Иван Шаман – Клан Борзых. Приемыш. Том 2 (страница 45)

Спас только хороший бронежилет и титановые вставки. Но и они оказались рассечены так, что болтались на соплях. И это одним движением, которого я ещё и не видел. Но чувствовал исходящую опасность.

— У него есть запах! — восторженно крикнула Ольга. — Я его чую!

Это утверждение вначале показалось мне совершенно абсурдным, ну какая разница, есть или нет? Единственное, что я мог пока сделать — прикрыть голову и шею, как советовал остальным. И пусть, в отличие от пленников, на мне был шлем с забралом, я очень сомневался, что он для твари будет представлять хоть какую-то защиту.

— Он слева! — предупредила меня Ольга, выхватив меч. — Я тебя чую, урод!

Уклонившись вправо, уходя от невидимого удара, если бы он был, я выхватил пистолет из кобуры и тут же выстрелил наугад. Пуля бессильно прогудела, прошив воздух и уйдя в небеса, но я не отчаивался. Выстрелил ещё и ещё раз, пусть наугад, лишь бы выиграть хоть одно мгновение. А потом вновь почувствовал опасность.

Не увидел, не услышал, лишь почувствовал, как прямо передо мной возникает нечто пахнущее иначе, чем весь окружающий мир. Подступающей грозой и чёрными небесами. Такой родной и приятный запах… что я, не веря, встряхнул головой. Тут же прижав приклад пистолета к плечу, наскоро выстрелил веером, стараясь, чтобы пули не попали по бегущим союзникам.

— Идёт! В сторону! — крикнула Ольга, чуть присев. Я не раз видел такую стойку и понял, что сейчас будет. Но что она сможет сделать такой твари? Похоже, я не один так считал, ведь стоило мне чуть отойти, убираясь с дороги, Борзая взяла разбег.

Нет, она не бежала — летела, едва касаясь земли, а благословенный меч окутался язычками пламени, обрушиваясь на невидимого врага. Но что можно сделать обычной килограммовой заточенной палкой против того, кто отбил несколько пуль и двадцатимиллиметровый снаряд?

Огненное лезвие с шипением рассекло воздух, ускорившаяся до невообразимой скорости княгиня очутилась в нескольких метрах от меня, и пару мгновений ничего не происходило. Я даже подумал, что она промахнулась, а затем на земле появилось отсечённое у самого крепления обсидиановое крыло.

— То, что мы его не видим, ничего не значит! — тяжело дыша, проговорила девушка. — Вместе мы прикончим эту тварь.

— Тварь… — неожиданно раздался голос из ниоткуда. — И меня, следующую ступень эволюции, так называют жалкие зверо-люди, полагающиеся на нюх. Отбросы.

— Беги! — успел крикнуть я, но было уже поздно. Княгиня сегодня слишком часто использовала свою силу, выдохлась. То, что она сделала, уже было подвигом. Ведь когда враг рванул к ней по воздуху, совершенно не обращая внимания на то, что у него нет одного крыла, в воздухе маячила чёрная полоса, где раньше крепилось крыло. Единственная узкая область, в которой отсутствовала маскировка.

Не раздумывая, я прицелился и выстрелил из верхнего ствола. И только когда пуля выбила искру из невидимки, пожалел, что вместо имперского патрона не зарядил зачарованный. Если успею, если у меня будет хоть миг…

— Не оборачивайся ко мне спиной, урод! — рявкнул я, высадив половину пистолетного магазина и одновременно с этим вытягивая зачарованную пулю из нагрудного кармашка. Отвлечь, выиграть хоть мгновение, чтобы дать Оле отдышаться.

А в следующую секунду я почувствовал, что привлёк внимание. Услышал и даже увидел. Лёгкое фиолетовое свечение в пустоте, ни к чему не прикреплённое. И до боли знакомый, но слишком быстро нарастающий звук: Шуии-Бам!

Я успел отскочить, успел сменить направление. Даже Сара легко просчитывала траектории движения любого существа при наведении, а уж вычислительный комплекс Высшего однозначно был в состоянии спрогнозировать, куда целиться, чтобы попасть во врага. Меня пронзило насквозь. Но не сердце или голову, как я боялся, а правое плечо.

Боль пронзила нервы и затуманила взгляд, рука мгновенно перестала слушаться, а в нескольких метрах от меня уже вновь раздавалось жуткое ш-шу-и…

— За человечество и империю! — раздался дикий крик, и в едва появившееся свечение влетел бетонный блок килограмм под пятьдесят. Враг легко от него увернулся, может даже, лишь отодвинулся, но теперь я заметил в поднявшейся пыли размазанный однокрылый силуэт.

А ворвавшийся в схватку Медведев уже поднимал с пола очередной валун, чтобы метнуть его в противника. Только вот ему это не удалось. Силуэт исчез, поднявшись в небо, а через пару секунд что-то подняло здоровяка над землёй, схватив за горло.

— Глупые животные. То, что вы нужны мне живыми, не значит, что я должен оставлять вам конечности, — процедило чудовище.

— Держи его! — крикнул я, с трудом защёлкнув винтовой затвор.

— Бей…— скорее прохрипел, чем прокричал Медведев, но вцепился в невидимую конечность двумя ладонями. Даже не надеясь побороть противника, лишь бы только обозначить его место и выиграть секунду. Мне этого хватило.

Зачарованная пуля со странным звоном ударилась во врага, и неожиданно он появился прямо из воздуха. Словно пуля развеяла эффект невидимости. Но скорее просто нарушила какой-то из сложных механизмов в его теле. Несколько мгновений падший ангел смотрел на себя, на свою руку и крыло, не понимая, как это могло произойти, но когда, придерживая пистолет подбородком, я вогнал в затвор следующую зачарованную пулю, враг не стал колебаться и выбирать.

Крыло твари, словно десяток собранных вместе ножей, одним взмахом отсекло обе кисти Медведеву, а затем метнулось в мою сторону. Судорожно загоняя патрон в ствол, я успел отметить, что тварь летает не на крыльях, а на ранце что за спиной, и зачем ему крылья — решительно непонятно. Но эти мысли были лишь защитной реакцией организма.

Я успел выстрелить, но это ничего не решило. Молниеносно сдвинувшись в сторону, он ушёл от пули, оказался рядом и вновь взмахнул крылом. И в этот момент потерял равновесие и шагнул вперёд, и только после этого до меня долетел звук выстрела. За спиной твари в нескольких метрах, стоял Волков с моим карабином.

— Жизнелюбивые. Вы станете неплохим материалом, — раздался из-под шлема довольный голос врага, но договорить ему не дали. Второй снаряд заставил его уйти в манёвр и уклониться, отлетев от меня на шаг. Но это ровным счётом ничего не значило. Противник взял разгон, намереваясь обрубить мне левую руку, и в этот момент, собравшая последние силы, Борзая сделала рывок.

Великолепный, невозможный рывок вперёд, оставляя за собой огненный след из постепенно тлеющих в воздухе искр. Но главное — она била наверняка. Не туда, где враг есть, а туда, где он только будет. И огненный клинок разрубил спину и бок атаковавшего меня монстра.

Потеряв равновесие и тягу, он рухнул, прокатился по бетонным плитам, но мгновенно поднялся, держа нас всех в прицеле восьми глаз. С одним крылом, лишившись маскировки и возможности летать, он всё ещё оставался смертельно опасным противником. А, может, наоборот, только сейчас таковым стал. Ведь до этого момента он не хотел нас убивать, мы нужны ему живьём. Были.

— Бей по руке! В пушку! — крикнул я, понимая, что стоит ему захотеть, и ни одного выжившего на пяточке не останется. Волков послушался, выстрелил ровно в цель.

— Ну нет, — усмехнулся враг, в последнюю долю секунды отбив снаряд крылом, которое лишь немного дёрнулось от страшного удара. — Носители хаоса и технологий. Кто бы мог подумать, что где-то такое возможно. Ваше сопротивление бесполезно. Сложите оружие, и мне не придётся вас калечить.

— Может, и бесполезно. Но мы не собираемся сдаваться. Никогда! — крикнул я, наведя пистолет на тварь.

— Вы беспомощны, как и любая органическая форма жизни, — ответил он, мгновенно сместившись. В сторону, но я не выстрелил. Отдавшись чувствам и инстинктам, я замер, словно большая кошка перед решающим прыжком на охоте. Подобрался, но не стрелял, ждал, пока враг остановится. Покажет своё движение.

И он показал. Совершенно наплевав на всё, он просто рванул прямо ко мне. По прямой. Я выстрелил. Знал, что это без толку, что ничего не будет, но выпустил снаряд прямо ему в лоб. Он легко отбил пистолетную пулю, затем ещё одну, оказался на расстоянии вытянутой руки, замахнулся… и тогда я выжал спуск до конца, выпуская патроны сразу из двух стволов.

Зачарованная пуля, последняя такого калибра, пробила череп твари насквозь. Так что в дыре было видно не только тёмное небо с клубящимися тучами, но и искрящийся фиолетовый мозг. В отличие от остальных тварей, даже старших, он не щеголял пустой черепной коробкой. Вместо этого у него был плотный, словно отлитый из металла мозг. Только реакции это не произвело никакой.

Урод сделал последний шаг, выбил у меня из руки пистолет и схватил за горло так же, как Медведева несколькими секундами ранее.

— Жалкие голые обезьяны, спутавшиеся с хаосом, — донёсся из-под шлема насмешливый голос. Волков выпустил последний снаряд в магазине, но враг легко отбил его крылом. — Вы — прошлое, уродливое, воняющее нечистотами и потом. А я — будущее. Высокотехнологичное, высокопродуктивное. Бессмертное. Сдавайтесь, у вас нет ни единого шанса. Я обеспечу вам надёжный квалифицированный уход, вы будете до конца своих дней жить в лучшем мире.

— Не соглашайтесь, это иллюзия! — крикнула Ольга, почти повторив мои мысли. Я бы и сам с удовольствием сказал, да вот незадача, болтался над землёй, с ломающей гортань стальной лапой на шее.