Иван Снежный – Оккультист. Книга 2 (страница 10)

Наблюдая за нелепыми движениями Наташи, у меня возник новый план. Близость смерти неплохо пробуждает креативность. Я сегодня просто фонтанирую идеями.

– Лечь!

Женщина послушно завалилась на землю, запачкав костюм.

– Ползи ко мне!

Глупо конечно, но даже сейчас я экспериментировал, выясняя границы восприятия приказов. Хотя мне предстоял куда более необычный опыт.

По сути, в переносе сознания нет ничего сложного. В первую очередь я вытряс из Агафьи все подробности ритуала. Их оказалось прискорбно мало. Грубо говоря, мне предстоял обычный захват тела, только с последующим выбиванием сознания хозяйки. В этом состоит основная сложность, но Наташа ослабла ментально. Я надеялся, что переселение в пустую куклу пройдет проще. Не искать же мне в лесу маленькую девочку для донорства. Остаются формальности – убить себя прошлого, чтобы разуму было некуда вернуться. Сущие пустяки.

С первым этапом проблем не возникло. Я соприкоснулся лбом с пускающей пузыри Наташей и рванулся из тела в момент погружения в глубины чужого сознания. Идеальный переход. За последние часы мы почти сроднились. Руки, ноги, голос – все теперь в моей власти.

Переселение в женское тело. Сексуальная фантазия многих мужчин на деле оказалась несколько проблематичной. Вместо того чтобы хватать себя за гениталии и предаваться резвому разврату, пришлось учиться самому банальному – ходьбе. Центр тяжести из-за большой груди оказался смещен, и я постоянно заваливался вперед. Повезло, что Наташа не надела шпильки, ограничившись сапожками на широком каблуке. Но даже на них я умудрялся подворачивать лодыжки, заваливаясь на пожухлую листву.

Самые банальные вещи стали непривычны: одежда слишком узкая, воротничок натирал шею. Тонкий ремешок стягивал талию так сильно, что едва удавалось дышать. Женщины идут на страшные жертвы, лишь бы выглядеть чуточку лучше. Знай я, что буду использовать это тело, обращался бы с Наташей помягче. Сломанный нос и покрасневшие от наручников запястья еще можно потерпеть, но удар в живот явно был лишним. Приподняв блузку, аккуратно коснулся синюшного кровоподтека. Серьезно? Я бил-то вполсилы, кряхтя от перенапряжения. Очевидно, мое тело теперь более хрупкое.

Самоубийство прошло еще легче. Забрав из кейса дамский пистолетик, я аккуратно выстрелил своему телу в глаз. Дважды. Никакой жестокости, просто боялся, что маленький калибр застрянет в костях, не задев жизненно важные органы.

Довольно странное чувство – видеть со стороны свое мертвое тело. Все так знакомо. Вот плохо выбритый участок на левой скуле, я часто оставлял на нем порезы и предпочитал лишний раз не трогать. Залысина на макушке, так напугавшая меня в прошлом году. Пропитанная липким потом одежда, ни один дезодорант не справился с моим ритмом жизни. Небрежно подвернутый рукав, который постоянно пачкался едой. Я внимательно рассматривал себя, понимая, – это чужой человек. В нем больше нет меня. Свихнуться можно.

Забрав с тела свои вещи, я бросил его в лесу. Хватит с меня трупов в багажнике. Сентиментальных чувств недостаточно, чтобы таскать за собой старую оболочку. Она уже отслужила свое, пусть теперь станет кормом для червей, сгнив в этом лесу. Забавно, но большинство моих мыслей были сугубо материальны. Совсем не о бессмертие души или сиянии чистого разума. Я думал о том, что зря вернул кредит. В следующий раз возьму кучу займов перед сменой оболочки. С мертвого не спросят.

Сюрпризы женской физиологии не закончились на походке. Обхватив руль, я сломал ноготь на мизинце и взвыл от боли. А длинные волосы постоянно мешались, падая на лицо. Придется Наташе стать более мужеподобной для моего удобства. В первую очередь сменю узкий костюм на что-то мягкое и менее откровенное.

Я не уловил, в какой момент все изменилось. Кажется, началось с покалывания по всему телу. Словно поднялся ветер из иголок и их острия протыкали мою кожу. Терпимо, но неприятно и становится только хуже. Причем кондиционер в салоне был выключен, а в лесу не шевелился ни один листик. Значит, все это мне кажется. Обычно, поняв такое, люди успокаиваются. Однако не в моем случае. Несмотря на зомбирование, женщина сопротивлялась вторжению!

– Упрямая, – процедил я сквозь зубы, но получился эротичный шепоток.

Над голосом тоже предстоит поработать. Покалывание усилилось. В какой-то момент сознание окончательно помутилось, и я ощутил как сползаю с сиденья вниз.

– Упрямая, – повторил я уже внутри пространства мыслей. Примечательно, что здесь мой голос снова был мужским.

– Как ты посмел? Тварь! – Звук слабый, но это все еще Наташа.

– Человечность сильно переоценивают. Прости, красотка, мне лишние пассажиры не нужны.

Создав кинжалы, я принялся раскидывать их во всех направлениях, разрезая воздух. Отступать некуда. Простреленное тело Сергея давно перестало дышать.

– Все так удачно начиналось, и вот ты выбрал легкий путь.

Змееподобное лезвие полетело на голос, но встретило лишь пустоту. Сложно сражаться с тем, что не имеет формы. Неожиданно пространство вокруг закружилось, и вместо темноты я оказался перед зданием старинной английской школы, потом в больничной палате и в уже уничтоженном коридоре базы Фонда. Наташа перебирала места, в которых бывала, создавая поле для последней схватки. Я терпеливо ждал, вспоминая рекомендации Агафьи:

– Обыватели не готовы к смертельному бою, но легкой победы не жди. Обычно они бегут в самое волнующее их место, сталкивая тебя со своими страхами. Ужас вызывает мощнейший выброс энергии. Тупые не-маги. В пространстве собственных мыслей они – боги, и могли бы раздавить нас за секунды. Но лишь пугают, сами дрожа от ужаса. В худшем случае ваши страхи совпадут. Не дай себя запутать: всегда помни, кто ты есть и следи за временем. У тебя не больше получаса. Найди хозяина тела среди фантомов и убей. Скудоумные всегда создают самих себя. Раскрывают уязвимости.

Собственно, поэтому так важен этап подготовки и знакомство с целью. Зная, где окажешься, можно заранее продумать план, выяснить, в кого превратится жертва. А то и самому сформировать поле боя. Узнав механику захвата тела, я поклялся никогда не вселяться в Гаитянца. Бегать по улицам выдуманного Порт-о-Пренс, отстреливаясь от дочерей Папаши Эша – та еще затея.

Только бы не база Фонда, шептал я про себя. Куда угодно, лишь бы не обратно в эти чистые коридоры с болезненным цветом стен и опасными тварями за каждой дверью. Но мне повезло: Наташа не боялась своей работы. Калейдоскоп окружения крутанулся еще дважды и застыл консервативно серыми стенами – школа.

Поразительно, как часто детские переживания остаются с нами навсегда. Незаметно отравляя каждый день жизни. Причем неважно сколько в этих воспоминаниях реального. Дети склонны преувеличивать.

– Тупица! Никчемная дрянь! Опять ошибка! Твое место на помойке!

Гипертрофированно мерзкая учительница отчитывала у доски всхлипывающую девочку. В руках педагога покачивалась длинная деревянная указка. И хотя она ни разу не ударила, школьница вжимала голову в плечи от каждого замаха. Как и трое учеников за партами. Забавно, но я оказался четвертым малышом: короткие штанишки и смешной галстук. Ведьма не упоминала, что жертва изменяет мага.

Впрочем, во всем остальном Агафья оказалась права. Как ни умна была Наташа, ей не хватало воображения, смелости или опыта в подобных делах. Ничего не стоит обратить меня в червяка и запереть в банку на полчасика. К чему такие сложности? Начинаю понимать презрительный термин «не-маги», который так часто употребляет старушка.

Зомбификация все же повлияла на женщину. Ее сил едва хватило на создание одной классной комнаты. За окном вместо деревьев чернело пространство безмыслия, за приоткрытой дверью – тоже. Тем лучше для меня. Включая училку, всего пять человек. Куда проще, чем проверять целую школу.

Наверняка для магов прошлого подобные выверты чужого сознания были настоящим шоком. Однако в век кинематографа и мощных компьютеров я просто представил, что играю в квест. Ставка в которой – мое будущее. Нет смысла отыгрывать порядочного школьника. Я знаю кто я и зачем здесь.

– Кинжал!

В руках ничего не появилось. Похоже, в чужом воспоминании придется играть по иным правилам.

– Молодой человек, я разрешала вам подать голос? – Учительница горячилась все больше. – Невоспитанное ничтожество! Знай свое место!

Отвечать фантому показалось излишним. Сколько я уже здесь сижу? Слушаю этот бред, смотрю в пустоту за окном. Часы на стене идут в обратную сторону. Отпущенное мне время невозможно засечь! Я лихорадочно огляделся в поисках оружия: ручки, карандаши, стекло из окна. Лучше, чем ничего. Скорее всего Наташа – плачущая девочка у доски. Но начать стоит с учительницы. Здоровенная тетка может ее защитить. Единственная взрослая в комнате легко скрутит меня.

– Вставать запрещено! Вернитесь на место! Так, это последняя капля: немедленно к директору! Завтра родителей в школу! Хулиган!

Не обращая внимания на ее крики, я взвесил в руке стул с железными ножками. Тяжелый. Как раз то, что нужно. Дрожащая от возмущения учительница подошла очень близко, нависая сверху. Я почувствовал ее зловонное дыхание и окончательно убедился: происходящее нереально.

Крутанувшись на пятках, я запустил ей стулом в лицо. Ножка с чавкающим звуком смяла висок. Однако женщина не умерла, а разлетелась на осколки, будто фигура изо льда. Минус одна иллюзия. Причем исчезновение преподавателя заметил только я, остальные дети восприняли все как должное.