Иван Суббота – Адепт смерти (страница 66)

— Стой, Эвери!

Я оглянулся. Ко мне сквозь толпу игроков, столпившихся у стендов тотализатора, протискивался Обгон справа.

— Ты обманул меня! — проорал он, вырвавшись из толпы.

Обгон, вытянув в мою сторону руку и уставив на меня указательный палец, размашистыми шагами шёл ко мне.

Что это он? Я покрепче ухватил мешки с золотыми монетами. Не хватало ещё, чтобы этот вор обокрал меня прямо у дверей Гильдии. А напасть на меня в городе и ограбить он не сможет, у меня всё ещё пятый уровень, нападения в городах на игроков пятого уровня и ниже были программно запрещены. Только «Ненависть» могла изменить это правило. Но у меня-то с ним вполне нейтральные отношения! Хотя, глядя на Обгона, я уже не очень был в этом уверен — судя по его виду, он был не на шутку разозлён.

— Обманул? — удивился я. — Когда?

— Вчера! — брызгая слюной, закричал Обгон. — Ты не сказал, что ты Мастер Магии Смерти! И что у тебя есть ещё куча прокачанных умений!

— А ты и не спрашивал!

— Ты должен был сказать!

— Я никому ничего не должен!

Мы стояли и орали друг на друга. Вокруг постепенно собиралась толпа любопытных.

Обгон, подняв зажатые в кулаки руки, сделал шаг ко мне и упёрся грудью в древко алебарды.

— Потише, парнишка! — десятник из городской стражи Вавилона, НПС четыреста пятидесятого уровня, встал на пути у Обгона.

Его подчинённые распределились вокруг, держа наготове алебарды, и настороженно смотрели на нас, готовые в любой момент перейти к активным действиям. Ни одного стражника ниже четырёхсотого уровня. Обгону не справиться с ними.

— Все поединки — за стенами города, — произнёс десятник стражи. — Или на Арене. Если не хотите угодить на рудники на полгода.

Я облегчённо вздохнул. Хорошо, что в Вавилоне стража такого высокого уровня, иначе бы она не смогла остановить Грандмастера вора, Мастера Хаоса. Вавилон — крупнейший город материка, губернатор Вавилона — непись пятисотого уровня. Чем выше уровень губернатора, тем выше уровень стражников.

Обгон закрыл глаза и сделал несколько вздохов. Я молча наблюдал за ним. Наконец, немного успокоившись, он открыл глаза и сказал:

— Отойдём? — он кивнул в сторону таверны, возле которой мы с ним встретились в прошлый раз.

Я согласно кивнул. Мне толпа любопытных, собравшаяся вокруг нас, тоже не нравилась.

Подойдя к таверне, мы уселись за один из выставленных на улицу столиков. Обгон отмахнулся от подбежавшей официантки и развернулся ко мне:

— Ты должен был сказать! Я заплатил тебе десять тысяч!

— Чтобы я показал тебе своего питомца!

— Из-за тебя клан понёс убытки!

— Я тут при чём? И что ты от меня хочешь? Чтобы я вернул тебе эти десять тысяч золотых? С какой это стати?

Обгон удивлённо уставился на меня. Даже рот раскрыл от удивления. Постепенно на его лице стало проявляться понимание. Он засмеялся. Поначалу негромкий, смех его с каждым мгновением становился всё сильней и сильней. Через минуту он уже хохотал во всю, хлопал по столу руками и пытался мне что-то сказать.

— Вернуть… Ха-ха-ха… Вернуть… Ха-ха-ха… десять тысяч, — он схватился за живот и согнулся в приступе смеха, почти касаясь лицом стола. — Восемьсот… Ой, не могу! Ха-ха-ха… Вернуть десять тысяч…

Я с недоумением смотрел на него. Что это он развеселился?

— Восемьсот миллионов, — отсмеявшись наконец, сказал Обгон. — Восемьсот миллионов золотых талеров поставил клан на победу Зелёного.

У меня в груди всё похолодело. Восемьсот миллионов талеров — это восемь миллионов долларов в реале. За такие деньги, если просто снимут голову, считай, что легко отделался.

Но каков клан! Восемьсот миллионов золотых! Ладно бы, если бы это был топ-клан из первой сотни. Там оперировали и большими суммами. Но клан, не входящий даже в первую тысячу, и — восемьсот миллионов! Если бы Зелёный победил, они заработали бы миллиарды! За несколько минут — миллиарды. Хорошо живут, однако.

— Ты должен их отработать, — безапелляционно произнёс Обгон, надменно смотря мне в глаза.

Сдурел он, что ли? Отработать восемьсот миллионов золотых? Как он это себе представляет? Да и вообще, зря он сказал, что я что-то кому-то должен. Это он погорячился. Я встал из-за стола и направился в сторону банка, бросив Обгону всего лишь одно слово:

— Забудь.

Больше разговаривать с ним я не собирался. Свои мешки с золотом я как можно крепче прижимал к себе. Держать их в рюкзаке я сейчас опасался — кто знает, что придёт на ум этому вору.

— Тебе-то и надо будет всего провести с десяток боёв на Арене, — крикнул он мне в спину. — Даже не обязательно выигрывать все поединки. Мы тебе скажем, кому сливать, у кого выигрывать.

Я молча шёл своей дорогой. Сейчас загляну в банк, погашу кредит. Затем зайду на почту, она там рядом, отошлю Валерке его долю. Заодно оплачу мгновенную доставку мне писем, где бы я ни был. Сразу на год оплачу. Даже на два. Сейчас у меня достаточно денег для этого, для меня сейчас эти затраты вообще копейки.

— Денег поднимешь, дурак! — орал мне вслед Обгон. — В униках ходить будешь, а не в том тряпье, что сейчас на тебе надето!

Я чуть замедлил шаг. Предложение было заманчивым. Но потом подумал, что связываться с такими, как Обгон справа, себе дороже, и ускорил шаг. Такие других за людей не считают. Им дай палец, всю руку откусят. Сядут на шею, и потом не избавишься от них, придётся отдать всё, что получил с их помощью, да ещё и своих приплатить.

Да и не такое уж тряпьё на мне надето, не сравнить с тем, во что был одет ещё день назад. Вполне солидный прикид для моего уровня.

— Ты пожалеешь об этом! Слышишь, Эвери? Пожалеешь!

Но я его уже не слушал. Пусть поорёт, пар выпустит.

В банке Нар Дорин Орли с невозмутимым видом принял у меня золотые талеры и с таким же невозмутимым видом сообщил о повышении моего лимита, чем несказанно удивил меня.

— Сто тысяч? С чего это вдруг? Раньше, помнится, банк повышал мой лимит кредита на сущие копейки каждый раз, а тут вдруг сразу такой скачок? Что случилось, Дорин? Что я пропустил?

Дорин бросил на меня снисходительный взгляд.

— Да ничего особенного не случилось, Эвери. Так, пустячок. Ты всего лишь стал Мастером Магии Смерти. И это — минимум, который мы о тебе знаем. Что там скрыто у тебя ещё, мы можем только догадываться. Но, судя по той победе, которую ты одержал сегодня на Арене, у тебя есть, чем удивить зрителей. Не откроешь инфу? А мы тебе, может быть, ещё лимит поднимем? Может, ты вообще уже Грандмастер? А? Тогда твой лимит будет гораздо, гораздо выше!

Ага, как же! Разбежался. Открывать свою инфу я никому не собираюсь. Поединок с Зелёным меня ещё больше убедил в пользе сокрытия информации о себе любимом. Знай Зелёный мои данные, победителем в дуэли был бы не я. Зелёный тоже ведь мог прикупить кучу всяких эликсиров и свитков с бафами, и имей он доступ к моей инфе, он бы так и сделал — выигрыш всё равно полностью бы окупил все затраты.

Попрощавшись с гномом и покинув банк, я заскочил на почту и отправил Калёному его долю, пусть порадуется, а то вечно на нехватку денег жалуется. Потом оплатил мгновенную доставку корреспонденции на год вперёд.

Заскочил в Гильдию магов и накупил книг с заклинаниями, забросив их в рюкзак. Теперь торопиться с их изучением мне ни к чему, у меня ещё будет время заняться этим.

Дальнейший мой путь лежал к торговцу питомцами. Вавилон был разделён на несколько крупных секторов, и в каждом секторе имелись свои магазины, гостиницы, отделения гномьих банков, рынки и прочие востребованные игроками заведения. А вот продавец петов в Вавилоне был один и располагался он на самой окраине города. Почти целый час потратил, пока добежал до него.

Внимание! Клан «Серебряный риф» занёс Вас в свой Чёрный список.

Я остановился, не добежав несколько метров до участка, где устроил свой дом торговец питомцами и где размещались клетки с различными существами, и открыл окно официального сайта «Битвы богов». Нашёл там раздел с клановыми рейтингами и прочей информацией о кланах.

Да, странный клан «Серебряный риф». Уровень клана — двадцатый. Максимальный. И с таким уровнем сидит где-то в недрах второй тысячи. Всего триста членов. Костяк. Мяса нет. Понятное дело, сугубо камерный клан объединённых общими интересами людей. Мясо набрали только чтобы построить замок двадцатого уровня, а потом разогнали. Тоже вполне стандартный подход, многие камерные кланы так делают.

На двадцатом уровне в клане может состоять до двадцати тысяч членов. Обычно боевые кланы столько и набирают. Триста-пятьсот человек, эльфов, гномов, орков и так далее, составляли костяк клана. Это те, кто создавал клан, поднимал и развивал его. Те, кто рулил кланом. Остальные члены клана — мясо. Это те, кто пришёл уже в развитый клан, чтобы пользоваться всеми имеющимися у него плюшками: повышением характеристик, клановыми бафами, которые могли длиться неделями и месяцами, скидками у торговцев-НПС на территориях, контролируемых кланом или дружественных клану, возможностью из любого места телепортироваться в клановый замок, доступом к клановым мастерам по льготным ценам, возможностью воспользоваться клановым хранилищем, и многим другим.

Всё было честно с обеих сторон — костяк управлял кланом, а мясо пользовалось клановыми плюшками, но взамен участвовало в войнах и ивентах, проводимых кланом. Например, охотилось на врагов клана.