Иван Шаман – Памир. Том 2 (страница 6)

— Я не могу оставить крепость. Вдруг на вас нападут в моё отсутствие?

— Используйте самый быстрый из ваших паромобилей. Если нужно, снимите с него броню и вооружение, чтобы скорее добраться до города, — вновь запротестовал следователь, даже руки за спину убрал, чтобы не касаться камня. — И ещё одно, ваше благородие, прежде чем заявлять, что у вас есть, наймите охрану. Хоть под сотню.

— Хорошо, — нахмурился я, понимая, что просто так нервничать опытный дознаватель не стал бы. Может, уменьшить камень, от греха подальше? Ладно, в следующий раз буду умнее, и камешки сделаю не больше мизинца. Этот он уже видел, так что отнекаться не удастся.

— Про уменьшение веса — это вы правильно придумали, — кинул я, найдя глазами оставшиеся в моём распоряжении броневики. Самым лёгким из них был паромобиль ликвидаторов, полученный мною в качестве компенсации. И всё равно, у него присутствовала избыточная для моей задачи масса и броня.

В сельской мастерской со снятием всего лишнего провозились бы не меньше суток, но теперь, осознав природу своего дара, я управился за два часа. Сначала я приложил ладони к технике, ощутив её целостность, все стыки и составные части. В голове тут же возникла примерная трёхмерная модель, и, ориентируясь на неё, я добрался до тех соединений, от которых собирался избавиться.

— А гаечный ключ вам не нужен? — поинтересовался обеспокоенный следователь, когда я забрался под машину.

— Я до пятидесяти голыми пальцами могу откручивать, — ответил я, не став уточнять, что и заклёпанные соединения для меня не проблема. Они словно плавились под пальцами, легко принимая нужную форму.

За два часа я избавился от всего лишнего. Оставив только часть кабины, для того чтобы котёл не перевесил, и центр тяжести не ушёл слишком назад. Броню приспособили тут же. Поставили на стену, в качестве укрепления для пушки.

— Я постараюсь обернуться до завтра, — предупредил я Милославу, Петровича и Бориса. — Продержитесь до этого времени, но не рискуйте понапрасну. Жителей чуть что прячьте в крепости, наперехват не ходите и сами не высовывайтесь.

— Как скажете, господин, — слабо улыбнулась жрица.

— Может, поедете вместе? — предложил Петрович. — Тут мы и сами справимся, а за боярыню меньше будет волнения.

— Я останусь, это наше поместье, люди должны видеть, что я с ними, — тут же возразила Милослава. Однако даже невооружённым взглядом было видно, как она нервничает.

— По-хорошему, мне бы тоже остаться, но дела не ждут, — поморщившись, проговорил я.

— Мы справимся, — пообещал Исаев. — Геройствовать не будем, даже не надейтесь. Если разживётесь деньгами, возьмите письмо к Седому, тут всё о ситуации.

— Хорошо, спасибо. И ещё раз, не рискуйте понапрасну! — попросил я и, горячо поцеловав Милославу, которая долго не хотела отпускать меня из объятий, вжал рычаг газа на максимум.

Паромобиль, избавившийся от половины веса, резво дёрнулся вперёд, и пыхтя начал ускоряться уже на грунтовой просёлочной дороге. Я убрал даже каменную кожу, лишь бы облегчить нагрузку на мотор. Ведь теперь счёт шёл на секунды.

Глава 4

— Господин? — удивился Вениамин, когда я без стука вошёл в его контору. Юрист сидел за документами, перебирая какие-то бумаги, и беззаботно насвистывал себе под нос простую мелодию. То есть он не только меня не ждал, но и совершенно не переживал о происходящем в Гаврасово, хотя не мог не знать об османах.

— Приветствую, — спокойно, словно ни в чём не бывало, произнёс я.

— Добрый день, Фёдор Иванович, рад вас видеть. Такая неожиданность, меня никто не предупредил о вашем визите, — мгновенно взяв себя в руки, улыбнулся юрист. — Что вас привело ко мне сегодня?

— Необходимо сопровождение сделки по продаже драгоценностей.

— Это не совсем наш профиль, к тому же залог фами… — начал было Святодубов, но я положил перед ним тряпицу с сапфиром, и раскрыл верхний её край. Мужчина, явно понимающий ценность камня, поперхнулся. — Он настоящий?

— Да, но прежде я хочу получить оценку от ювелира, и потом уже продать, — спокойно произнёс я, убирая сапфир за пазуху.

— Что же, как я и сказал, это не совсем наш профиль… Но учитывая наши взаимоотношения и объединяющий фактор, я возьмусь за сопровождение сделки, — воодушевился юрист. — Думаю, справедливой будет цена в сто золотых.

— Только если мы выручим за него не меньше двух тысяч, — ответил я. — В противном случае, не более одного процента от суммы сделки. И то, только учитывая наши «взаимоотношения» и то, что вы принадлежите к моему ордену.

— Конечно, — растеряв большую часть энтузиазма, ответил Святодубов, но пиджак с вешалки снял и быстро оделся. — Прошу за мной.

— Далеко ехать? — уточнил я, выходя из кирпичного трёхэтажного здания.

— Идти минут пятнадцать, — не поняв моего вопроса, ответил юрист.

— Отлично, тогда садитесь и показывайте дорогу.

— На это? — растерянно проговорил Святодубов, рассматривая то, что осталось от паромобиля после снятия всего лишнего. — Но простите, тут же даже кабины нет. Ни дверец, ни крыши…

— Я тоже рад, что сейчас солнечная, безоблачная погода, — кивнул я, забираясь в кресло. — Садитесь и поехали, нет времени.

— Ох, как скажете, — поморщился Вениамин, но забрался на металлическую раму и уместился между мной и котлом. — Сейчас прямо и направо.

До нужной конторы, богатого белокаменного особняка, мы добрались за три минуты. Прокатились с ветерком, так что с юриста чуть шляпа не слетела. Да и сам он едва не оказался за бортом при поворотах, но я в самом деле спешил. На первом этаже здания красовалась надпись «ЮвелирЪ», но Святодубов, не обращая на неё никакого внимания, направился к главному входу.

— Вам назначено, господа? — перегородил дорогу ещё не старый сторож, с толстой кобурой на левой стороне ремня и дубинкой на правой.

— Нет, но нас ждут, — уверенно улыбнулся Вениамин. — А коли задерживать нас станешь, потом плетей получишь.

— Моя работа простая. Никого не пущать. А за хорошую работу ещё никого не пороли, — улыбнулся щербатым ртом охранник. — Так что не обессудьте.

— Ну смотри, служивый, — юрист прищурился и холодно добавил. — Иди докладывай, что прибыл Вениамин Святодубов из Московской юридической палаты.

— Так и сделаю, — нахмурившись, но не сдавшись, сказал мужчина, а затем зашёл в небольшую коморку, заглянув в которую я увидел множество труб. Самых обыкновенных, медных, идущих куда-то вверх. Подойдя к одной из них, он открыл воронку и передал туда слова Вениамина.

— Пропустить, — послышалось в ответ, глухое, искажённое эхо.

— Вот теперь, значится, можете идти, — усмехнулся стражник и открыл перед нами дверь в подъезд. — Как подниметесь на…

— Я знаю дорогу, — коротко ответил юрист. — За мной, господин.

— Не очень-то он на господина похож, скорее, на разбойника, — расслышал я бурчание стража, пока дверь закрывалась. Обращать на него внимание я не стал, поспешив за Святодубовым, и очень скоро мы оказались на третьем, предпоследнем этаже. Длинный коридор, уходящий в обе стороны, заканчивался приёмной.

За механической пишущей машинкой сидела благовидная дама, с сединой в чёрных кудрях, стройная и по-своему ещё привлекательная. Её тонкие пальцы порхали над клавишами, печатая какой-то документ.

— Хм, а это здание куда больше похоже на юридический дом, — не сдерживавшись, подколол я Святодубова.

— У них тут главное отделение, а у нас так, кабинет, чтобы было где остановиться, — поморщился в ответ Вениамин. — Вот в Москве, в самом центре, у фактории…

— Вас ожидают, можете проходить, — не отрывая взгляда от бумаги, проговорила секретарь и сдвинула рукой каретку.

— Алевтин Савельевич Анфилатов, добрый день, — заранее натянув дежурную улыбку на лицо, шагнул в кабинет Святодубов.

— Здравствуйте-здравствуйте, Вениамин, — благодушно ответил крупный мужчина, в зелёном бархатном пиджаке, больше напоминавшем махровый халат. Сидел хозяин кабинета за крепким дубовым столом в самом центре. Но даже не сделал попытки встать или назвать юриста по отчеству. — Какими судьбами у нас? Неужели проблемы с документами, которые вы оформляли?

— Никаких проблем, у нас всё чётко. Но у этого господина возник вопрос, который можете решить только вы, — указал на меня Святодубов, после чего Алевтин с сомнением посмотрел в мою сторону. — Разрешите представить, Фёдор Иванович, защитник рода бояр Гаврасовых.

— Князей Феодоро-Крымских, — жёстко напомнил я.

— Пока документы не пришли из царской канцелярии, боюсь, так именоваться не стоит, — поморщившись, ответил юрист. — Но, вы правы, господин.

— Что же, защитник княжеского рода, какое же у вас ко мне дело? — со всё той же снисходительной улыбкой спросил Алевтин.

— Хочу оценить один камень.

— Боюсь, я не занимаюсь оценкой. Для этого у нас есть лавка на первом этаже, там работают вполне компетентные люди, — пожал плечами мужчина, сцепив пальцы замком. — А моя помощь тут совершенно излишня.

— И всё же вам стоит на него взглянуть, — попробовал настаивать юрист, не произведя никакого впечатления.

Я же просто достал тряпицу, размотал её и показал вначале шершавую, а потом гладкую прозрачную сторону. Алевтин вздрогнул, зрачки его сузились, а крылья носа взлетели вверх. Но мужчина почти мгновенно взял себя в руки, стараясь не показывать заинтересованности. Даже любопытно, он хотел таким образом сбить цену, или что?