Иван Шаман – Отступник (страница 24)

– Не знаю, – пожала плечами воровка. – Был какой-то старик, тряс вас за плечи, орал угрозы. Но вы только свою белиберду бормотали без конца. Так и в дерево превратиться не долго, если все время на одном месте сидеть. Зато он как на тело взглянул – тут же признал оборотня и велел оттащить в лабораторию. Хотя таких тварей живьем сдавать надо. Для опытов.

– Это верно, – кивнул я, вновь погружаясь в себя. Твари. Опыты. Что-то в этом было. Гроас со своими экспериментами, создающий новые виды. Могу поспорить – это именно его рук дело. Не даром он был магистром магии Жизни. Проводил морфизм Эвы, Трии и мой собственный. Он брал источник и вживлял его пациенту… Стоп. Спокойно, только спокойно. В начале попробовать, а потом радоваться. Моих научных знаний не хватит даже близко для того, чтобы подобное провернуть, но если я чему и научился в Славии, то магия и сама по себе не дура.

Вера. Эфемерное понятие, выражающееся в стройной системе взаимоотношений с новым богом. Вот только оно стало слишком вещественным для всех нас. Слуг Святогора. А ведь до этого фразы Оскольда о том, что нужно верить и получишь были слишком дики, чтобы им доверять. Но по большому счету волхв был прав. Я верю, что магия в состоянии сделать то, что не под силу мне за сколь угодно длительное время. И она отвечает.

Огромный пласт выбранный мной без всяких разметок. Источник драконида, который когда-то вживил в меня Гроас. Стоило мысленно перетащить его из области выбора к разрушенному источнику Ильи, и спираль разбилась по отрезкам сама. Указав фрагменты совпадения. Мне оставалось только убрать из общего перечня восстановленные нами с Эвой человеческие признаки. Работа, на которую могло уйти еще столько же времени, заняла от силы час.

– Удивительно, – прошептала моя рабыня, ученица, а скорее уже полноправная маг Жизни. – Как вам это удалось? Так не должно быть… не бывает!

– Закончили, бесовские отребья! – с наездом сказал стоящий за моей спиной старческий голос. Я узнал верховного жреца, не оборачиваясь, но это нужно было сделать. – Что вы с ним сделали? Почему он не просыпается? Твои девки…

– Еще одно слово, и я отправлю тебя к твоему богу, чтобы он тебе показал, где живет мой, – оборвал я речь Оскольда. – Мы сделали все, что должно. Теперь жизнь Ильи вне опасности. Ему понадобится лишь новая сиделка и отдых до полного выздоровления. Организм был слишком истощен, так что не уверен, что этот процесс будет быстрым. То на что у меня в полном здравии ушло четыре дня – у него может уйти неделя. А может и месяц.

– Ты чудище превратил его в одного из своих братьев? Испоганил жизнь богатырю Славному?!

– Перечишь сыну богов? – поднявшись, я двинулся на волхва, и тот невольно подался назад, уперевшись в дверной косяк спиной. – Хочешь проверить, защитит ли тебя Перун от гнева Святогора?! Чья воля и благословение сильнее? Хочешь вызвать меня на суд богов?

Говоря это, я протянул левую руку вперед и сделал то, чему научился первому в Академии гладиаторов. Не боевое заклятье, даже не придание формы, просто эффект вызова заклятья. Но если не знать. То выглядело это очень эффектно. Через кожу начала проступать кровь, которая бурлила, собиралась в капли и в конце концов небольшой шар, покрывшийся тысячей игл. Мгновение, и этот шар превращается в клинок – тончайший стилет с граненой рукоятью. Еще мгновение и рассыпается на тысячи осколков и вновь собирается воедино в виде цветка.

Глаза жреца, всю свою жизнь применявшего всего три заклятья Крови и не беспочвенно гордящегося своими знаниями, нужно было видеть. С каждым преображением они открывались все шире и теперь казалось, что вот-вот вылезут из орбит. Про брови и говорить нечего, спрятались за небогатой шевелюрой на поседевшей голове. Представление и в самом деле было красочным, если не знать, как именно работала магия Крови.

– Хватит! Хватит… – крикнул Оскольд. – Не дело двум жрецам сражаться, коли богам разным мы служим. Не верховенство обсуждаем, а жизнь богатыря.

– Вот так бы сразу. А то не так сидишь, не так свистишь. – Я вытер окровавленную ладонь платком. – Все с ним в порядке будет теперь. Да только тебе уже доложить должны были – я убил не Вольху, а всего лишь одного из его прислужников. А раз так, силы нужны, чтобы выследить и обезвредить других. Пусть мою помощница в твою лабораторию отведут, может, она запах определить сможет. А у меня пока другое решение есть. Но принимать его может только князь.

– Заперся он, – ответил гнусаво волхв. – Никого к себе не пускает.

– Что вполне верно, учитывая ситуацию. Эва, останься пока с Ильей. Проконтролируй, чтобы его не потревожили и не прикончили в таком состоянии. Дара, нужно сходить, посмотреть и обнюхать тело. Возьми Акташа и Дружка с собой. Может у них выйдет лучше. Кси, со мной.

– Вижу ты не меньше нашего князя до девок охоч. – Улыбнулся понимающе Оскольд, когда мы на полпути были. – Может и жены у тебя есть?

– Мы с тобой уже не раз договаривались не враждовать. – Сменил я тему, вспоминая о Малуше и Чию. – И каждый раз ты находишь повод на меня взъестся. Это кончится только одним может.

– И чем же? – усмехнулся волхв. – Убьешь старика? Поднимешь руку на старшего?

– Нет, – покачал я головой. – Но кару божию могу призвать. Огнем, мечом и светом. Зачем ты конфликт создаешь, когда у князя беда такая?

– Не князьям я служу, – гордо вскинув голову, сказал жрец. – А богу! Князья уходят и приходят, враждуют, умирают. А Перун выше всего земного. Он ведет небесные воинства в войну, грохочет проезжая по облакам на своей колеснице. Насылает потопы на неверующих.

– Все так. Да вот только и боги тоже на одном месте не остаются, – заметил я, когда мы уже подошли к двери спальни князя, из-за которой доносился веселый женский смех. Учитывая, общую ситуацию в городе, для меня это было крайне странным. – Князь! Пришел Добрыня. Поговорить надо.

– Я занят! – недовольно ответил Владимир.

– Я тоже, один из шпионов Вольхи мертв. Он притворялся женой Ильи, Прасковьей, и травил его незаметно магией. Уверен, что ни одна из девок сейчас с тобой не может быть убийцей?

– Вашу мать, – голос князя из просто недовольного стал озлобленным. А ведь был еще один вариант, о котором я подумал только сейчас. Сам Владимир мог быть оборотнем. Но через секунду послышался скрежет засова, и дверь распахнулась. – Ну? Чего тебе надо, Добрыня. Говори.

– Я могу обезопасить вас от приспешников Вольхи и дать новую власть над людьми. Куда более сильную и наглядную, чем сейчас. Вот только за это придется заплатить.

– Что еще? Золото? Серебро? Наложницы? Говори да не наглей, война на носу. Казна пуста.

– Мне не нужно ни одной монеты с вашей сокровищницы. Поклонитесь Святогору как истинному богу. Признайте его божественную власть, а я в обмен дам власть над всеми, кто будет служить по слову божьему в Новыше под вашим началом.

Глава 22

— Богохульник! – мгновенно взбеленился Оскольд. – Где это видано, чтобы князь жрецом был!

— Помолчи, — поморщился Владимир, отходя от двери и приглашая нас зайти внутрь. Был он совершенно голый, но нисколько не стеснялся своей наготы. – Одно дело – поставить своего идола на наше капище. И совсем другое — просить меня ему поклоняться, да еще и жителей к этому принуждать. Власть у меня и так есть, выше меня никто не стоит.

– Боги выше! — с нажимом сказал волхв.

— Они до сих пор не особенно то в наши дела вмешивались, — отмахнулся князь, садясь на ложе. — До тех пор, пока этот Святогор не появился, и не началась смута. До меня доходят слухи, что в трех соседних с нами областях идет война. Начатая как раз его приспешниками. И это лучший повод отказаться от того, чтобы его принимать.

– А вместе с тем отказаться от собственной безопасности и жизни? Что если Вольха продолжит свои нападки?

— Нужно сдаться! – уверенно заявил жрец Перуна. — Покуда есть такая возможность. Откупиться златом да серебром, заключить мир с Полоцком и жить, как жили наши отцы и деды!

– Так у вас жить уже не выйдет. Империя приближается. Скоро вы станете ее вассалами, и если князю они может жизнь и сохранят, сделав наместником, то любых ложных божков, идолов и прочее – сожгут и развеют по ветру. В Империи есть своя религия. Единая для всех – Длань. Служение Императору демонов. Так что вашей вере так и так конец.

– Мы будем сражаться до последнего! – гордо крикнул Оскольд. – Уйдем в леса, если понадобится. Но от богов своих не откажемся!

– В своей фанатичной вере ты несколько забываешь о том, что не ты здесь главный, – сухо заметил Владимир. – Цель любого правителя – сохранить собственную власть. Без нее невозможно управление народом и свершение чего угодно другого. Пусть смерды и думают, что заботимся мы о них. И если все как Добрыня говорит – я свою власть потеряю. Нет. Этот вариант меня не устраивает. Вольха должен ответить за покушение на меня. За то, что притворился благородным, хотя сам оборотень без отца и матери.

– Только богам решать, кому люди должны поклоняться, – набычившись, настаивал волхв.

– Все верно, – не стал я спорить. – И Святогор, бог Света, клятв и отмщения, один из тех, чьей властью ты пользуешься. Да только ситуация изменилась. Война придет снова. Независимо от ваших желаний. Не в вашей власти ее предотвратить. Но вы можете выбрать место, где принять решающее сражение. У ваших домов или у трона врага. Стоя на коленях или во всеоружии.