Иван Шаман – Валор 6 (страница 20)

— Доброе утро, господин Гуанг Валор, — довольно, даже самодовольно, произнес с вершины Джен Ли. — Вы как раз вовремя. Ваш противник просил передать, что будет с минуты на минуту, и просит прощения за опоздание. Все же он должен исполнять обязанности верховного жреца и прочесть молитву, дающую силу нашему богу.

— Жаль, что его собственные договоренности так мало значат, но я уважаю выполнение обязательств перед обществом. Это достойное занятие, — ответил я, стараясь успокоиться. Каждая лишняя минута могла стать причиной поражения. Сейчас главное — сохранить концентрацию, не отвлекаясь на посторонние шумы. Однако спокойно заняться медитацией мне не дали.

— А помните, господин Валор, еще совсем недавно, всего пять лет назад, на этом же месте проходил ваш первый командный турнир? — Свысока, в обоих смыслах, сказал старый эльф. — Вы с друзьями, совсем еще дети, победили с минимальным отрывом. Будто это было вчера, хотя по моим меркам так оно и есть. Жаль, что вы окончите жизнь, не получив и сотой доли от того прекрасного, что в ней есть. Свадебные хлопоты, медовый месяц, радость отцовства… да, не брось вы вызов Совету — все это у вас было бы. Возможно, вы не знаете, но дуэль до смерти не подразумевает примирения.

— Что вы, я прекрасно понимаю это. Однако из любого правила есть исключения. Если победитель сочтет нужным, он оставит проигравшего его в живых. Обычно такого не бывает, но сегодня именно такой случай.

— Герой, рассуждающий о том, что он пощадит владыку. Как мило, — усмехнулся глава Джен. — Боюсь, мнение уважаемого мной товарища и давнего партнера — Гуй Шена — немного иное. Мы оба считаем, что даже этот поединок — лишь средство показать всему городу, кто на самом деле им правит. Нет смысла утруждать себя заботой о сохранении вашей жизни. Тем более что вы один раз воскресли, сможете сделать подобное снова. Через полгода. Когда все встанет на свои места.

— Вы мудрые, все повидавшие и много сотен лет прожившие, считаете, что все знаете, понимаете и все должно быть именно так, как думаете вы. Но если бы это действительно так работало — народ Чщаси давно жил бы в раю, — резко заметил я, обрывая тираду эльфа. — Вместо этого историю вершат смелые, молодые и рискующие. Вам же приходится жить с тем, что мы оставляем. Словно старые побитые псы, вы держитесь за объедки, оставленные вам молодыми волками.

— Объедки? — в улыбке эльфа появилось столько желчи и яда, что он чуть не капал с губ. — Что ж, надеюсь, это не последние ваши слова перед смертью. Не слишком хорошо, если вас запомнят по ним. Впрочем, эльфийской стреле все равно, кого убивать. Пса или бешеного волка.

— Вы очень скоро поймете разницу. Ведь ваше дерево уже изменилось. Давно ли вы видели его верхние ветви? Конечно, мне сверху виднее, но, возможно, и снизу вы сможете оценить пожухшую, пораженную болезнью листву. Все изменилось. Не так ли? Все, что вы знали, все, что было для вас нормальным — теперь чужое. Сколько еще лет вы сможете контролировать магов Природы, которые стали в разы сильнее, чем раньше?

— У вас прекрасная осведомленность. Жаль, вы не используете голову, чтобы ее применять по назначению, — закончил разговор эльф, спрятавшись обратно под навес. Как раз вовремя, чтобы я сумел восстановить расшатавшиеся решетки внутри своего разума. И прямо перед появлением целой процессии, во главе которой шествовал Шен.

— Дорогу главе клана Гуй! — кричал глашатай, и толпа расступалась, чтобы пропустить владыку в полном воинском облачении. Удивительно, но за все годы обучения в академии я ни разу не видел его в таком наряде. Учительский халат, праздничное платье или строгая тренировочная форма были обыденностью, и мне казалось, что и сейчас он выйдет в той же, привычной мне, одежде. Но он оказался осторожнее и предусмотрительнее. К тому же броня не казалась чужеродной или неестественной. Гуй Шен нес полный доспех с легкостью и достоинством настоящего воина и господина.

— Прошу прощения за опоздание, господин Валор, господа свидетели, — чуть поклонился тифлинг. — Надеюсь, вы не сочли это за оскорбление.

— Нет, мы просто признали вас проигравшим по техническим причинам, — с улыбкой сказал я, и Шен вздрогнул, глядя на Ли.

— Очень плохая шутка, господин Валор, — с почти натуральным вздохом произнес эльф. — Неужели вы настолько боитесь драться, что готовы идти на такие мелкие ухищрения?

— Я в очередной раз пытаюсь спасти жизнь моему бывшему учителю. Только и всего.

— Уверен, у меня найдется еще пара уроков для вас и всех присутствующих, — сказал Гуй Шен, зашнуровывая шлем. — В том числе вежливости и уважения к старшим.

— Главное — не путать их с глупостью и раболепием, — заметил я, проверяя надежность креплений кирасы. — А старость — с маразмом и обветшалостью. Иначе выйдет, что корова молоко перестала давать, а забить ее все стесняются, надеясь на лучшее.

— Довольно! — не выдержал Джен Ли. — Друг мой, я сдерживал этого несносного ребенка сколько мог. Теперь твоя очередь.

— Он уже не ребенок, а глава клана, — покачал головой Шен, подтягивая перчатки. — А потому и относиться к нему, и поступать с ним нужно как со взрослым. Плести интриги, разваливать Совет и ставить под удар весь город ради своих мелочных амбиций и сиюминутной выгоды — это достойно лишь смерти. В назидание остальным.

— Начали! — крикнул Джен Ли, стоило Шену прикоснуться к отполированной до блеска рукояти меча. Ударил гонг, и тифлинг рванулся вперед в молниеносном прыжке, почти неуловимом для обычного глаза. Ветер от его движения взметнул облачко мелкой пыли, через которое прорвалась тень. Лезвие длинного кривого меча со свистом рассекло пустое место.

В то время как он начал движение, я выстрелил «кошкой» и отпрыгнул на стену, замерев на середине и готовя глефу к контратаке. Не заставляя себя ждать, бывший ректор прыгнул вслед за мной, без «кошки» и дополнительных устройств поднявшись на три метра, а затем побежал вверх, прямо на меня, не используя руки. Искры из-под ботинок сыпались вниз, и он в одно мгновение оказался рядом, обрушив меч.

Сталь зазвенела, я принял клинок на мягкий блок жалом и увел атаку в сторону, одновременно раскручивая оружие и всаживая в противника основное лезвие. Мое движение закончилось, когда меч врага и глефа разошлись вслед за ударом, но каким-то неимоверным движением Гуй Шен вывернул лезвие и атаковал вновь!

Блок получился смазанным, в последнее мгновение я успел отпрыгнуть на страховке, и меня подкинуло на несколько метров вверх и в сторону, погасив за счет этого движения силу удара. Несколько деревянных пластин на плече оказались рассечены, потеряв всякую ценность для защиты. Но и у бегущего следом ректора не хватило квадратов брони возле шеи. Еще несколько ударов в ту область — и я смогу отрубить ему голову.

Высекая искры когтями на ботинках, противник несся прямо на меня, не давая перевести дух, но в последнее мгновение резко набрал высоту, со скрежетом обрушив свой меч на мою страховку. Будь она обычным канатом — лететь бы мне вниз, но по старой памяти в нее были вплетены стальные нити, а я, поняв замысел ректора, сам прыгнул вперед, ослабляя натяжение.

— Хватит бегать, щенок! — взорвался не произнесший с начала схватки ни слова Гуй Шен, и я увидел ярость, которой горели его фиолетовые глаза. Он хотел применить Юань-ци, но я для него не существовал. Ровно до этого момента. Пора!

Клинки встретились, и в это мгновение я снял блокировку, высвобождая всю скопленную за ночь Юань-ци. Эликсиры, направленная медитация, активное ядро — все это работало лишь на одну цель — накопить как можно больше ментальной энергии. Взрыв, созданный моим разумом, обрушился на органы чувств всех окружающих. Зрачки ректора расширились и тут же померкли, и оглушенный, ослепленный и потерявший чувство вкуса враг рухнул вниз.

Шанс, единственный, тот, на который я поставил жизнь. Сейчас только чистые носители Чжен-ци, без намека на Кровь и Душу, могли наблюдать за нашим поединком. И эльфы подались вперед, глядя, как я с хрустом всаживаю жало глефы в его грудь. Пластины брони легко ломались, рассыпаясь, но движение оказалось недостаточно быстрым, и, войдя в тело на несколько сантиметров, жало не достало до сердца. На чистых рефлексах Гуй Шен отпрыгнул, и в то же мгновение на меня обрушилась тьма.

Сила его Юань-ци, мастерство использования и скорость, с которой он сориентировался в произошедшем — не имели никаких границ и были несравнимы со всем, что я видел до этого. Гуй Шен был не просто мастером своего Пути, отказавшимся от остальных — он был владыкой, способным менять реальность по собственному усмотрению.

Резкое головокружение, верх и низ поменялись местами, я не чувствовал направления или оружия в руках. Я сопротивлялся изо всех сил, но даже боевая медитация оказалась не способна развеять окруживший меня сумрак. Я прыгнул, считая секунды до падения, и откатился в сторону. Я не видел и не слышал ничего вокруг, даже запахи утонули в небытии. Враг мог быть где угодно, но сдаваться мне было еще рано, ведь я прекрасно знал свое тело.

Ударить по поясу кулаком. Кровь из глиняной склянки красным пятном была мне видна даже в этой искусственной тьме, ведь она моя. Я обмакнул в нее свернутый трос, прыгнул в сторону, от возможного удара противника, и вот уже тонкая бархатная пелена застила все вокруг. Кровь повисла в воздухе, медленно оседая, и теперь я почувствую любое движение в радиусе пяти метров.