Иван Снежный – Оккультист (страница 10)

Охренеть. Только это слово приходит на ум при взгляде на ее выпотрошенный труп. Подобную жесть я видел на фотографиях в уголовных делах маньяков. Повсюду кровь и внутренние органы, а на лице застыло выражение безмерного ужаса. Глаз нет, из приоткрытого в немом крике рта что-то торчит. Судмедэкспертам будет где разгуляться. Хоть сейчас помещай в учебник по криминалистике, глава «Ритуальные убийства». Среди этого безумия раскачивалась с пятки на носочек Агафья. Мой кинжал в ее маленькой ручке смотрелся сюрреалистично.

– Ой, как хорошо! Вы проснулись, дядя Сережа! Не волнуйтесь за бабушку, это было ее желание. Она чувствовала, что слабеет и передала семейный дар мне. По доброй воле, – за все прошлые встречи я не слышал от малышки столько слов сразу.

Впервые в жизни я не знал, с чего начать разговор. Даже демон не производил такое гнетущее впечатление, как эта девочка. Ее подавляли, или она всегда была такой? Тяжело вести беседу, ничего не зная о собеседнике. Нужно ли сюсюкать с ней как с ребенком, успокаивать? Лучше наоборот, спровоцировать:

– Горло она тоже сама себе перерезала?

– Нет, попросила меня, – тихо ответила девочка. Ни слез, ни эмоций, лишь сухая констатация фактов. Агафья казалась отстраненной, будто не в себе. Но, учитывая обстоятельства, ее сложно винить. – Бабушка сказала, вы поможете! Доведете меня до расцвета!

– Совершеннолетия? Это же еще лет восемь, я столько не проживу. – Слово расцвет изменил намеренно, не понравилось мне, как она его сказала, с придыханием, практически стоном.

Девчушка смешно наморщила носик, загибая пальчики.

– Нет, полгода всего! В семье Добровольских совершеннолетие приходится на одиннадцатую луну. Потом отвезете меня к родственникам в Сибирь, и я войду в полную силу. Обещайте! Бабушка сказала, вы упертый, у вас получится!

Выходит, колдунья успела неплохо меня изучить, и знала, что данное слово я не нарушу. Но, демоны преисподней, как все это не вовремя! Еще полгода назад я бы вцепился в такой шанс руками и ногами, а сейчас девчонка лишний балласт. К тому же везти мелкую без документов, через всю страну – дурацкая затея даже для меня. Однако другие варианты еще хуже. Повторять судьбу старой колдуньи не тянет.

– Обещаю заботиться о тебе по мере своих сил. – Агафья заметила мою уловку, но настаивать на замене слов не стала.

Стоит притормозить с клятвами. Они ведь догонят меня и повиснут на плечах тяжелым грузом. Здесь хоть формулировку удалось сделать расплывчатой, а Черный может дважды приказать что угодно. Чувствую себя студенткой, проигравшей в карты на желание.

– Спасибо, дяденька! Обещаю не вредничать и всегда слушаться. Помочь могу! Я полезная! По дому там или вылечить. Меня бабуля учила всякому.

Роскошно. Годами не было помощников, а теперь сразу двое. И оба несовершеннолетние, за которыми глаз да глаз. Премудрости старушки – особый вопрос. Не заметил в Марии магии. Лишь вырубающий чаек на травках и театральное искусство. Да, ухо перестало болеть, но надолго ли? Даже моя клятва не была засвидетельствована, как полагается. Кроме личной порядочности, ее нарушение ничто не сдерживает.

Показалось, что меня начало немного потряхивать, но тряслись чашки в серванте и пол. В животе похолодело от знакомых звуков снизу.

– Что это? – тихо пискнула девочка.

Взрывы следовали один за другим, перемежаясь с автоматными очередями и редкими пистолетными выстрелами. Уже по этой характерной черте стало ясно: по мою душу явились спецназовцы из клуба. Быстро работают, я рассчитывал, что у нас в запасе есть как минимум сутки. Пока звучит пистолет – Павел еще жив и обороняется. Хотя ума не приложу, как это ему удается.

– Развяжи меня. Этажом ниже убивают одного сопляка.

Агафия отстраненно посмотрела сквозь меня и задумчиво протянула:

– А нам какое дело?

Глава 5. Кондитерские секреты

Агафья меня все-таки развязала и даже, виновато улыбаясь, вернула кинжал. Долго убеждать не пришлось, хватило одной фразы:

– На его месте могла оказаться ты.

Маленькую психопатку проняло, и теперь она держалась ко мне как можно ближе, практически вцепившись в штанину джинс. Главная проблема в том, что девочка абсолютно права: самое рациональное сейчас затаиться, а не бегать под пулями. Но если бы я всегда выбирал простые варианты, никогда не оказался бы здесь.

– Оружие в доме есть? – спросил я без особого энтузиазма.

Девочка покачала головой. Если не ошибаюсь, в нашем подъезде три квартиры с огнестрелом. Два друга-охотника с ружьями на первом этаже и пистолет у управдома, живущего напротив меня. Хотя последнее сложно назвать оружием: сомневаюсь, что древний наган способен стрелять. Скверно. С ножом на перестрелке много не навоюешь.

Тем временем выстрелы прекратились и я рискнул покинуть квартиру Марии. Осторожно свесился через перила. Впечатляющее зрелище: горы трупов, площадка черна от копоти взрывов. Соседские двери оказались сорваны с петель, а моя устояла. Не знаю, какие дела здесь проворачивал владелец, но он не пожалел денег на сейфовый металл со стальными штифтами, забуренными прямо в стену. Проще разнести бетон вокруг, чем эту монструозную дверь. Правда, сейчас она открыта нараспашку. Павел стоял среди копоти в окружении трупов и пинал одного из мертвецов. Медленно спустившись, тронул его за плечо.

– Паш, ты как? – мальчишку колотила крупная дрожь.

– Нормально, мазал много. Через глазок неудобно. Этот за взрывчаткой послал, и я… а там того… Короче, всех дед в спину положил.

Среди тел омоновцев выделялась залитая кровью полосатая майка управдома. Старик не пережил героического рывка. Его пьяные байки об участии в боевых действиях оказались правдой. Семь патронов – семь трупов. Удивительно, на что способны люди в стрессовой ситуации. Точнее, насколько я плохо разбираюсь в окружающих, раз не смог опознать в алкаше бывшего военного.

– Долго стоять будем? Между прочим, здание окружают. О, еще подкрепление прибыло. Разделяются на отряды для штурма. – Агафья стояла возле окна, выходящего во двор, и равнодушно комментировала ситуацию.

Павел засуетился, снимая с трупов гранаты. Протянул мне автомат, но я его не взял. Еще с непривычки что-нибудь себе отстрелю. Вид трупов меня отрезвил, кидаться на профессионалов с оружием – дурацкая затея. Парень же, наоборот, обвешался трофеями с головы до ног и стал похож на металлическую елку.

– И дальше что? Пойдем в лобовую атаку? Твоим друзьям в Зебре это не слишком помогло. – Зря я так, конечно, но отрезвить героя надо.

– Будем прорываться, наверняка кто-нибудь уже вызвал ментов. – Я поморщился от последнего слова.

Стражей порядка переименовали несколько лет назад, но народ неохотно отказывался от привычных кличек. А вот девочка называла их правильно, на новый лад:

– Полиция уже была. Покрутились и уехали.

Отличное у нее зрение. Я с высоты восьмого этажа видел лишь мельтешащие черные точки. Думай, Сережа, думай! Выход есть всегда.

Понятия не имею, как все устроено у стражей порядка, но, общаясь с их многочисленными представителями, я понял одну простую истину: платить нужно сразу. Да, могут возмутиться и не взять, но предлагать надо как можно раньше. Одно дело – пять тысяч рублей патрульному, другое – тридцать сержанту, оформляющему протокол задержания в отделении, третье – сотни тысяч прокурору. Причем эффект один и тот же. Нападавшие прекрасно понимали эту житейскую мудрость.

Примечательно, что никто из жильцов не вышел из квартир. Они наверняка стоят у дверей, напряженно вслушиваются. Их расшатанные нервы можно использовать. Заставить их оборвать телефоны всех экстренных служб, привлекая внимание. Это уже больше похоже на план.

– Агафья, проверь квартиры без дверей. Паша, затаскивай трупы в наш коридор. Чего вылупились, быстрее! – Окрик подействовал, и ребята засуетились.

Первой закончила девочка. Вытянувшись по струнке, шутливо отдала честь, щелкнув каблучком коричневой сандальки.

– Живых не обнаружено, мой фюрер… гуляют поди, воскресенье же. – Хоть здесь повезло.

– Помогай Павлу, залей кровь перекисью водорода, не знаю, солью закидай… главное, чтобы не бросалось в глаза.

Убедившись, что все заняты, я поспешил спуститься на третий этаж. Панику лучше начинать с наиболее впечатлительных. Остается выбрать причину. Террористы всегда в моде, но слишком привычны, народ уже охладел. Страх вызывает то, о чем слышал. Кажется, по Авторадио передавали про очередной взрыв газа. А что может быть ужаснее, чем сюжет из выпуска новостей, приходящий домой? Я забарабанил по двери кулаками:

– Газовая труба лопнула! Возможен взрыв! Бегите на улицу!!!

Не переставая кричать и бить во все двери подряд, добрался до своей квартиры. Соседи зашумели замками, подъезд наполнили тревожные голоса. Особенно надрывалась впечатлительная тетка на третьем этаже, кто-то с грохотом и матами спускал по лестнице тяжелую плазму. Убедившись, что на моей площадке не осталось следов мертвых омоновцев, обзвонил последние три квартиры на девятом этаже. Никто не вышел, но внутри явно засуетились. Вроде все. Жильцы с первых этажей и так переполошатся, когда мимо побежит народ.

Не знаю, пахнут ли свежие трупы, но я порадовался отсутствию обоняния. Коридор съемной квартиры превратился в братскую могилу. Павел вдохновенно вещал из комнаты: