Иван Шаман – Искатели (страница 14)
— Нам придется сделать привал. — Говорит врач, после того, как мы вычистили участок трубы и положили на плащ-палатку орка-защитника, уснувшего от шока и усталости. — Повреждения не смертельные, и кожа восстановится быстро. Но если сейчас двигаться, он только больше травмируется.
— Хорошо. Нам спешить некуда. — Соглашаюсь, кладя рядом Имаджин, которую бьет лихорадка. Ей тоже вливаем в рот зелье восстановления выносливости, набор концентрированных калорий, и девушка отключается. — Всю луну придется исследовать, пока мы найдем стабилизатор. Главное отложить воды про запас и немного продуктов. Надеюсь дальше станет полегче. По крайней мере с той стороны солнца не видно, а значит и провалов быть не должно.
— Да, это уже воодушевляет. — С облегчением произносит Аи, примостившись к стенке трубы и стараясь не смотреть на обрыв, за которым мы все чуть не лишились жизней. — Пока есть возможность, может вам стоит заняться восстановлением? Ваше тело почти в полном порядке, а вот навыки оставляют желать лучшего. Я могла бы подсказать, если решите, чем именно вы хотите заняться.
— Чем? — Непроизвольно поморщившись и потерев переносицу, переспрашиваю я. И тут же себя одергиваю — этот жест не был моим. По крайней мере я за собой такого не помню, но для тела в моменты стресса он оказывается естественным.
А уж поводов нервничать у меня хватало. Саму ситуацию, в которой мы очутились, нельзя было назвать стандартной, привычной или легкой. Скучная работа в офисе — я выбираю тебя! Хотел бы выбрать вместо того, чтобы раз за разом рисковать жизнью. Но к сожалению, меня никто особенно не спрашивал. Хочешь жить? Иди в портал. Ненавижу, блин, порталы! Хоть это и не моя фраза.
— Расскажи, пожалуйста, вкратце, что именно можно выбрать? — прошу у Аи, и воодушевленная было девушка грустнеет.
— Даже не знаю, с чего начать. — собираясь с мыслями, шепчет Аи. — Обучение техникам трех путей длится долгие годы. На создание одного ядра, обеспечивающего способности, уходит от пяти до сорока лет. По словам Гуй Шена вы смогли сформировать все три возможных ядра. Не знаю, повлияла ли на это катастрофа или ваши собственные особенности.
Каждое ядро позволяет обращаться к одному пути самосовершенствования, таланту к который можно усилить специальными эликсирами и тренировками. В клановых семьях их начинают пить с трех лет. Обучение с шести. В академию поступают в десять или двенадцать после начальной подготовки на дому. А выбранный путь под руководством мастера может занять всю жизнь.
— Но мне каким-то образом удалось получить их до восемнадцати? — невольно удивился я. — Выходит, что для возвращения былых навыков нужно только вспомнить, как их применять?
— Звучит чересчур просто. — Аи скрещивает руки на груди, явно недовольная моим вопросом. — Я не мастер. В отличие от Гуань Юн. И уж если он сказал, что не может вас заставить вспомнить… К тому же этот приспособленец, наш бывший ректор, влил в вас целую тонну Ци, а ситуацию в корне это не улучшило. — С каждым словом она все больше склоняет голову, пряча взгляд. Стало понятно, что Аи относится ко мне как к очень родному и любимому человеку больному неизлечимым недугом. Словно перед ней сидел инвалид, враз потерявший в аварии обе руки и ноги.
— Не сдавайся. — Подбадриваю девушку. — Всегда есть выход. Из любой ситуации. Помнишь девиз нашего клана?
— Останавливаясь, свет умирает. — Соглашается Аи украдкой вытирая слезу. — Вы правы, господин. Нужно двигаться дальше, даже если это тяжело. Как сказал Куват, мы ни за что вас не бросим. Если есть шанс вернуть вам прежнюю форму, надо это сделать. Пока вы поправлялись после катастрофы, нам некогда было разговаривать. Но пусть я и не мастер — не сдамся. О чем вы хотите знать?
— Вот. Такой настрой мне больше нравится. — Улыбаюсь, подбадривая орчанку. — Начни с основ. Будто я ученик, впервые севший за парту.
— Есть три великих пути самосовершенствования. Жизнь, отвечающая за усиление собственного тела. Обретение скорости, силы, укрепления телосложения — это техники жизни. К ним больше всего предрасположены орки и эльфы. Говорят, за них отвечают зеленые тельца, поэтому у нас такой цвет кожи.
Путь Крови — опасный и расточительный, но самый эффективный в бою. Кровавая ярость, иглы, стрелы и даже мечи из собственной и чужой крови — характерные способности этого пути. Мастера в состоянии высосать врага одним прикосновением, а затем обратить эту субстанцию на противников, превращая в оружие.
Путь Души, таинственный и почти не применимый в сражениях. В большинстве случаев это отвлекающие техники, лишь дополняющие основной арсенал. Зрение Ци, укрепление союзников, иллюзии всякого толка. Однако мастер, достигший вершины, следуя по этому пути, может приказать врагу умереть, и тот упадет на землю бездыханным. Продвинувшегося в Душе легко отличить по небольшим рожкам на голове.
— Ага. — Говорю, ощупывая два аккуратных, сантиметра по три, рога, торчащих у меня изо лба. — Судя по коже и некоторым дополнительным частям тела мне удалось развить все три направления. Жаль только, что ничего не помню. Когда сражался с Гуань Юн во время тренировки, у меня появилось секундное просветление. Но ушло так же быстро, как пришло.
— Возможно, применяя техники или приемы, вы сможете восстановить все? — с надеждой говорит Аи. — Давайте попробуем? Возьмем самые простые техники, и постепенно будем двигаться дальше. Ваш организм владеет всеми необходимыми ресурсами, нет нужды изнурять себя многодневными медитациями или упиваться дорогостоящими эликсирами.
— Только за. Сдаваться я точно не намерен и буду благодарен, если ты мне поможешь. Учитывая ситуацию, и то, как мы попадаем из одной передряги в другую, думаю, стоит начать с исцеления.
— Увеличение регенерации. — Подсказала Аи, загоревшаяся идеей. — Стартовая техника, основанная на восстановительной медитации. Она базируется на принудительной активизации резервов организма к излечению в конкретной части. Учеников заставляют исцелять порезы и специально колют иглой, но это из-за нехватки Ци жизни. У вас с этим нет проблем, ее избыток, так что главное — это начать общий процесс. Должно получиться, справляются дети!
Аи с воодушевлением рассказывает о технике, которую мне предстоит освоить. А я все больше понимаю, что просто это только для нее и родившихся в этом мире. Даже спасительный интерфейс с трудом подбирал слова для половины понятий, которыми оперирует девушка, словно они должны были значить вполне конкретные вещи.
Мне стоило больших усилий, чтобы не останавливать ее через предложение, и разобраться. А когда Аи наконец выдохлась, я с облегчением позволил ей поспать, оставшись в карауле. Мозг оказался перегружен и мне самому было совершенно не до сна. К счастью, там, где не помогали путанные объяснения соратницы, в ход шли технологии. Или точнее техномагия.
Мой интерфейс — именно мой. Не монолит, а способная легко подстраиваться система. Решительно начинаю перестановки. В первую очередь добавляю разделы заданий и заметок. Как без них жить в текущем виде я не представляю, и само наличие строчки
В заметки идет все, что рассказала Аи. Кроме того, мне действительно повезло. Те краткие вспышки оставшихся воспоминаний преобразовываются в видеозаписи или текстовые заметки. Пока их не много. Но теперь если я что-то вспоминаю, оно мгновенно оказывается в записной книжке, и я всегда смогу вернуться и перечитать.
К последнему, но самому важному пункту я подхожу с опаской первооткрывателя. Лезть на территорию диагностического медицинского модуля я не решался, а без него дальнейшее движение представлялось мне крайне сомнительным. У меня нет черт знает сколько лет, чтобы по крупицам восстанавливать сведения, зато есть инструмент, который контролирует каждый удар моего сердца и даже скорость перемещения мыслей в голове.
Отработав мой запрос, интерфейс переводит всю информацию в удобоваримый вид. Как делал с параметрами. И я за это ему очень благодарен. Только «программу» тут же переименовываю в короткое и емкое — Таланты. Теперь у меня все в наглядном виде и прямо перед глазами. И пусть сейчас возле каждой способности стояли нули, я могу контролировать собственный прогресс.
Облегченно вздохнув, наконец скрываю интерфейс и тут же сталкиваюсь взглядом с миниатюрной, буквально сантиметров тридцати ростом девушкой, за спиной которой виднелись два перепончатых, как у летучей мыши, крыла.
— Ты еще кто? — спрашиваю удивленно.