Иван Шаман – Универсал. Книга 2. Кадет (страница 10)

– Ни черта ты не понял. Нет больше у вас пяти лет на все эти подростковые глупости, – окончательно успокаиваясь, сказал Давид. – Все, игрульки кончились. Сейчас либо вы сможете адаптироваться, либо погибните. Зима пришла во всей своей силе. Даже если все зомбаки внезапно передохнут от морозов, вам придется бороться за ресурсы. А-а… – Он безнадежно махнул на кадетов рукой. – Поймете, хотите или нет. Рано или поздно вам придется выйти из нашего заведения. А там вас ждет целый мир. Можете воспринимать это как угрозу. Кто еще не отстрелялся?

Несколько человек подняло руки, и Никольский подошел к ним, чтобы поправить стойку или посмотреть результаты. Максим, с удивлением для себя, обнаружил, что многие парни, и почти все девушки, занимались перед поступлением стендовой стрельбой, которая в реальной жизни практически бесполезна. Теперь их переучивали на стрельбу практическую, которая отличалась не только применением реального боевого оружия, но и стойками. Вкупе с борьбой, в которую Сергей Николаевич, их тренер по предмету, внес значительные изменения, у многих поменялась даже походка. Правда сам он этого не заметил, показала и объяснила Марина.

Парень, которого муштровали с трех лет, все происходящее воспринимал обыденность. На первый взгляд различий почти не было, те же занятия, профилактические осмотры, жизнь в изолированных замкнутых помещениях. А с другой стороны отличия были разительны. Тогда он был единственным ребенком на целый комплекс, сейчас же у него появилась куча знакомых, которые были лучше и хуже него. Каждый день он узнавал что-то новое, но не через симуляции или интернет, а вместе с остальными, на лекториях и практиках. И даже учитывая апокалипсис и все неприятности, что он с собой принес, приходилось признать, жизнь его стала гораздо веселее.

– Эй, вундеркинд, – раздался голос Павлюка сзади, Максим обернулся и тут же отпрянул. Тело отработало автоматически, делая шаг назад. Кулак нападавшего пролетел в нескольких сантиметрах от лица парня, и ему пришлось отступить еще, уперевшись спиной во что-то мягкое.

– Ребят, может не надо? – неуверенно спросил Боксер, которому все происходящее не особенно нравилось, но при этом схватил Макса за плечи.

– Надо, иначе он еще больше зазнается, а так проучим разок и все. – Усмехнулся курсант, занося руку для мощного удара.

Тело парня действовало на автомате, подпрыгнув и уперевшись в обескураженного здоровяка, он двумя ногам оттолкнул нападающего, получая достаточный импульс, чтобы повалить удерживающего его Константина. И когда тот раскрыл руки пытаясь удержаться от падения, ловко вывернулся. Едва оказавшись на ногах, он был вынужден отбиваться от наседающего противника, который еще на вступительных показал себя не плохим рукопашником.

Даже будь у него в полном порядке обе руки, бой был бы не легким, теперь же не было и шанса. Отбиваясь на рефлексах и скорости, Максим несколько раз подряд чуть не пропустил удар слева, не в состоянии защитится или поставить блок. Через минуту этого безудержного танца Павлюк, судя по всему все же жалевший парня, или придерживающийся какого-то своего кодекса, и бивший в основном левой, не выдержал.

Макс видел замах, видел летящий хук, но сделать с ним ничего не мог, просто не успевал. Острая боль пронзила все его тело, свела мышцы, он слышал отчетливый треск кости и сухожилий и мгновенно повалился на спину, будучи в сознании, но абсолютно не способным что-либо сделать.

– Вов, ты чего сделал, – раздался, откуда то сбоку голос Боксера. – Че он так дергается?

– Черт его знает, я к нему даже не притронулся, – ошарашенно ответил Павлюк. – Честно! Что ты на меня так смотришь? Не бил я его!

– Что здесь происходит? – громко спросила Татьяна, быстро приближаясь, – вы, что придурки, устроили? Максим ты как? Парень, посмотри на меня! Эй! – начальница стояла где-то сбоку, но даже глаза сдвинуть он не мог. – Вашу же мать! В санчасть, бегом! Да не туда, в офицерскую.

– Есть, – крикнул Большов, подхватывая тело парня все еще бьющегося в конвульсиях.

– Что у вас случилось? – спросила на ходу Светлова.

– Да ничего, просто мимо шли, – буркнул было в ответ Павлюк, и тут же получил затрещину, от которой чуть не полетел вперед

– Еще раз соврешь по столь очевидному поводу, три недели в наряде уборной будешь, понял?

– Так точно, – нехотя ответил кадет, бежавший рядом.

– Тогда говори как есть! – Крикнула начальница. Максим, которого к себе крепко прижимал Боксер слушал их разговор, будто со стороны, тела он практически не чувствовал, и сделать ничего не мог.

– Повздорили мы, но я к нему даже дотронуться не успел! Он сам упал и начал дергаться!

– И доктор на теле не обнаружит синяков и ссадин? – взбеленилась Татьяна, – забыл, салага, что он освобожден от занятий по рукопашному бою?

– Так точно…

– Дебилы, ему же всего десять! У него ни мышцы, ни кости до конца не сформированы! – они уже промчались по длинному коридору и теперь были почти на месте. – Марк! Тут припадок на фоне травмы! – еще не зайдя в двери, крикнула начальница, – конвульсии, шок…

– Сам вижу, кладите его сюда, черт, а я этого паренька знаю, Универсал, кажется? – доктор взял его за голову, придавив к кушетке и, смахнув в сторону воск, поднес горящий фитиль свечи практически к самому глазу парня. Яркий оранжевый свет заставил зажмуриться, но веки не слушались и не закрывались, – так, зрачки реагируют уже хорошо. Вот только мышцы все свело, черт, ладно. Парень! Послушай меня! – кричал врач так, что услышал бы и глухой. – Я сейчас введу тебе релаксант, ощущения могут быть препротивные, но это лучше чем ты перегоришь, – он отошел в сторону и практически тут же вернулся с инъектором. – Расслабься, хотя о чем это я… – Через секунду после введения лекарства по телу прошла волна, мышцы постепенно ослабили хватку и он начал погружаться в спасительное забытье.

– Ну что, – рядом с ним, на скамейке, покачивая ногой, сидел уже знакомый Максу парень, которого звали Лодур, – теперь-то уже пора?

– Ты торопишь события, – ответил другой, почти не отличающимся, но более строгим, голосом. – Хочешь прикончить его вместе с телом?

– Не хотелось бы, – тяжко вздохнул тот, запрокидывая назад голову.

– Ну вот, и не торопись… – наставляющим тоном сказал второй, но на полуслове замолчал.

– Вы кто? – не выдержав спросил Максим

– Ааа, – вскрикнул Лодур, вскакивая со скамейки, – оно разговаривает! Ви, какого хрена?

– Это у тебя надо спрашивать ты же его сюда притащил, – пожал плечами второй, и, подойдя ближе, подал Универсалу руку. – Поднимайся, или ты так собрался вечность на гальке лежать? – не найдя причин этого не делать парень поднялся и только оказавшись в непосредственной близости понял что у говорившего нет лица, будто взяли картину и все детали смешали кистью в однородную краску.

– Вы как, – начал вопрос парень, но запнулся на полуслове, – почему?

– Мозги что ли отшибло? – с насмешкой спросил Лодур.

– Вы в масках? Ни ртов, ни носов, а разговариваете. Как вы дышите вообще?

– Значит мы для тебя безликие, – ухмыльнулся Ви, – чтож, буду знать. Меня Видаром зовут. Это мой брат, Ло. А ты Мак, поверь, мы тебя очень хорошо знаем.

– Откуда? И где я вообще?

– Там где тебя еще долго не должно быть, можно назвать это райскими кущами.

– Или адом, – перебил Лодур, – тут уж, с какой стороны смотреть.

– Я что, умер? – не понял парень, услышав знакомые по библии, которую мама читала иногда перед сном, названия.

– Ну чего уж сразу, – хмыкнул Ви. – Хотя, смотря как это воспринимать. Считай что ты в мире близком к смерти и одновременно бесконечно далеком от него.

– Не понял, – честно признался Максим, – а что вы тут делаете, и кто вы вообще?

– Это хороший вопрос, даже отличный, – начал было Ло, но заметив знак брата замолчал.

– Мы странники, путешествуем, выбираем, ждем. – Ответил за обоих Ви. – Сейчас вот за тобой наблюдаем. Очень интересно, что получится.

– Из чего? – снова не врубился парень.

– Не забивай голову, рано или поздно ты все поймешь, сейчас же главное что ты жив, и тело твое в нормальном состоянии, – Видар помолчал секунду, видимо собираясь с мыслями, – пожалуй, мы тебе даже можем немного помочь. Ло, перенеси его в пещеру.

– Уверен? – удивленно переспросил брат. – Там может быть довольно неприятно, а мы сделать ничего не сможем. Ему придется справиться самому.

– Да, уверен, могу поспорить и старший бы нас поддержал, – кивнул Ви, – если уж он даже с такой мелочью не справится, тогда дальнейшие действия бесполезны, и мы все обречены.

– Как скажешь, – усмехнулся Ло бросаясь на землю, он с силой ударился так что даже галька брызнула в стороны каменным дождем, но вместо того чтобы расшибиться до крови поднялся огненным жеребцом. – Залезай парень, прокатимся с ветерком, – проржал конь, и Максим с ужасом увидел огромные волчьи зубы. – Не боись, не съем, пока что.

– Я не умею ездить на лошадях.

– Вот сейчас реально обидно было, – сказал Лодур, – что-что, а девчонкой я никогда не был.

– Да ну? – деланно удивился Ви.

– Ну, ты еще вспомни, – оскалился конь, обнажая клыки не хуже чем у льва, – Залезай, малой, де держись за гриву как следует. Не стесняйся, волосы не выдернешь.

– Донесешь, и обратно, – строго сказал Видар, отходя в сторону, – вместе посмотрим.