Иван Васильев – Диджей (страница 13)
— Знаете, я первый раз в вашем парке… — Максим начал честно отвечать контролеру. — И у меня нет…
Спасла положение девушка, коллега дружинника. Она одернула его.
— Коля! Сегодня вход для ребят бесплатный. Забыл, что ли? Тем более для иностранцев! — Она указала рукой в сторону танцующих. — Проходите, пожалуйста.
— Окей! — быстро сообразил новоявленный иностранец. — Сэнк ю вэри мач.
— Что, что ты там сказал? — контролер не понял и грозно переспросил.
— Извините, — путешественник во времени миролюбиво развёл руки. — Я сказал — спасибо. Забыл, что вы русский.
— Ничего, это бывает, — вновь одёрнули грозного часового с повязкой. — Проходите!
Максим миролюбиво помотал перевязанной головой и двинулся внутрь калитки, где хорошо была слышна песня «Кто тебе сказал»…
Музыка громом грохотала среди деревьев. Плечи и головы танцующих опускались и поднимались, словно их владельцы качались на волнах. Двигались под музыку по-разному — кто как… В основном размахивали руками, более-менее ритмично дергались на месте, чуть приседали, не переставляя ноги. Большая часть девушек танцевала в середине площадки, делая вид, что им безразличны взгляды парней. Большая часть ребят важно стояли в стороне, возле решётки ограждения, деловито курили, куражились друг перед другом, показывая свое полное безразличие к такому позорному делу как танцы. Люди чуть повзрослее сидели на лавочках расположенных у решетки танцевальной площадки.
— Брось меня, Раисанька, — ухажер со слезами умолял свою пассию на одной из скамеек. Несчастный присел на скамейке, поджав длинные ноги, словно боясь вытянуть их, чтобы не помешать гуляющим. Узкие брюки туго натянулись на острых коленях. Он стесненно озирался по сторонам, прижимая к груди какой-то сверток. — Ну чего тебе стоит? Я, уже старый, лысый, обрюзгший. У меня одышка от этих приседаний и дрыганий ногами.
— Не-е-т, — сладострастно протянула гибкая как лоза соблазнительница, глядя на влюбленного чистыми ясными глазами. Она нежно прильнула к нему и длинным коготочком провела по щеке.
— Ты, у меня ещё молодой ко-о-злик. В самом соку…
— Золотце мое, я не могу так! — физиономия несчастного ловеласа страдальчески сморщилась. Он беспомощно развел руками. — У меня, взрослая дочь. Жена на той неделе кандидатскую защитила! Я только, что вернулся из заграничной командировки. Ну, возьми себе кого-нибудь другого, помоложе. У нас в главке ведь столько красивых мужчин.
— Хочу только тебя! — женщина капризно надула полненькие губы, сладостно причмокнула ими и грустно задышала. — Сердцу не прикажешь!
— Антонина! Мне кажется, мы с вами где-то встречались? — на соседней лавочке, плотный тридцатилетний ловелас, с козлиной бородкой в серьезном костюме, в цветной модной рубашке, ослепительно черном галстуке и ботинках, был сама любезность.
— Впрочем, я вспомнил! — Вы, женщина моей мечты, красавица моих грез! — дамский угодник ненавязчиво загладил волосы набок, чтобы не видно было лысины. Затем вплотную приник к очаровательной незнакомке, приобнял её за плечи, забубнил на ухо. — Ради вас, я готов пожертвовать своей свободой, хотя дал зарок — никогда, никогда…
— Ну, что вы, Григорий Аристархович? — кокетливо улыбаясь, отнекивалось милое создание. — Не стоит. Как можно? Вы же женаты!
— Милая моя! Не напоминайте мне о боли! Если б вы знали, сколько горьких слез пролил я в жизни, сколько раз проклинал свою несчастную судьбу, сколько перенес мук и лишений!
— И всё же, как же ваша жена?
— Ах, Антонина! По сравнению с вами — она лахудра. А вы! женщина мечта, цветок экстра в ярком букете! Лялечка моя, знайте, у меня, есть мотоцикл, заграничный гарнитур и цветной телевизор… Так, бросим же всё и сбежим вдвоём, в Гагры!
5
Чтобы не привлекать внимание местного «бомонда», своим иностранным видом, Макс пристроился к высокой неуклюжей девушке с пышной прической, в больших круглых очках, с крупными серьгами в ушах, танцующей чуть в стороне от основной группы. Она топталась на месте, явно под свою мелодию в голове. Решительно не попадала в такт, изредка вскидывала руки в стороны, выполняя понятные только ей движения. Тело плясуньи в этот момент вздрагивало, точно кто-то бил её веслом по спине.
Пришелец, прошедший школу многих танцевальных программ и дискотек, подошел к странной партнерше, встал в двух метрах от неё и начал двигаться раскованно, пластично, явно наслаждаясь музыкой. Он, с легкостью исполняя немудрёные «па» и несложные движения из прошлого, добавляя кое, что из будущего. Глазами по-прежнему выискивал в толпе Алёну.
На площадке зазвучала более энергичная композиция «Королева красоты»…
Макс наконец-то увидел свою беглянку. Зеленоглазая красавица изящно танцевала в полном одиночестве недалеко от группы ребят, спортивного телосложения.
Алёна вскинула руки над головой во всю длину, изящно повернула плечо, повела лебединой шеей, как бы показывая всё своё молодое, божественное тело и одновременно извиняясь: ну простите, что я так хороша, так уж вышло. Она некоторое время вздрагивала на своих длинных ногах, потом перечеркнула в себе какую-то грань и пошла плавно двигаться, гонимая вдохновением.
«Мужская часть танцпола» расположились в самом «крутом месте» площадки, возле гремящих колонок у сцены. Они внимательно высматривая присутствующих, обсуждали достоинства девчат, порой шумно выражали свой восторг по поводу их фигур и движений. Один из них повернулся боком, в сторону потерянной блондинки, не танцевал, но всё видел, и всё примечал. Он был похож на боксера, у него были заметны крепкие руки и тяжелый круглый подбородок. Маленькая, остриженная под бокс голова, была крепко посажена на могучие литые плечи. В широкой ухмылке наблюдателя ехидно мелькал золотой зуб.
Тем временем в ход танцевального вечера вступила тяжелая артиллерия. Барабанщик вдруг дико заколотил в барабан, вдарил по тарелкам.
— Таран-таран-тан-тан… — зазвучали первые и давно всеми ожидаемые аккорды супер чумовой и популярной композиции…
— По многочисленным просьбам присутствующих, — конферансье начал свою супер короткую речь. — Звучит…
— ШИЗГАРА!!! — в едином порыве выдохнула танцплощадка.
В окружающем пространстве началось какое-то сумасшествие. «Хит всех времен и народов» волшебным образом закружил и поднял с лавочек, сидевших в стороне «мертвых», «пенсионеров» и пьяных. Даже те кто не умели танцевать, топоча ногами на месте, как копытами, стали изображать из себя танцоров. Танцплощадка забурлила людьми. Многие в порыве радости хлопали в ладоши, шумели, активно выражали свои чувства.
Длинная партнерша Максима превратилась в настоящую пантеру. Она вдруг стала выгибаться, прыгать, кружить по площадке, её очки хищно заблестели.
— Ей-ух-хо, — Максим, проникшейся общим настроением лихо крутанулся во время припева на 360 градусов. Он, подчиняясь ритму танца, стал потихоньку продвигаться в направлении одиноко танцующей Алёны.
Дорогу танцору перекрыла пара девушек. По их движениям, одежде, яркому макияжу на лицах (не уступающему боевому индейскому раскрасу), было заметно, что они только, что покинули пионерское гнездо и первый раз появились на танцах. Девчата буквально прилипли к ди-джею. Более того, как в старом индийском кино про какого-то диско-плясуна, они начали корявенько копировать его выкрутасы.
— А если, вот так! — повторить сможете? — самодовольно произнес Макс и добавил «газу» в четкость и слаженность исполняемых движений. Он начал ловко выделывать замысловатые движения руками, ногами. Лицо его оживилось… — А так?
Проказницы слащаво заулыбались, стали подмигивать, трястись как в лихорадке, задорно двигать талией. К группе поддержки добавилась ещё одна «фанатка», потом ещё и ещё. Ученицы окружили необычного преподавателя. А когда подоспела группа «зеленых» девиц в стройотрядовских робах, Максим вообще потерял Алену из виду. Не желая того, он оказался в самом центре танцевального безумия.
В завершении популярной композиции это был уже не танец, а скорее состязание. Макс всё наращивал темп. Фанатки, упрямо сжав губы, старались от него не отставать: Они извивалась, раскачивали бедрами, поднимали руки над головой, запускали пальцы в волосы. Окружающие с удивлением стали оборачивается в их сторону.
6
Мелодия затихала. Лишь тонко-тонко, тягуче дрожал один аккорд. Вздох разочарования пронёсся по площадке. Девушки тяжело дыша, остановились напротив танцора. Ведущий, спасая одинокого парня, от «внимания» милых дам, объявил медленный танец. Затейницы резво разбежались по сторонам. В углу зала стало слышно, как громко засмеялась шумная ватага подвыпивших любителей помахать кулаками. Молодые парни, принявшие для храбрости, вели себя развязно, задевали присутствующих, отпускали остроты, примитивные и тяжелые, как кирпичи.