месяц, в свой короткий, воскресный выходной, Берлов позволял снять себе дорогую представительницу самой древней профессии. Такой формат «общения» с женским полом его полностью удовлетворял, равно как и действия по схеме: выбрал девушку, заплатил деньги, получил удовольствие, отправил её домой.

Как опытный финансист и вкладчик, Берлов прекрасно понимал, что в современном мире даже самая дорогая женщина лёгкого поведения обходиться дешевле для кошелька, чем потребности избалованных фиф, которые вели настоящую охоту за лакомым женихом, которым являлся Сергей. Все эти дамы, иногда дежурившие у его подъезда, чтобы якобы случайно поскользнуться и упасть у него на глазах, не могли дать в ответ ничего, кроме истерик и кривляний на телефон, следовательно, не стоили для него и ломаного гроша.

В свою очередь, с женщинами лёгкого поведения Сергей общался просто и легко. Постепенно, у него, как у любого постоянного клиента, появились свои любимицы, которые, весьма ценили галантность и добропорядочность молодого человека, равно как и его красоту. Поэтому часто не брали плату, в обмен на возможность хорошо и комфортно провести время с Берловым.

Возможно, в столь пикантной благотворительности, была и ещё одна скрытая первопричина – природа наградила Сергея просто отличной внешностью и фигурой. Говорят, что красивые люди появляются на свет, если их делают с любовью и Берлов прекрасно соответствовал этому милому заблуждению, так как был рождён в великой любви и понимании между родителями, которую, впрочем, они полностью потеряли с годами.

Худой, высокий, черноволосый мужчина, со стальными, серыми глазами, очень похожий на своего отца, неизменно притягивал взгляды женщин к себе на улице, когда шёл пешком (это случалось редко, так как в пользовании Сергея уже давно была престижная иномарка родом с Японии). Чистая кожа, белые зубы, опрятный внешний вид, длинные, тонкие пальцы и отсутствие лишних отложений на теле являлись его визитной карточкой на работе и в быту. Он знал, что может легко очаровывать женщин своим внешним видом, поэтому без зазрения совести пользовался этой способностью, мило заигрывая практически с каждой, с кем сводила его судьба.

Жертвами его природного магнетизма и обаяния становились как рядовые сотрудницы банка, так и леди, работавшие в руководстве. Его ореол влияния не ограничивался чистыми, белыми стенами отделения банка, где он проводил шесть дней в неделю, в большом и просторном кабинете, но напротив, простирался на любое место, где бы Сергей ни появлялся. Кассирши продуктовых магазинов, консультанты салонов связи, парикмахерши престижного заведения в центре Иркутска – все они в тайне мечтали, что именно им знаменитый красавец ответит взаимностью. Но этого не случалось, потому что эмоционально холодный от природы Берлов прекрасно контролировал свои чувства.

Так бы и жил Сергей до солидного возраста, если бы не одно происшествие, в корне изменившее жизнь.

Глава 1. Новая жизнь начинается с краха

Можно сказать, что история внутреннего преображения Сергея началась утром 30 сентября 2017 года, пять дней спустя после разговора на прокуренной лестничной клетке.

В тот день, бывший финансовый аналитик, а ныне исполняющий обязанности руководителя отделения, находился в прекрасном расположении духа. Бодрый и мотивированный Сергей, ранним субботним утром выезжал со двора на работу. Завтра его ждал выходной, и он искренне хотел одного – расслабиться в компании с одной очень талантливой жрицей любви. Внешний вид новой девушки по вызову больше соответствовал образу прилежной гимназистки, чем образу развратной и опытной дамы, каковой она являлась.

Этот незабываемый контраст милого взгляда из-под больших, круглых очков при встрече, с тем, что она вытворяла голая в кровати вместе с Сергеем, вынуждал молодого мужчину уже третий раз вызывать её в личные апартаменты, в течение последнего полугода. Мысли об упругом, небольшом теле подвели его – он отвлёкся от дорожной ситуации.

Когда на улице идёт дождь, за рулём нужно быть особенно внимательным и осторожным, даже если улицы города практически пусты от машин, но Сергей, одетый в серый, фирменный, строгий костюм при галстуке, бодро давил на газ, обгоняя редких автолюбителей. Берлов знал, что если он не превысит скорость сейчас, то непременно опоздает в банк, на непростительно долгие десять минут. От своих подчинённых Сергей требовал предельной пунктуальности, поэтому прекрасно понимал, что и сам должен соответствовать данному требованию. Это было необходимо хотя бы даже для того, чтобы сам Басалаев не смог подкопаться под его стиль руководства на испытательном сроке, став препятствием на карьерной лестнице.

К счастью в ранний, сумрачный час пробок не было, что позволяло держать большую скорость, притормаживая только на перекрёстках. В тёплом кожаном салоне автомобиля, Берлов, ежеминутно поглядывая на дорогие, наручные часы, которые купил больше для статуса, чем руководствуясь реальной потребностью. Рукав белоснежной, новой рубашки, скрытой под пиджаком, неприятно давил на запястье при каждом взгляде на циферблат. Эта мелочь существенно раздражала. В мире Сергея всё должно было быть идеально и способствовать достижению успеха.

Во всём Сергей видел скрытые смыслы и возможности. И в данный момент, благодаря богатому воображению, японский автомобиль мчал по улицам не на работу, но в успешное завтра, которое позволяло забрать всё от распадающегося банка и больше не зависеть ни от кого.

Все прелести грядущего успеха, каждое утро Сергей визуализировал за завтраком, мотивируя себя на продуктивный рабочий день. Он верил в силу воображения и поэтому старался, чтобы и его внешний вид всегда соответствовал его лучшим представлениям о себе. Костюм должен был быть второй кожей и никак иначе!

«Рубашку нужно поменять», – раздражённо подумал он, вслушиваясь в переливы классической музыки.

Всё было как обычно и ничего не предвещало беды.

Когда торопишься – любая пауза кажется бесконечно долгой. Красные цифры на очередном светофоре, словно издеваясь над банкиром, медленно шли к нолю и Берлов, сгорая от нетерпения, поигрывал газом, добавляя оборотов мощному движку. Судьбоносное решение рвануть на жёлтый свет, он принял чуть ли не инстинктивно, вырываясь вперёд из общего ряда машин. Ровно такой же торопливый водитель принял аналогичное решение, вылетев с правой стороны перекрёстка, добавляя скорости пассажирской маршрутке, намереваясь успеть проскочить опасный участок до появления красного сигнала.

Два решения смертельно столкнулись на середине пересечения дорог. Удар в правую заднюю дверь иномарки был ужасающим. Сергей успел заметить белые и жёлтые фары, выстроившиеся вокруг перекрёстка, после чего мир завертелся перед его глазами, в пронзительном скрежете металла и звоне стеклянных осколков. Невероятно громко хлопнули спасительные подушки безопасности, оберегая тело от смертельных повреждений. Но и того урона, что Сергей получил, деформируясь вместе с корпусом своего автомобиля, хватило, чтобы сломать сразу обе ноги в районе голени и с мокрым хрустом повредить позвоночный столб. Его нескончаемые кувырки внутри металлического кузова остановил новый удар – машину банкира отбросило так далеко, что серый седан, поднявшись в воздух, буквально рухнул сверху на капоты чужих машин, стоящих слева.

Изогнутая вовнутрь крыша, пробила голову и на какое-то время наступила спасительная темнота, оберегая разум от первой волны дикой боли.

Впрочем, сознание предательски вернулось вскоре, вместе с криками незнакомых людей:

– Там человек! Туши!

Крик мужчины раздался совсем рядом, но звучал так, как будто неизвестный спасатель старался докричаться за сотни метров, от места аварии.

Сергей клочками приходил в себя. Нет, это не оговорка – именно клочками. Он не всегда осознавал кто он, где он и что произошло. Сознание поэтапно собиралось воедино, сливаясь в смутное понимание причинно-следственных связей. Первое, что действительно удалось понять Берлову – это то, что машина горит.

– Да пусть горит, скотина, – рычал второй мужик, невидимый из-за залитых кровью, сомкнутых глаз, – из-за него девушка в маршрутке погибла.

– Это ещё неизвестно!

– Вася, я видел, как она отошла на тот свет. С такой травмой головы не живут.

– Туши! Потом разберёмся.

Синхронное шипение огнетушителей прервало ругань мужчин. Сергей закашлялся, ощущая, как лёгкие заполняет отвратительная смесь гари, крови и содержимого противопожарных устройств.

– Мало, Вася! Ещё!

– Я пуст…

С трудом, Берлов разлепил правый глаз, понимая, что смотрит на мир вверх ногами. Ремень и подушка безопасности сковали его тело так, что он висел в пространстве между дном и деформированной крышей, с ужасом наблюдая, как сквозь щель распахнутого и свисающего капота, из двигателя вырываются небольшие языки огня. Из-за перевёрнутого положения пламя стремилось взобраться вверх, по доступному, горючему материалу. Сохрани автомобиль нормальное положение – и Берлов бы уже горел, расплачиваясь за смерть невинной незнакомки.