Иван Васильев – Ди-джей (страница 29)
— ???? — непонимание со стороны подчиненных.
— Эх! Ну, почему мне надо всегда учить всех и всему? — она бросила в сердцах. Как любая взрослая женщина Ирина Игоревна в электронике ровным счетом ничего не понимала, но была глубоко уверена, что если каждую ручку пошевелить, подергать, повертеть, то что-то выправится и магнитола обязательно будет звучать громче — гораздо громче.
Строгая учительница жизни показательно протянула руку к аппаратуре, передвинула иголку и стала самостоятельно крутить и нажимать на всё подряд.
Заглохшая было радиола вновь ожила, засветилась красная лампочка. Измученная пытками она недовольно воспаряла духом, задергалась, заерепенилась. Мелодия песни на несколько секунд, собрав последние силы, подобно загнанной лошади, ожила, взвизгнула, зазвучала чуть громче и…
Произошла небольшая вспышка где-то в районе усилителя. Запахло паленым. Музыка прекратилась.
— Значит так, голуби мои! — нашкодившая хулиганка строго перевела взгляд с умершего аппарата на застывшую с открытыми ртами молодежь. Надула полные губы и, озираясь по сторонам, произнесла…
— Я сейчас пойду и разберусь с этими недоделанными стилягами, которые орут и бренчат как бешенные мартовские коты, мешая нам проводить выступление. А вы, постарайтесь через двадцать минут!!! Наладить аппаратуру и дать нормальный, качественный звук.
— Всё, я пошла! — командир в юбке строго повернулась, мысленно закатала рукава, указательным пальцем поправила фуражку и решительно двинулась в сторону танцевальной площадки на "разборки" с противными музыкантами из непонятной группы с неизвестным ей названием — "Машина времени".
— Где мы будем искать новые колонки? — умирающим голосом произнесла "радистка Кэт" — новоявленная помощница Штирлица.
— Действительно, где же нам их найти? — Максим задумчиво повторил её слова, уставившись в одну точку.
По столу с аппаратурой ползла маленькая зеленая букашка, вся в солнце. Вот, она доползла до извилистой трещины на столешнице и остановилась. Трещина для неё — целый провал. Целый ров или даже овраг.
Мысли Ди-джея закончили свою работу. Он повернул голову и стал внимательно осматривать боковину эстрады. Прищурив глаза, погладил подбородок, прикусил губу.
— Слушай, Полина? — волшебник во времени придал своему лицу таинственное выражение и указал взглядом на старую чуть приоткрывшуюся в стене дверь. — А ты, случайно, не знаешь, что за той дверью, а?
Лысому, в больших очках с роговой оправой, грузному, но не толстому, директору парка отдыха не нравились кабинеты руководителей в старом стиле: с огромными столами, широкими красными ковровыми дорожками, массивными креслами и шкафами. Такие кабинеты, по его мнению, свидетельствовали о консервативных вкусах хозяина, отсутствию культуры, о нежелании идти в ногу со временем и вообще в непонимании технического прогресса.
В кабинете Романа Иосифовича Магме было всё по-другому: Много света, натертый до блеска паркет отражает легкую современную мебель, на стенах висят крупные фотографии и яркие афиши знаменитостей, а подле стола возвышается пульт селекторной связи, с помощью которого директор мог быстро с помощью секретаря вызвать любого работника своего паркового хозяйства.
А ещё в своем ультро-современном кабинете (В свободное от работы время) Роман Иосифович любил размышлять о насущных проблемах человечества, придирчиво осматривая себя в зеркало.
Его всегда прельщали в своём облике темно-синий, хорошо сшитый костюм, свежая рубашка с большим воротником, дорогие очки и небольшая солидная залысина
"Что ни говори, уже за сорок, а я всё ещё чертовски привлекательно выгляжу!" — Роман Иосифович окинул себя требовательным взором. — "И самое главное — нравлюсь молодым дамам!".
Чаровник вспомнил свою последнюю любовь и сладко замурлыкал, представляя её… — Ни дать ни взять артистка оперного театра: голос томный, зовущий, глаза с поволокой, на щеках ямочки, локти круглые, вся пышная, аппетитная, на груди, и в ложбинке крупная черная родинка.
"Ах, любить таких женщин — жить да жить! По крайней мере, до пенсии ещё далеко — лет двадцать!".
… "Всего-то! — сердце талантливого руководителя сжалось от нехорошего предчувствия. — "Боже мой, как мало! Неужели придется когда-то умереть?".
"Да, нет — глупости! Какое умереть? Скажите тоже! Буду жить долго! Может быть лет сто, а может быть и двести!".
… "Не меньше! — он успокоил себя. — "Эт точно".
Недавно Роман Иосифович читал в одном из научно — популярных журналов, что человек сможет жить несколько сот лет, и проблема продления жизни будет решена! уже в конце нынешнего столетия или в начале следующего".
"Дай бог память, где же это было?".
… "Ага, кажется в "Огоньке"!
"Да! Именно там, в нём родном и было написано".[30]
"Дожить бы?" — любовник — красавчик поправил воротник рубашки. Подмигнул своему отражению левым глазом.
— "Конечно, доживу! Только, вроде говорили, что сначала смогут продлить жизнь только избранным.
… "Хмм, так я и есть избранный. В этом нет сомнения! Тем более, я современный, моложавый руководитель, со свежими взглядами на мир, общество и развитие науки. Кому как не мне быть в списке избранных".
"Ну, всё!" — успокоил он себя. — "Значит, жить будем ещё долго-предолго, лет триста!!!
Рассуждая о вечном, Роман Иосифович ощутил, как в душе внезапно возникла, а затем стала звучать всё громче и громче, звучная и мелодичная песня. Она ширилась и росла подобно органной мелодии, заполняла собой всё его существо…
Задумавшись, он не заметил, что вообще-то песня доносилась с улицы сквозь открытые окна и принадлежала она не его существу и душе, а выступающей на танцевальной площадке группе "Машина времени".[31]
— Брым-брым-брум-буум, — немного фальшивя стал подпевать себе под нос романтик-долгожитель.
— Роман Иосифович! — нежным голосом селектор перебил душевные песнопения руководства. — Вы свободны? К вам посетитель. Руководитель детского танцевального коллектива "Ромашки" Полякова Ирина Игоревна. Желает поговорить. Её дети должны выступать сегодня на летней эстраде. Жалуется, что срывается выступление.
— Хорошо, Верочка, — его лицо сразу поскучнело, приняло обычное выражение, которое Магме называл про себя "должностным".
— Скажи Ирине Игоревне, что через десять минут я закончу отчет для Министра! и приму её.
Директор парка быстро поправил пухлыми пальцами очки, зачем-то похрипел, прочищая горло. Потом вытащил из ящика письменного стола несколько исписанных листов, сел за стол и сделал вид, что занят бумагами.
Посетители кабинета должны видеть, что босс с самого утра весь в делах и заботах о парке, прилегающей территории и людях.
"Ведь, что производит наилучшее впечатление о хорошем руководителе".
… "Правильно — приветливость, умение понять человека, выделить его из общей толпы, подойти к нему во время труда, пожать руку, спросить о чём-то. Эти детали и формируют общественное мнение о руководителе как об отце родном, который ежедневно заботиться о каждом из нас.
"Или ещё пример, остановить на территории парка какую-нибудь простую работницу с метлой, веником или даже лопатой — лучше не очень красивую, — улыбнуться и сказать многозначительно: Какая вы сегодня привлекательная!".
… "И всё — пошёл дальше, забыл… Для тебя это так, что-то наподобие шутки. А для женщины — счастье и память. Вечером она мужу все уши прожужжит, какой у них славный, внимательный и заботливый начальник, — ты, мол, подлец в драных трико и прокуренной майке, ничего не замечаешь и не ценишь, а он всё приметил! Вот, не перевелись ещё настоящие мужики на свете!".
Гостья вошла, небрежно села на краешек кресла. Деловая, неприветливая. И даже подчеркнутая вежливость директора парка не изменила выражения её лица.
— Это безобразие! — она сразу начала возмущаться. Взглянула на хозяина кабинета с такой суровостью, словно учительница на нерадивого ученика. — Почему нам не дают танцевать? Почему, всячески препятствуют выступлению? Мало того, что вы не направили к нам радиста, подсунули нерабочую магнитолу, так ещё я уже как час бегаю по парку и не могу решить ни одного вопроса. Знайте! Я этого так не оставлю! Я завтра же пойду куда надо и буду жаловаться вашему начальству!
— Ну что вы, уважаемая? Как можно? — Магме чуть приподнялся из-за стола, давая рассмотреть свой элегантный костюм, улыбнулся посетительнице совсем по-дружески одной из своих самых обворожительных улыбок. Хозяин кабинета знал, что улыбка идёт ему, делает его по-мужски интересное, но жесткое лицо мягким и обаятельным.
— Мы тут для того и сидим, чтобы заботиться о вас! — голос чиновника, набрав силу, зазвучал красиво и гулко. — О простых людях! О наших славных, талантливых детках!
— Почему вы не пришли ко мне сразу? Я бы вам выдал новую магнитолу и радиста нашёл бы толкового. А теперь поздно. По расписанию учреждение отдыха и культуры работает с девяти до восемнадцати ноль — ноль. После шести вечера на объекте остаются трудиться только работники танцевальной площадки да сторожа. Все остальные работники парка работу завершают. Люди сдают инвентарь, всё закрывают.