Иван Шаман – Клан Борзых. Приемыш. Том 2 (страница 21)

— Переносите раненых. Тварям в любом случае сейчас будет не до нас, так что выходить будем под прикрытием, хоть и с боем.

— Так все здесь уже, господин комиссар. Остался только Михалыч, но он от станка отходить отказывается. Говорит, надо доделать что-то, — прогудел Иван.

— И чего Белков застрял? — спросил я, но Быков лишь пожал плечами. — Ладно… в ближайший час ничего не изменится, так что сам спрошу.

Отозвав Пака, я дождался, пока дрон спустится, свернул провод в катушку, посадил дрона на плечо и пошёл вниз. Некоторые хотели бы, чтобы я сидел на смотровой позиции круглые сутки, но возражать никто не посмел. Как-то так получилось, что после смерти Боброва и Семёна я остался за старшего. Формально таковым был княжич Борзых, но он не вмешивался в мои дела, а я поддерживал его, когда было надо.

Да и обязанностей у меня не то чтобы много осталось после перехода в разрушенный бункер. Ведь что комиссар должен делать? Следить за моральным обликом бойцов. Не клоун-аниматор, но близко. С этими поговори, с этими пошути, этих пристыди и осади. Наряды вне очереди и дежурства тоже были, но без отправки в КПЗ как-то обошлось. А после переезда как-то обошлось только чтениями.

Данила же больше занимался своим копьём. Оставшиеся в живых были все примерно его возраста, может, даже младше. Хотя, блин, они мои ровесники по факту, и жили в мире смерти, но умудрялись вести себя как подростки. Только гибель Семёна как-то повлияла на княжича, заставив измениться. Да и то не сильно.

Белкова я нашёл там, где и ожидал — в подполе, за оружейным верстаком. Он что-то мастерил, да так увлечённо, что даже не заметил моего прихода.

— Говорят, ты отказываешься уходить, — произнёс я, заставив инженера вздрогнуть и чуть подскочить в своей кресле-лежанке. — Что тебя так увлекло?

— Да так, — пробормотал Михалыч, прикрывая телом оружие на столе.

— Что бы ты ни делал — пора заканчивать. Скоро уже уходить, надо собираться и перемещаться наверх. Что до оружия, есть шанс, что оно нам не понадобится, и мы сможем уйти под прикрытием пушек. Так что…

— Да мне всего ничего осталось… — Белков начал оправдываться, но потом вздохнул и отодвинулся от верстака, на котором лежал странного вида клон АК. — Раз уж увидели, чего уж теперь. Вот, хочу сказать спасибо за то, что вытащили меня из-под завала, допёрли на своём горбу. Дважды мне жизнь спасли за месяц.

— Я просто не мог иначе.

— И за это тоже спасибо. Вот, примите от чистого сердца! — повторил Белков, протягивая мне оружие. — Тут, конечно, ещё осталось много работы. Приклада у него пока нет нормального. С балансировкой что-то надо делать…

А я в этот момент уже удивлённо рассматривал оружие. Первое, что бросалось в глаза — непомерно толстый ствол. Это даже не пулемётное дуло, а скорее ружейное, в чём я и убедился, отсоединив магазин. Стандартные 7,62×39 в него провалятся как монетка в колодец. И чем из этой дуры прикажете стрелять?

— Под ружейный патрон? Какой калибр?

— Двадцатка, — ответил инженер, протянув гильзу толщиной с мой большой палец. Это, блин, уже даже не ружейный патрон, эта дура скорее для пушки подходит, что я и высказал Белкову. — Так под чёрный порох, имперский такой, конечно, плечо сломает отдачей, а обычный едва дотянет до тяжёлого винтовочного. Ну а если что — всегда можно приклад в кирасу упереть.

— Тут ты прав, — кивнул я, по-новому смотря на оружие. Штука получалась монструозная. В магазине всего шесть патронов, тяжелённые, так что много их не унесёшь, зато если таким выстрелить в упор.

«Если будет цельнометаллическая пуля с закалённым сердечником, такая пуля легко пробьёт любую личную броню, включая доспехи и лицевые пластины бронежилетов», — подтвердила мои догадки Сара. — «С защитой Титана или Бессмертного он может не справиться, но и в ней найдутся слабые места — сочленения, суставы, зона шеи и головы».

— Спасибо за такой подарок. Я даже не знаю, чем за такое отплатить.

— Так вы уже отплатили тем, что я здесь, а не там, — мотнул он головой в сторону обрушившегося туннеля. — Больше я вряд ли что сделать смогу. Да и увидимся мы вряд ли… всё же жизнь комиссара и калеки не пересекаются.

— Ты это брось. Филинов сказал, что ноги твои заживут, ещё побегаешь.

— Мне уже третий десяток, куда мне бегать? — грустно усмехнулся Белков. — Если найду что-то в городе, хорошо. А так… я ведь всё прекрасно понимаю. Мало того что калека, так ещё дважды покинул свой пост. Это Боброву хорошо, он вместе с фортом погиб, теперь он герой. А по нам всем катком проедутся.

— Ничего не проедутся, ты выполнял приказы. А ответственность на том, кто их отдавал, то есть на мне.

— Вы только на допросах такого не ляпните, — чуть отвернувшись, проговорил Михалыч. — А то закатится ваша звёздочка, не начав подниматься. Ну да что я вас учу, вы же княжеский побратим, поди защитят вас, расскажут, что и как говорить. Но приказ об отступлении отдавал Бобров. Запомните.

— Вообще, он говорил с точностью до наоборот, пока головы не лишился. Но твою мысль я понял, обмозгую.

— Да уж, пожалуйста. А то будет мой подарочек пылиться в закромах дознавателей, — со вздохом улыбнулся Белков. — Ну а теперь… что ж. Можно и подниматься. Поможете?

— Конечно, — кивнул я, и подхватив нашего инженера, потащил его к выходу. Тоже вот, вроде не мальчик, весит больше сотни кило, а нёс я его играючи. Перекинул руку через шею, потянул на себя и вперёд. Раньше такое заставило бы сильно напрячься. И обстановка вроде не обязывает, всплеска адреналина нет.

«Если это вопрос, отвечаю: с момента повышения телосложения с помощью нанитов я постоянно стимулирую выработку гормонов для роста мышечной массы, укрепления костей и повышения регенерации тканей. Из-за этого вам требуется больше пищи, но за счёт искусственного снижения аппетита это не приводит к деструктивным последствиям. Всегда пожалуйста».

«Ну спасибо. А у меня спросить? Предупредить как-то? Это получается, я на стероидах сижу?»

«Ваших собственных, естественного происхождения и исключительно в пределах нормы», — ответила Сара. — «Кроме того, я слежу ещё за несколькими параметрами, если быть точной за семьюдесятью пятью тысячами, с хвостиком. Если хотите, можем разобрать каждый из них».

С этими словами она вывела перед глазами такое количество текста, что голова на мгновение начала кружиться. А потом для наглядности отдалила список, пока текст не начал сливаться в одну сплошную серую массу. Но и этим дело не закончилось, и символы продолжили уменьшаться пока не превратились в аватар, показывающий мне язык. Не очень смешно, зато наглядно.

Из серии — не разбираешься, не лезь.

— Иван, прими Белкова, — позвал я, и в тишине бункера меня легко услышали, а через пару секунд Михалыча подхватили подмышки и аккуратно подняли. Вначале на первый этаж, а потом и к остальным.

— Ого, какая базука, — усмехнулся Манулов, увидев у меня в руках новое оружие. — И по кому из такой стрелять?

— Увы, но по кому — найдётся, — ответил я. — Надо только патронов снарядить хоть пару десятков.

— Может, я сделаю? — спросил Вася. — Хоть руки заняты будут, а с патронами я возиться люблю.

— Хорошо. Надеюсь, они нам не понадобятся, но… мало ли.

После этих слов Манулов взглянул на протянутую мной гильзу и чуть заметно поморщился. А затем сгонял вниз, принёс станок, два мешка запасов, и прямо при всех начал набивать порох в гильзы. Сложнее всего было с пулями, я даже думал, что такого размера ничего подобрать не удастся, но сердечники для тяжёлых ружей подошли идеально. Так что работа кипела, а я вернулся к наблюдениям.

— Крепость вернулась и заняла свою изначальную позицию! — громко объявил я, когда Несокрушимая замерла перед валами укреплений. — Заканчиваем все свои дела, готовимся, разбиваемся на звенья.

— Мы пойдём первыми, — тут же напомнил Данила.

— Никто не спорит, только вначале предупредить надо, — остановил я княжича.

— У меня всё готово, — кивнул Филинов, — можем идти!

— Всем приготовиться! Если твари рванут вниз — стреляйте не раздумывая, — предупредил я и обвёл собравшихся взглядом.

Манулов торопливо добил очередной патрон и протянул мне готовую дюжину. Я даже не понял в начале, чего он так скривился, но, когда забрал, сам едва сдержался, чтобы не поморщиться. Каждый патрон, да нет, правильнее называть такие дуры снарядами, весил грамм сто пятьдесят, не меньше.

— Ну, с богом, — пробормотал я, на скорую руку забив магазин и присоединив его к оружию. — Убрать матрас!

Десяток стволов смотрело на дыру со всех сторон, готовые открыть стрельбу. Матрас дёрнули в четыре руки, высвобождая проход на третий этаж, и в лицо непривычно ударил яркий свет и плотный запах гнили. Но переживать по этому поводу было некогда. Стоило глазам чуть привыкнуть, и я полез вверх.

— Чисто. Следующий! — скомандовал я, держа на прицеле здоровенный пролом в стене. Разведка дроном тоже показывала, что тварей поблизости не осталось, но рисковать не стоило, так что вперёд я не полез, а дождался, пока поднимется копьё Борзых и Филинов, и только потом подошёл к пролому.

— Не дайте меня сцапать, — держась последним, проговорил Кирилл.

Под чуткой охраной он приблизился к дыре и выстрелил в воздух три ракеты, одну за другой. Красную, синюю и белую. Я было хотел заметить, что порядок неправильный, но, когда они пересекли верхнюю точку траектории и начали медленно спускаться, всё встало на свои места. БеСиК во всей красе.