Иван Вилесов – Каменная туча (страница 4)

– Бросай!

Перепуганный Тимоха выдернул кол и кинул в пропасть. Верёвка беззвучно исчезла в тумане.

– Что… что это было? – Юля подбежала помочь подняться Владу.

– Что-то или кто-то пополз по верёвке. Если патруль, посадка, наверное, была неприятная. Я какое-то тёмное пятно увидел, и всё. Идём скорей! – поднявшись, Влад поторопил друзей. – Думаю, о нашем присутствии уже знают, продолжат искать.

Из расщелины пущенной стрелой взмыл красный огонёк и потерялся в тумане. Ребята переглянулись и что было сил побежали.

Они мчались сломя голову от чёрного пятна и алой красной вспышки. У каждого мелькнула мысль, что ещё не поздно вернуться, ведь с этого момента все знают об их присутствии. Но ноги несли их сквозь лес. Колючие лапы хлестали по одежде, рукам и лицу, путь преграждали упавшие деревья, больше похожие на деревянных ежей, испещрённых царапающими деревянными шипами. Закипающая кровь гнала прочь, подальше от преследователей. Быть может, они больше не найдут их? Ведь лес большой, а поля бескрайни. Однако троица бежала, подгоняемая страхом, почти не чувствуя усталости. Они лишь изредка останавливались прислушаться и перевести дыхание. И вот просвет. Лес кончился – перед взором распростёрлось поле. Только тут все обратили внимание, что довольно сильно потемнело, будто над ними нависла непроницаемая грозовая туча.

– Рановато для заката, – подметила Юля. – Да и тяжёлые тучи с таким плотным туманом мне никогда не встречались.

– Думаю, это не тучи, это вполне может оказаться закат. Жаль солнышка не видно. – Девушка с удивлением посмотрела на Тимоху, и он попытался объяснить: – Наверное, ещё какая-нибудь аномалия, только в этот раз временная.

– Это тень тучи. Идём скорей, мы ближе ко второму периметру, чем я думал, – поторопил Влад и быстрым шагом пошёл по высокой траве.

Бескрайность полей оказалась иллюзией съедающего дали тумана. С каждым новым шагом и без того низкое небо темнело и давило всё сильней. Безмолвные сумерки путали и беспокоили глухотой. Приближаясь к упавшей туче, все трое заметили тишину. Трава не шелестела, насекомые не шуршали, птицы не пели. У Тимохи возникло ощущение, словно он оглох, – даже собственное дыхание едва слышно. Шуршание земли и камня под подошвой – и те звучали как-то глухо.

Едва лес скрылся в дымке, показался ещё один забор с двумя вышками и воротами. Влад попросил Тимоху и Юлю остаться ждать, пока он разведает, как лучше пройти за периметр. Когда он исчез из виду, Юля заметила что-то среди дымки тумана.

– Тимош, смотри, что это?

– Похоже на палатки, глянем? – предложил тот и двинулся в их сторону.

– Стой! – крикнула шёпотом девушка, но отправилась следом.

Едва шурша травой, они осторожно приблизились к палаткам, вокруг которых громоздился навал из ящиков и коробок – когда-то внутри были съестные припасы, оборудование и разная всячина. Пока Тимоха изучал их, Юля услышала разговор и пихнула парня, чтобы он тоже послушал и не трогал коробки, стоящие очень ненадёжно.

– У нас заходчики за первым периметром, – раздался голос из рации.

– Сколько? – спросил мужчина.

– Ходунов нам ещё не хватало, – послышался ещё один мужской голос.

– Трое точно, – отозвалось из рации.

– Срочно найти! Пока они дальше не ушли, – скомандовал мужчина из палатки и, получив подтверждение, переключился на собеседника рядом.

– От наших вестей нет? – второй видимо ответил без слов. – Пора бы вернуться, слишком долго они там, вторые сутки пошли.

– Им нужно спешить, показатели изменились, расширение произойдёт раньше ожидаемого.

– Это из-за ходунов?

Юля беззвучно повторила слово «ходунов», вопросительно показывая на себя и Тимоху. Тот пожал плечами и случайно задел одну из нижних коробок. От этой неосторожности навал с грохотом развалился. Юля вскипела от злости, которая сразу сменилась отчаянием, ведь теперь их точно поймают. Тимоха побледнел. Его воображение нарисовало самое страшное из всего, что могло произойти, ведь они на закрытой территории и с ними могут сделать что угодно. Никто не придёт на помощь. Ещё более виноватым взглядом он посмотрел на Юлю. В голове промелькнули мысли, что случится с ней, молодой и красивой девушкой. Тимоха будто прозрел. Он вскочил, схватил Юлю и, не отпуская, побежал прямиком через лагерь к единственному, по их мнению, спасению – распахнутым воротам в заборе. Парень верил: за ними будут гнаться только до ворот, за территорией они в безопасности. Скорей, нужно торопиться.

– Не туда! – взмолилась Юля.

Отчаянный рывок не остался незамеченным. Створки ворот дрогнули и медленно поползли друг к другу, отнимая надежду на спасение. Двое мужчин выскочили из палатки и погнались за ребятами, требуя остановиться. Тимоха увидел ещё одного крепкого мужика в форме, бегущего наперерез. Ещё секунда – и он накинется на Юлю. Тимофей, не жалея себя, рванул вперёд с одним желанием – уберечь Юлю. Верзила сшиб его. Но и он исполнил задуманное, ведь девушка всё ближе к воротам. Громила прижал голову парня к земле и заломил руки. Бесполезный и беспомощный Тимоха мог только слушать. Сердце сжалось, когда он услышал сдавленный короткий стон Юли и звук падения.

– Тише-тише! Не дёргайся, а то хуже будет! – слышал он. – Да угомонись уже!

– Держи её! Какая хорошенькая и сильная, по виду даже не скажешь. Ну ничего.

Воображение Тимохи рисовало невыносимые картины от криков и тщетных попыток сопротивления хрупкой девушки. Он, прося отпустить Юлю и умоляя ничего с ней не делать, пытался скинуть с себя напавшего. Стараясь встать и вывернуться от захвата, Тимоха оказывался ещё сильней вдавлен в землю. Потом раздался душераздирающий и невыносимый для его переполненного состраданием сердца девичий крик – и наступила тишина. Тимофей закричал от злости и беспомощности. Он должен сделать что-то, что угодно, лишь бы вырвать Юлю из лап негодяев. Он был готов переломать себе руки, лишь бы освободиться и помочь девушке. Но после удара по голове мир погрузился в темноту и тишину.

Первое, что почувствовал Тимоха, придя в себя, – тупую боль в голове. И сразу в сознание вгрызлись мысли не о своем положении, а о Юле.

«Где она, что с ней? Пусть будет жива, здорова. Лишь бы с ней ничего не сделали».

На парня накатила горькая волна вины. Он винил себя за то, что потащил за собой Юлю, – беги он один, может, её не поймали бы. Не пойди они в этот поход, ничего бы не произошло. Что теперь с ними сделают? Что уже сделали с Юлей, пока он был без сознания? Тимоха в мыслях звал ее и желал одного: чтобы она была жива и невредима.

Тимофей посадил своё тяжёлое тело и ощутил сковывающую руки холодную сталь. Вглядываясь в темные углы ветхой избы и вслушиваясь в тишину, он заметил в одном из дальних углов девушку, свернувшуюся в жалкий комочек. Она чуть заметно шевелилась и едва слышно всхлипывала.

– Юля!

Едва вспыхнувшая радость, что девушка жива, сразу перегорела, обуглилась мрачными мыслями при таком её жалком виде. Тревога разрывала всё нутро, пока он полз к ней. Тимоха осторожно дотронулся до Юли, боясь испугать. Та подняла взгляд и накинулась на него.

– Жив! Ты жив! Не пугай меня больше! – Юля заливала Тимоху слезами. – Я думала, больше не увижу, не услышу тебя! Ты лежал, не шевелясь, тебя синего затащили и бросили как… Я звала тебя, а ты не приходил в сознание, ещё и не дышал.

– С тобой всё хорошо. Всё в порядке, ты цела. Как же я рад, как рад! Прости… Это из-за меня тебя поймали, из-за меня ты тут, – раскаивался он, прижимаясь к Юле. – Подожди, я освобожу нас.

Девушка заметила, как отчаянно Тимоха пытается вырваться из оков. Но наручники оказались слишком сильно зажаты. Он был готов изувечить руки, переломать пальцы и содрать кожу, лишь бы освободиться. Тимофей должен всё исправить и увезти Юлю отсюда.

– Тимош, ты чего, остановись, не надо! Ты ведь себе все руки…

– Знаю! – перебил он, не прекращая попыток.

Однако вытащить руку не получалось, и тут он задумал безумное: начал озираться в поисках острого предмета. И только сейчас заметил, что за окном потемнело.

– Уже ночь? Сколько мы тут?

– Не больше получаса. Но за это время за окном потемнело, как ночью. Может, затмение, – подумала Юля.

– Хотел бы я сейчас полюбоваться на него.

Дверь в избу распахнулась, и зашли два мужика. Один полный и кудрявый с многодневной щетиной и кругами под глазами от постоянных недосыпов и усталости, стоял в затасканном белом халате, из-под которого выглядывал свитер да мятые штаны, а на ногах – обшарканные кроссовки. Другой выглядел совсем по-другому, явно не простой рабочий. Худощавый, глаза впалые, на лице аккуратная короткая бородка. Он был в новенькой рубашке и брюках. Удивительно, как в походных условиях его одежда оставалась такой чистой и опрятной. Тимоху поразило, что он обул замшевые туфли, на которых не было ни единой пылинки. Хотя не запачкаться тут было невозможно. Этот человек крепко сжимал в руке рацию.

Тимоха прикрыл собой Юлю и приготовился защищать её.

– Ну, и что вам тут надо? Чего вас сюда понесло? Жить надоело?! – сразу накинулся на ребят худой. Он был явно не в духе.

– Не горячись, Пётр Михайлович, сейчас разберёмся, – остановил его полный мужчина, после чего обратился к ребятам. – Я Анатолий Степнов, физик, а это руководитель нашей научной группы, – указал он на Петра.