Иван Валеев – Плюс-минус двенадцать. Сборник рассказов (страница 9)
Остановился. Схватил человека за плечо. Тот повернул к нему бледное, странно знакомое лицо, сказал:
– Андрей упал…
Тут глаза человека расширились, и он молча, без замаха вогнал Владу в живот столовый нож.
Владу удалось подняться по лестнице до третьего этажа, но стоило ему выйти в коридор, как силы иссякли. Он молча повалился на пол, слабо шевеля ногами, словно все еще куда-то шел, и прошептал напоследок:
– Вот же глупость-то… Так напороться…
Юля вздрогнула, резко, как марионетка, которую дернули за ниточки, села и распахнула голубые глаза.
– Ты как? – Снежана стоявшая рядом на коленках, положила ей руку на плечо.
– Спасибо. Нормально. Хорошо, еще одна училка среди нас оказалась. – Юля закрыла лицо руками и произнесла невнятно: – Извини, Ян. Я с непривычки…
– Да я и сама привыкла не сразу, – откликнулась Яна беззаботно.
Во всяком случае, так это звучало.
– Ладно… Куда это я шла? А, помню… Я сейчас.
Снежана встала. Юля подобрала ноги, ухватилась за протянутую Снежаной руку, поднялась и чуть не свалилась опять, запутавшись этими ногами в том, на чем лежала.
– Ой, елки-палки… – Она схватилась за голову. – Все плывет… Что это там?
– Где? – спросила Снежана.
– Да под ногами.
– Моя безрукавка, – проворчал Герман.
Юля поспешно, зацепившись все-таки напоследок каблучком, сошла с безрукавки.
– Спасибо.
– В следующий раз предупреждай, когда падать будешь, – Герман поднял безрукавку, критически осмотрел отпечатавшиеся следы туфель, удовлетворенно кивнул. – Сойдет. Потом еще маркером обведу…
Юля двинулась к двери.
– Эй! – крикнула Снежана. – Ты куда?
– В туалет.
– Компанию составить?
– Э… Нет, спасибо. Я лучше сама.
Юля вышла из класса, закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и еще некоторое время постояла, приходя в себя, пока мочевой пузырь не напомнил о себе. Хорошо, хоть во время обморока не обмочилась.
– Все-все… сейчас…
Перед глазами все расплывалось. Надо же, очки забыла… Но возвращаться в класс Юле не хотелось. Она едва не ощупью нашла ручку двери туалета, вошла внутрь и направилась к окну. Подошла к парапету, наклонилась, посмотрела вниз. Поправила выбившийся из прически локон. Внизу были люди, и являться к ним растрепанной было бы просто неприлично.
Девятый этаж… Раз плюнуть.
Герман уселся на стол, задумчиво повертел в руках поднятые с пола стильные очечки в тонкой оправе. Прикинул, кому бы они могли пойти. Впрочем, почти всем девчонкам идут очки. Почему – черт его знает. И кстати, кто-то сегодня об этом уже спрашивал.
– Что будем делать, девочки? – спросила Анфиса.
– А что? – буркнул не входивший в разряд «девочек» Герман, глядя на Анфису сквозь очки, держа их в вытянутой руке.
– Скучно, – ответила та.
– А я говорил – давайте что-нибудь другое включим…
Анфиса подошла к Герману, уперла кулачки в бедра, наклонилась к нему и сделала строгое лицо:
– Ну?! И что же дальше?
– А я-то сразу чего?..
Анфиса глубоко вздохнула, развернулась спиной к Герману, огляделась:
– Так и будем тут сидеть?
– А что делать? – Лена пожала плечами.
– Ты что-то предлагаешь, Анфис? – спросил Герман, отложив в сторону очки.
– Может, все-таки сходим вниз? – Анфиса оглянулась через плечо, отступила к столу так, чтобы не оказаться у Германа на коленях, села, вскрикнула: – Ай! Блин, – она возмущенно посмотрела на соседа по столу. – Балда!
– А что я-то?
Анфиса подняла искривленные очки, оставшиеся без одного стеклышка. Левая дужка поболталась чуть-чуть и тоже отвалилась.
– Это что? – грозно спросила она.
– Ну, твоя голова всегда в ответе…
– Тьфу на тебя. Как ты их носить-то будешь теперь?
– А что я-то? – повторил Герман. – Они же женские.
– Да? Это кому мы так удружили?
Герман задумчиво огляделся, пытаясь припомнить, кто из девчонок мог быть в очках. Снежка отпадает. Яна? Аналогично. Анфиса носит, но темные. Может быть, Света?
– Свет! – крикнул Герман, забирая очки у Снежаны и поднимая их над головой. – Не твое случайно?
Та подошла поближе, взяла искореженные очки в руки и недолго думая нацепила на нос. Сощурилась, придерживая одной рукой и изображая из себя строгую учительницу.
– А к доске у нас идет… Герман Волин!..
– Никуда Герман Волин не идет. Герману и тут хорошо.
Он потянул носом воздух и недовольно покосился на Анечку, которая безмятежно красила ногти черным лаком.
Никем не замеченная, Яна выскользнула из класса. Надо было как-то сосредоточиться, но среди всей этой пустопорожней болтовни это было, мягко говоря, непросто. Она брела, ведя указательным пальцем правой руки по стенке. Что-то не так. Что-то они все упускают из виду. Что-то очень… важное? В том-то и дело, что важное. Она наткнулась на косяк дверь соседнего кабинета, нашла ручку, подергала. Заперто, естественно.
Когда она потеряла глаза? Недавно, кажется. И все равно, у Яны вдруг возникло такое ощущение, что эти свои стеклянные шарики она носит буквально с рождения.
Еще одна дверь. Девушка машинально нажала на ручку, дверь открылась – и откуда-то изнутри вдруг раздался тихий смешок.
– Кто здесь? – спросила Яна.
– До пенсии еще тридцать лет… или пятьдесят? – пробормотал знакомый голос.
– Сережа?
– Ладно, согласен. Пусть будет сорок.
– Сережа, ты?
Еще один смешок. Истерический.
– Надо же, не дотянул какие-то жалкие сорок лет… В масштабах истории – даже человеческой… что это в масштабах истории, а?
– Сереж?