Иван Цуприков – Под крылом чёрного ворона (страница 16)

– Так Коля после этого больше и не видел Ингу? Может, обознался? Она вчера или позавчера была награждена в Ханты-Мансийске за «Лучший товар Югры». Это ежегодный конкурс…

– Ты тоже в нее влюблен? Что-то такое о вас с ней от кого-то слышала, – сморщив лицо, посмотрела на Михаила Татьяна.

– Да нет, Танечка, мы с ее мужем дружим с детства. Вот и все.

– А-а-а. – Оттолкнув от себя на середину стола блюдце с нарезанными лимонами, Татьяна взяла бутылку с бренди и сделала из нее несколько глотков. – Как вы мне все надоели! Уходи, и больше чтобы тебя здесь не было! Уходи!

Михаил, натянув на себя рубашку, джинсы, прошел в коридор. Татьяна осталась в комнате…

«Так лучше», – подумал про себя он, тихонечко прикрывая за собой дверь. На часах было всего полдвенадцатого ночи.

На лестничном проеме ниже ему преградил дорогу Игорь Емишев.

– О-о-о, какие люди! – воскликнул он громко на весь подъезд. – Неужели ко мне заходил? Это правильно! – И, с силой взяв под руку Михаила, стал его подталкивать на пятый этаж. – А я только что жену с пацанятами отправил в отпуск, так что теперь похолостякую.

– Игорь, – попытался что-то сказать Михаил не вовремя попавшемуся на дороге однокласснику, но тот его и не слушал, а продолжал толкать вперед…

– А что, хоть мне и сорок пять, а я все тот же пацан! Помнишь, как мы сразу после школьного бала напились вина какого-то и давай выделываться? Ха! Так что тебя ко мне занесло? А-а, статья, которую тебе передали из Белоярского. Есть у меня такая, есть. Мэр сказал, чтобы я тебе ее занес, а у меня все из головы тут же вылетело. Извини, дорогой. Семью же провожал в отпуск, сам понимаешь. А там-то Машке то того, то этого не хватает, беги в магазин, то …третьего, то …десятого.

«Обошлось», – подумал про себя Михаил.

Пока Михаил листал доклад белоярского мэра, выступления кооператоров и принятые решения конференции, в голове формировался материал. В принципе, ничего нового никто на этой конференции не сказал, интерес вызывала критика двух банков. В прошлом году директор отделения много неприятного натворила, сделала семнадцать кооператоров кредиторами на сумму в тридцать четыре миллиона рублей, обещая им на следующий день их кредиты закрыть. Это ей якобы было необходимо для того, чтобы сохранить штаты. Люди поверили ей, подписали все необходимые документы, каждый на два миллиона рублей, а через день ее не стало. Исчезла женщина, то есть, как оказывается, ушла на пенсию, заранее продав свою белоярскую квартиру.

Начали искать ее правоохранительные органы, до сих пор ищут и никак не могут найти госпожу Федорову. То слухи прошли, что она в Харькове была, то в Гомеле, то в Новокузнецке… Потерялась. Вот и остались кооператоры, как говорится, «в шляпе» Федоровой.

«Может, так и статью назвать, читаться будет неплохо, и пусть хоть как обижается на него мэр, а что поделаешь, был бы там сам, еще резче статью бы написал. Да, в принципе, а мэр-то при чем здесь, не он же заставлял кооператоров соглашаться с Федоровой».

Еще на что обратил внимание Михаил – на предложение одного из кооператоров открыть небольшую мастерскую, в которой он будет выпускать национальные хантыйские и мансийские одежды, артефакты различные. Предложение хорошее, пора туристов приглашать в Югру, а что им показывать, только музеи под открытым небом? А почему бы и нет. Он просит мэра по этому поводу договориться с жителями национального поселка Казым. Стоп, стоп, он приводит в пример Советский район и город Югорск и называет историка-археолога Виктора Викторовича Воробьева, который нашел несколько древних городов и разрабатывает концепцию по созданию в этом регионе исторических памятников.

«Вот-вот, Воробьев мой старый дружище, а то, что он разрабатывает концепцию развития туризма здесь, даже не знал. Нужно поговорить с его отцом, Виктором Николаевичем, чего же он скрывал это от меня».

Раздался звонок.

– Миша, ты где пропал? – Голос Воробьева-старшего был уставшим, немножко растянутым, с покашливанием.

– Добрый вечер, то есть ночи. Я у Емишева в гостях, знакомлюсь с материалами по конференции в городе Белоярском.

– А-а, ты это, только долго там у него не засиживайся, он мне завтра будет нужен. Ну что там по сыну, что-то раскопал?

– Пока ничего. Но то, что он жив, уверен.

– Это уже хорошо, Мишенька. Ну а по-честному, ведь я знаю все, дорогой, про тебя. Так что там раскопал?

– Я не собака, чтобы нюх на него держать.

– В музее.

– Тоже дело. Тогда так, с одиннадцати меня жди там. Да, и номер карты кинь мне сейчас по сотовому, куда деньги тебе перечислить.

– Виктор Николаевич.

– Ш-ша, Мишенька, ш-ша. Как сказал, так и будет. Понял? – И пошли короткие телефонные гудки. Значит, разговор закончен.

– Миха! – раздался голос Игоря из кухни. – Стол накрыт.

От пельменей Михаил отказался, на ночь это тяжелая пища. А вот от нарезанных на дольки помидоров с огурцами грех отказываться. Водка – нормальная. После второй рюмки Михаил прикрыл свой стакан ладонью:

– Виктор Николаевич звонил, тебя ждет с утра у себя.

– Мэр, что ли? – с удивлением спросил Игорь.

– На, смотри. – И Михаил, открыв на телефоне принятые звонки, показал Игорю его номер телефона.

– Ничего себе, какой ты крутой у нас! Мэр югорский с ним по телефону разговаривает, как с лучшим другом, мэр белоярский ему весточки передает.

– Да ладно, Игорь, нашел чему завидовать. Как у тебя хоть дела, а то все я да я тебе о себе рассказываю?

Игорь все-таки изловчился и плеснул водки в стакан Михаила:

– За нас! – И, закусив, прищурившись, посмотрел на товарища. – Да все нормально, все нормально. Ну, что тебе рассказать, сколько денег нужно на ремонт теплосетей на улице Мира или сколько денег нужно на ремонт котельной? О чем еще говорить?

– Значит, все нормально в Югорске?

– Да о чем говорить, конечно, нормально. Не было б газовиков, не было бы и Югорска, сам же знаешь. Они ребята стойкие, не дали себя съесть кооператорам, как лесники.

Когда Михаил встал из-за стола, Игорь предложил ему выйти на балкон, покурить, а потом пообещал его проводить.

В доме напротив основная часть его жителей уже спала. А в одной из квартир по миганию разноцветных огней в окне было видно, что у жильцов был какой-то праздник.

– Это у сынка Балабанова праздник. Знаешь такого?

– Бориса Пантелеймоновича? – переспросил Михаил. – Это который у вас главным снабженцем работает?

– Его самого. Юбилей Федька празднует. Ему батя купил в этом доме две квартиры четырехкомнатные на двух этажах, сделал жилье Федьке двухуровневое, по лестницам ходит. Был как-то у него, красотища!

– Да уж, нам бы так жить, – улыбнулся Михаил.

– Да у меня совести бы так, как он, жить на этой земле не хватило бы.

– То есть?

– Ой, будто не знаешь, чем сыночек его занимается? – стал тише шептать Игорь.

– Игровым бизнесом?

– Раз, – заложил на своей ладони указательный палец Игорь.

– Наркотиками?

– Нет. Хотя нет, не слышал, – замотал головой Игорь. – Доставкой удовольствий. – И зажал второй палец.

– Дальше.

– Земелькой нашей торгует.

– Погоди, погоди, и куда же это вы смотрите?

– А все у него, на первый взгляд, по закону, – вздохнул Емишев.

– А что говорит по этому поводу мэр?

– А что ему говорить, Мишенька? Любимчик мэров. Что? Ведь землица та не наша Югорская. Хотя и это все слухи.

– Да, да, если бы он этими делами занимался, то разве жил бы в этой голубятне? – кивнув на дом, сказал Михаил.

– А зачем ему торопиться, батька-то его уже на ладан дышит.

– То есть?

– Да привезли его из лесу, побитого. Говорят, медведь порвал мужика, отправить в Тюмень хотели, но доктора опасаются, что сердце может не выдержать перелета.

– А где ж он так?

– Да кто-то слушок пустил, что каких-то гостей в лес повез, да на шатуна-подранка вышли, вот и порвал его.

– Шатуна? Так уже два месяца весна.

– Ну, так говорят. А если говорят, то, значит, чем-то тот мишка от своих собратьев отличается.