Иван Шаман – Клан Борзых. Приемыш. Том 2 (страница 4)

— Это из-под чего они? — удивлённо спросил я, разглядывая конструкцию.

— Так пороховые. Песком были засыпаны, лежали в дальнем углу. Наши снаряды вытащили, а ящики бросили.

— А ещё там такие есть? — я воодушевился и, взяв с собой две сапёрные лопатки и лом, отправился вслед за Мануловым. В результате улов был не сказать, чтобы колоссальный, но нам должно было хватить. Пять двухметровых ящиков, и в самом деле — почти гроб. Только слишком узкий. Придётся протискиваться, прижимая руки к груди. А ведь ещё нужно как-то копать дорогу дальше.

— Тащи к Михалычу, я пока придумаю, как распорки делать, — сказал я и начал подбирать инструменты. Хорошая новость — туннель должен быть обрушен на расстоянии метров десяти, не больше. Плохая, даже эти десять метров — слишком много. Нужно как-то протискивать ящик дальше.

Колёсики к нему не приделать, сверху постоянно будет давить песок, так что придётся рыть туннель, пробивая путь собой. А ещё проблема с воздухом никуда не денется, и… Зажмурившись, я заставил себя успокоиться и осмотреться ещё раз. Нет колёс? Будем подкладывать железные гильзы. Нет рычага? Используем две фомки в связке. Никогда не сдаваться.

— Ладно. Работаем, — собрал я всё необходимое и двинулся к туннелю между бункерами. За одну ходку всё утащить не удалось, пришлось сбегать трижды, и в последний раз чуть не вздрогнул, когда звуки скрежета сменились на звонкие удары. Только не говорите, что… аккуратно подкравшись к люку, я услышал до боли знакомое — шш-уу-ии-ии-ИИ. Бам!

Я в последнюю секунду отдёрнул голову и сумел сохранить слух, но люк выгнуло. А ведь в прошлый раз с первого же выстрела его пробило насквозь! Значит, твари всё же досталось, но она каким-то образом умудрилась восстановить орудие.

«Мне было приказано наблюдать, а не отвлекать вас от такого важного дела, как копание в мусоре», — ответила Сара на прямой вопрос. — «Что касается Старшего, очевидно, он использовал ресурсы с тел низших для восстановления частичной работоспособности. А после продолжил выполнять миссию».

«Каких ещё ресурсов? Мы же собрали всё до последней крупицы».

«Он собирает с ещё функционирующих. На данный момент на первом этаже фиксируется всего три звуковых сигнатуры, пять минут назад их было больше сорока. Вероятно, старший счёл допустимым поглотить наниты из тел подчинённых, чтобы выжить самому и продолжить миссию».

Вот же, тварь… Устроить ещё одну ловушку? На нулевом уровне пушек нет, но вдруг после прошлого взрыва ему хватит и обычной бомбы с крупной дробью? Или ядро в голову. Я не Быков, стрелять с рук из пушки не смогу, но никто же не запрещает её на что-нибудь положить?

«Вероятность выживания при таком экстремальном решении приближается к нулю. Крайне рекомендую придерживаться прошлой тактики и прокопать выход. При закрытии люка вам хватит кислорода на три часа активных действий. В зависимости от давления на песок вы сумеете прокопать от шести до десяти метров».

Уу-ии-Бам! — догнало меня, когда я уже спускался в туннель. Может, Сара и права, и сражаться с тварью бесполезно. Может. Но не факт. Проверять я это буду только в самом крайнем случае.

— Вася, держи ствол, — прокряхтел я, кладя на край люка переносную пушку. — Треноги не будет, но на один выстрел тебе хватит. Увидишь тварь — всаживай в ней всё, что есть, и закрывай люк. В идеале — чтобы попал в правую руку.

— Попробую, — кивнул Манулов, принимая оружие. — А ты что делать будешь?

— Заниматься любимым делом пехоты и инженерных войск — копать! — усмехнувшись ответил я. — Всё, не отвлекайся.

Вначале дело пошло споро — сиди себе на коленях, откидывай в сторону песок, да двигай доски-подпорки. Но уже через три минуты пришлось лечь и поставить над собой ящик, иначе сколько не рой, постоянно засыпало по новой. В результате обычная и даже рутинная деятельность превратилась в настоящий подвиг.

Откопать чуть, протолкнуть локтями песок к ногам, оттуда коленями и стопами выпихнуть наружу. Пройти на пару сантиметров дальше, подложить железную пластину к крышке ящика, упереться в неё фомкой и, используя вторую как рычаг, сдвинуть конструкцию вперёд. Подложить под стенки гильзы, чтобы катить, а не тащить. Повторить всё заново…

— Идёт! Идёт, тварь! — раздался я приглушённый крик Васьки, грохот выстрела, а через секунду барабанную дробь выстрелов из двух револьверов и лязг закрываемого люка. — Всё, я пустой. Вроде попал…

Уу-ии-Бам! — стало ему ответом.

— Вашу мать!

— Не ори, помогай копать! — рявкнул я, не видя, что происходит снаружи. Я едва успел засунуть под обвал один ящик. Два метра. Значит, впереди у нас ещё восемь, если повезёт. А ведь там ещё придётся подтаскивать ящики по очереди, иначе между ними тоже будет песок сыпаться.

Не думать. Не бояться. Копать. У нас просто нет иного выхода.

Я рыл как крот, экономил дыхание, не оглядывался и просто рыл. А позади пыхтя то же делал Василий. Он проталкивал песок до конца, приставлял с помощью фомок ящики, подавал мне гильзы.

А тварь продолжала долбить люк, не теряя энтузиазма. Единственное, что нас спасало — последний люк был внешним. Он и по толщине, и по прочности отличался ото всех между этажами, как замковые ворота отличаются от межкомнатных дверей. Но я нисколько не сомневался, и он тоже рано или поздно сдастся под напором твари.

Так что мы делали всё, что могли, пока снаружи не послышались новые звуки — голоса! Я начал рыть в три раза усерднее, плюнув на ящик.

— Там есть что-то! — услышал я приглушённый голос, а в следующую секунду лопата провалилась в пустоту.

— Не стрелять! Свои! — заорал я, маша сапёрной лопаткой в дыру. — Свои!

— Живые⁈ — услышал я голос Быкова, а в следующую секунду меня схватили сильные руки и вытащили наружу, проделав моим телом быстро осыпающуюся дыру. — Живые! А я им говорил: наш комиссар просто так не сдохнет. Говорил!

— Это точно. Поставь меня на пол, здоровяк, и вытаскивай Васю и Михалыча. Только со вторым аккуратней, ранило его.

— Всё сделаем в лучшем виде, не сомневайтесь, ваше благородие, — продолжая лыбиться, сказал Иван. Через минуту на этой стороне были уже все.

— Белкова к врачу, а сюда пушку и сапёров, — приказал я, отряхнувшись и немного придя в себя. — Мы не единственные, кто выжил. Надо добить эту тварь.

Глава 3

— Готовьтесь, оно идёт, — приказал я, слыша, как трещит насыпь под напором твари. А потом знакомое: у-у-и… — В стороны!

Выстрел рельсовой пушки в замкнутом пространстве превратил песок и гальку в шрапнель, ударившую по выставленным щитам. Если бы не подготовка — уже этого хватило, чтобы вырезать всех собравшихся в туннеле. Основной же заряд пролетел между вжавшимися в стены бойцами и врезался в амбразуру, но броня выдержала.

Тварь выскочила в получившуюся пробоину, и Сара тут же активировала ускорение, впрыснув в кровь ударную дозу гормонов. Восприятие ускорилось в десятки раз, и только благодаря этому я успел рассмотреть монстра, продолжавшего на нас охоту. И довольно отметить — ловушка сработала.

От гигантского мало что осталось. Броня была раздроблена, и даже габариты уменьшились в три раза, став более человеческими. От левой руки и защитного воротника остались только головешки. Доспех на груди превратился в обломки, покрытые трещинами. И даже правая конечность была потрёпана.

— Бей! — крикнул я, прикрывая уши, и в тот же миг позади нас грохнула пушка. Снаряд врезался в только начавшую подниматься тварь, откинув её обратно на завал и оставив в груди здоровенную дыру. — Не дайте ему выстрелить! Иван!

— Ща! — довольно ответил Быков и, шагнув из-за щита, пальнул от бедра из своего орудия. Грохнуло так, что если бы я не открыл заранее рот и не прикрыл уши — словил бы контузию. Но мы всё успели обговорить, пока тварь разрывала люк на входе. Выстрел снёс в сторону ногу твари, почти оторвав её ниже колена, но монстр всё ещё держался, пытаясь прицелиться в нас. И следом за Иваном над щитами поднялись стрелки с крупнокалиберными винтовками и ружьями.

Выстрел! Отдача пошла по кирасе, почти нивелируясь, но ствол всё равно дёрнуло вверх, выплюнув пулю толщиной с палец. Тварь повело в сторону, она попыталась прикрыться обрубком левой руки, но в этот момент по ней прошёл целый град ударов, сбивая прицел и шатая из стороны в сторону.

— По правой бей! — выкрикнул я, выбрасывая отстрелянную гильзу и загоняя в ствол новый патрон. Очередью такими пулями можно только со станкового пулемёта стрелять, ну или такому здоровяку как Быков, но у него игрушка интереснее.

Монстр повернулся боком, показав здоровенную дыру от предыдущего попадания и пряча правую руку. Гудение было слышно даже за грохотом выстрелов. Не став спешить и спускать курок, я задержал дыхание. Прицельный комплекс в реальном времени обсчитывал траекторию пули, но я не надеялся только на электронику.

Секунды тянулись словно кисель, заставляя до скрежета сжать зубы, но я поймал момент! Долю мгновения, когда тварь раскрылась, чтобы навести своё дьявольское оружие на нас. И когда она только раскрылась, я зажал спусковой крючок. Гормоны настолько растянули восприятие, что я видел, как закручивается бронебойная пуля. Как она, раздирая воздух оставленными стволом нарезами, ныряет под культю твари. Пролетает в миллиметре от брони и врезается в бицепс, разрывая ткани.