Иван Суббота – Адепт смерти (страница 75)

Дойдя до своего фургона, я пнул костяной бок ящера:

— Вставай, Ршан. Всё кончилось.

А потом уселся на землю, облокотившись на колесо, сотворил бурдюк с чистой ключевой водой и жадно к нему присосался.

— Твоя работа?

— А?

Я оторвался от бурдюка и непонимающе осмотрелся. Передо мною стоял игрок и с ожиданием смотрел на меня.

— Чего? Ты о чём? — спросил я его.

— Твоя, спрашиваю, работа? — повторил он и кивнул на кучи трупов вокруг. — Ты колдовал «Ядовитое облако»?

Я узнал его. Тот самый Воин сто пятьдесят четвёртого уровня, который косил тут неподалёку туземцев, как будто газонокосилка.

— А, да. Моя, — ответил я. А потом вспомнил караванщика и его огненные кольца и добавил: — В том числе.

И опять присосался к бурдюку. Через секунду почувствовал, что кто-то уселся рядом и, как и я, прислонился спиной к колесу фургона.

— Пехота.

— Что? — я опять оторвался от воды и посмотрел на примостившегося рядом воина. И на протянутую мне его руку.

— Пехота. Ник такой у меня, — сказал воин. — Будем знакомы.

— Эвери.

Я пожал протянутую руку. Видел я его имя, когда мельком инфу его просматривал. Ещё мысль тогда мелькнула — «прикольный ник». Когда это было? Час назад? А кажется, будто сто лет уже прошло.

— Вода? — он кивнул на бурдюк.

— Угу.

Пехота снял шлем и положил его на песок рядом с собой. Провёл рукой по всклокоченным волосам, махнул ею:

— Давай.

Я протянул ему бурдюк, а сам откинул голову на колесо и посмотрел вдаль. Солнце только коснулось краешком верхушек песчаных дюн. Трудный день подошёл к концу.

— Надо бы дроп собрать. Твоего тут много будет.

Надо бы. Попозже. Не сейчас.

Раньше мне нравилось участвовать в боях. Адреналин! Ради этого, собственно, я и играл в «Битву богов». Ни одной крупной войны не пропустил. Почти во всех самых крутых побоищах поучаствовал. В десятках штурмах замков принимал участие. И в стольких же оборонах.

А теперь мне что-то это дело разонравилось.

Я посмотрел вокруг. Много трупов. Очень много трупов.

— Урон у тебя неплохой для твоего уровня, — сказал Пехота и приложился к бурдюку, потом передал его мне, и я тоже сделал несколько глотков. — В «Интеллект» все статы бросаешь?

Я кивнул. Надо же, урон у меня был высокий из-за принятых эликсиров, а на собственном «Интеллекте» висел дебаф, но Пехота всё равно попал в точку. Ничего удивительного в том, что опытный игрок с одного беглого взгляда может определить примерный уровень урона другого игрока. Разброс цифр может быть большим, это зависит и от модификаторов надетых вещей, и от наложенных на игрока бафов, но примерный порядок цифр, даже при неизвестности этих данных, любой опытный игрок определяет сразу.

— Зря. Многие так делали, а потом бросали персов и новых заводили.

— Почему же зря? — пожал я плечами. — В одиночку смогу данжи чистить. Разве плохо?

— Сможешь, — согласно кивнул головой Пехота. — Только одними данжами да убийствами мобов сыт не будешь. Скучно. Сам потом поймёшь. Весь кайф этой игры в другом. Поверь мне, я знаю.

— Это у тебя второй персонаж? — спросил я. — Раньше магом играл?

— Играл, — согласился Пехота. — Тоже инту качал, хотел нагибать всех. И нагибал. И данжи в одиночку зачищал. До двести восьмого уровня докачался, а потом плюнул, и вот, Воина зарегил. Надоело, когда в сражениях тебя на первых минутах убивают. Никакого адреналина! То ли дело воином — могу несколько часов биться!

— Маги тоже могут по несколько часов в бою стоять.

— Могут, — опять легко согласился Пехота. — Но только не те, у кого защитных свойств совсем нет.

Я откинул голову и прикрыл глаза. Защита нужна, тут Пехота прав. Как только выполню квест Прива, сразу же распрощаюсь с ним и заведу себе питомцем белого медведя. Тоже докачаю его до сотого уровня, все статы в «Выносливость» буду бросать. Пусть грузоподъёмность у него в этом случае будет меньше, но мне главное, чтобы он хотя бы пару ударов держал. Пары ударов мне хватит, любого уделаю за это время.

— А пет у тебя какой был? — спросил я.

— Светляк, конечно. Я за Светлую сторону играл.

Не мой вариант. И сова, дающая мудрость, тоже не мой вариант. Мне только белый медведь подходит. Вот только не сможет он, будучи даже сотого уровня, выдержать удар игрока, например, двухсотого уровня. Надо будет его дальше прокачивать. Ещё уровней сто, а лучше сто пятьдесят. Бред! Я опять покачал головой. Нет уж, пусть будет, как я планировал изначально — белый медведь в качестве грузовика, таскающего мой шмот и выбитый дроп, а его умение «Защитить» — это всего лишь приятный, но побочный эффект. Буду «Силу» у мишки прокачивать, а «Выносливость» так, при случае.

А защиту мне «Скрытность» обеспечит. На расстоянии больше двадцати метров меня даже с прокаченными «Наблюдательностью» и «Внимательностью» не заметят, а кастовать я могу уже сейчас почти с шестидесяти метров, а когда полностью прокачаю умение «Орлиный глаз», вообще с восьмидесяти метров смогу применять одиночные заклинания, а массовые ещё с большего расстояния.

— Да и с данжами тоже не всё так просто, — продолжил Пехота. — В плане дропа оно, конечно, выгоднее в одиночку ходить, но, опять же, скучно! Каждый день одно и то же, какой смысл в такой игре?

Опять прав Пехота. Скучно. Но я ведь и не развлекаться сюда пришёл на этот раз. У меня сугубо прагматическая задача. Меркантильная.

Жаль, а так хотелось совместить приятное с полезным.

— Ты меня извини, Эвери. Не прав был я. Слишком я был зол и расстроен. И обескуражен потерями.

Я с перегрузом в пятьдесят процентов, с забитым дропом рюкзаком, двигался в сторону фургона и Ршана, а рядом со мной шёл главный паломник и пытался объясниться. С другой стороны плыла фигура Прива, державшего в руках по копью.

— Вчера, — сказал я.

— Что?

Я дошёл до фургона и начал перекидывать в него из рюкзака собранные вещи.

— Вчера нападение на караван было, — сказал я караванщику. — Вон, утро скоро уже. Солнце с минуты на минуту из-за дюн покажется.

Копья были основным нашим дропом. Уже полфургона было завалено ими. Довольно примитивные, с наконечниками из плохо обработанного железа или вообще из обсидиана, эти копья, тем не менее, стоили в среднем по десять золотых. Половину этой цены получу от торговцев. И ещё от трёх до пяти золотых талеров я получал с каждого трупа после его обыска. С каждого!

Копья или другие предметы мы с Привом находили на одном из четырёх или пяти трупов, а деньги падали с каждого. С каждого трупа, отданного нам с Привом решением общего собрания выживших паломников. И таких трупов было пятнадцать тысяч. Половина от числа нападавших. Так решил общий сход.

Много трупов. Очень много трупов. Слишком. Вальд никогда столько трупов после себя не оставлял.

Ладно, все морализаторства оставим на потом. А то как-то не очень логичная картина получается — занимаешься мародёрством и при этом рассуждаешь о том, как это некрасиво.

Но как же много трупов вокруг…

Разгрузив рюкзак, я повернулся к караванщику, продолжавшему что-то бубнить с виноватым видом.

— Послушайте, уважаемый! Я всё понимаю. Вы напрасно переживаете по этому поводу. И время напрасно тратите. У меня к вам нет никаких претензий. Скажу больше, я видел, как вы бились с туземцами, и я восхищён вами. Думаю, вы уничтожили не меньше нападавших, чем я. На голову каравана пришёлся основной удар туземцев. И основная их масса была именно там. Там и погибла.

— Да? — караванщик расправил свои могучие плечи. — Так ты не держишь на меня обиды?

— Какие обиды, уважаемый? Мы вместе сражались с врагом. Плечом к плечу. Какие могут тут быть обиды?

Караванщик чуть просветлел лицом и положил руку мне на плечо.

— Спасибо, Эвери. Я много где успел повоевать, для меня это далеко не первый бой и я маг сто девяностого уровня… уже сто девяносто первого уровня. Нет ничего удивительного, что от моих рук погибло много врагов. А вот то, что колдун пятого уровня убил столько же — это невероятно!

Вальд тоже много повоевал, но я не стал об этом говорить караванщику. То всё была игра, развлечение. А сейчас почему-то это мало походило на развлечение.

— И ты знаешь, Эвери, никогда раньше я не говорил такого и не думал, что когда-нибудь скажу такое личу, но после того, как мне рассказали, что ты сделал для каравана, я не могу не сказать этого. Знай, Эвери, я горжусь, что сражался с тобой на одной стороне!

— Спасибо, Мастер. Я тоже горжусь, что сражался рядом с вами, — совершенно искренне ответил я. — Вам надо идти, Мастер. Караван нуждается в вашем руководстве.

Караванщик согласно наклонил голову и, крепко сжав моё плечо, слегка тряхнул его. Развернулся, окинул цепким взглядом караван, барханы, трупы врагов. Тень опять легла на его лицо — из более чем полутора тысяч паломников в живых осталось всего несколько десятков. Целеустремлёнными шагами он двинулся в начало каравана.

— Мастер, — окликнул я его, вспомнив, о чём хотел спросить. — А с фургоном и Ршаном что делать?