Иван Шаман – Эвакуатор. Часть 2 (страница 73)

— Думаешь, ловушка? — поинтересовался я.

— Заминировали, скорее всего, — кивнула Ольга. — Выдержишь направленный взрыв?

— А можно не надо? — с надеждой спросил боксер. — Если один должен выдержать.

— Тогда пей и вперед, — приказала военная, укрываясь за щитом. — Слава, забрасывай.

— Готов? — и, дождавшись, пока Миша прикончит эликсир, телепортировал его за решетку. Громыхнуло сразу со всех сторон, да так, что я отключился на несколько секунд. И это при том, что мы ушли в допросную за углом и укрылись штурмовым щитом!

— Чтоб я еще хоть раз! — выругался боксер, переступая через вылетевшую от ударной волны решетку. Мерцание на нем едва виднелось, стекло шлема потрескалось, а на одежде появились порванные лоскуты. Похоже, пришлось ему защиту концентрировать на уровне тела, оставив снаряжение на самотек.

— До следующего раза что-нибудь придумаем, — пожала плечами Ольга. — Нужно двигаться, пока они лестницу не заминировали.

Выбравшись из допросной, мы бегом пересекли коридор, превратившийся в обгоревшую, покрытую битой плиткой свалку. Если тут и была мебель — от нее остались только обломки. Попади в эпицентр взрыва кто-то, кроме Михаила, вряд ли остался бы в живых. Да и защитить двоих боксер бы не смог. Но сейчас это было неважно. Все, что мы делали, было направлено только на одно — демонстрацию силы.

Одно дело, когда ты разговариваешь со слабым, полностью находящемся в твоей власти человеком. Совсем другое — когда перед тобой равный или более опасный противник. Тут уже не надавишь, а если попробуешь — получишь такой отпор, который мы сейчас и показывали, всеми своими действиями крича: «Не суйся, убьет!»

На лестнице нас, конечно же, ждали. Саперы не успели закончить с минированием и расстановкой секреток, не думали, что придется встречать здесь кого-то, подобного нам. Но на всякий случай мы с Ольгой прошлись по лестнице ледяным градом с человеческую голову. Хватило для того, чтобы активировать пару растяжек и окончательно прогнать инженеров.

Стоило бойцам убраться, и вниз полетели гранаты. СВР не жалело ресурсов и боеприпасов, так что мне пришлось повозиться. Те, что падали перед нами, блокировал Михаил, те же, что угодили за спины, я старался телепортировать дальше. С парой получилось, другие взрывались сильно дальше.

Оглох я уже через минуту, так что просто двигался вперед за напарниками, стараясь не зевать. Команд не слышал, и когда Михаил остановился, мне пришлось потратить часть энергии на восстановление здоровья. Запас просел — но я сразу восстановил его из принесенных напарниками эликсиров.

— Слава, ты с нами? — повторила, видимо, не в первый раз Ольга.

— Да, нормально, — ответил я, приходя в себя. — Чего стоим?

— Они готовы к переговорам. Мы прошли до первого административного этажа, — ответил Михаил, закрывающий нас своим телом и щитом. — Похоже, не хотят разносить здание, или до них наконец дошло, что сопротивление в таких масштабах бесполезно. Если понадобится — мы тут все разнесем.

— Не для этого шли, — возразила Ольга. — Слава, ты нас вытянул, тебе и решение принимать. Но мы не просто так к тебе сунулись. Если коротко — штаб требует эвакуации.

— Нас? — на всякий случай уточнил я, но уже догадывался об ответе.

— Нет. Всего поселения, и чем быстрее, тем лучше, — не вдаваясь в подробности, сказала Ольга. — У нас есть сутки, максимум двое.

— Кристаллид сбежал? — все же уточнил я.

— Зарылся под землю и покрылся каменным саркофагом, — ответил Михаил, выглядывая из-за щита. Раздался треск, его голова дернулась назад, и я увидел в шлеме здоровенную дыру. Но боксер лишь погрозил кулаком. — Эй, хватит! Больно же!

— Про это ты зря сказал, теперь они стрелять не перестанут, — проговорила Ольга, но, не подтверждая ее слова, огонь прекратился. Я окончательно пришел в себя и огляделся — мы сидели на первом этаже, с окнами в конце длинного коридора. На противоположной от нас стороне расположилась баррикада и десятка два бойцов, выглядывающих из-за укрытий.

Белые стены и потолок изуродованы рикошетами и следами от пуль, но в целом все выглядело как хорошее офисное здание, со своими, конечно, условностями — вроде толщины стекол и отсутствия форточек, но все же. Я ожидал куда менее приятной картины, все же здание внешней разведки ассоциировалось у меня с чем-то темным и неприглядным. А здесь вполне можно работать каждый день без давящего чувства беспокойства.

Если не думать о том, какие дела тут проворачиваются и творились в прошлом. СВР не милые котята или пушистые щенята, это служба, предназначенная для контроля «дружественных» стран. Шпионаж, контршпионаж, теракты, политические убийства, революции, дезинформация и принуждение к миру — любыми средствами. И только если они провалятся — в дело вступала армия. Так что никаких иллюзий по поводу того, к кому на порог мы явились, я не испытывал.

И по этой же причине надеялся на то, что они станут опорой в борьбе против захватчиков, зверей и паразитов. Может, это и не регулярная армия, но они знают, с какой стороны держаться за оружие, и не стесняются его применять. Нужно только договориться и показать, что мы ИХ народ, часть ИХ государства.

— Идут, — сказал Михаил, когда я уже собирался предложить первыми начать диалог.

Попросив прикрыть меня щитом, я выглянул из-за укрытия. Навстречу нам двигались двое: уже знакомый мне дознаватель, держащий руки в карманах, и мужчина лет семидесяти. Я даже своим глазам не поверил, видел его я не первый раз, но в телевизоре. Выглядел он так, словно небожитель спустился с олимпа. Строгий деловой костюм, идеально выглаженный и сидящий. Уверенный шаг…

— Ох, нифига себе. — тихо выругалась Ольга. — Слава, я не знаю, что ты будешь делать, но разговариваешь ты. Я просто не выдержу, буду под козырек весь разговор держать. Ну и постарайся не хамить.

— Добрый день, молодые люди, — произнес тихим, чуть севшим голосом моложавый подтянутый старик. — Я, Сергей Евгеньевич, директор службы внешней разведки Российской Федерации. Как я понимаю, у вас есть какие-то требования?

— Скорее предложения, — сказал я, поднявшись из-за укрытия, так, чтобы Миша, держащий меня за ногу, мог проецировать щит. — Меня зовут Изяслав Блинкин, представитель сообщества одаренных. И я уверен, что у нас есть общие враги, против которых мы можем эффективно дружить. Но для этого придется сотрудничать.

— Дружить против — наше любимое занятие, — чуть улыбнулся Сергей Евгеньевич. — Мы готовы провести переговоры, в более удобном месте. Но прежде приведите себя в порядок. Борис покажет вам место и окажет всестороннюю помощь… в разумных пределах. Я же гарантирую личную безопасность на время пребывания.

Глава 39

Штурмовые группы куда-то рассосались, хотя я мог поспорить, что они все еще находятся в нескольких секундах реагирования. Борис, чья левая рука все еще не пришла в норму, отвел нас в зал для совещаний, рядом с которым располагалась комната отдыха по высшему разряду. В ней, черт возьми, даже душ был!

— Одежду принесут через несколько минут. О яде и снотворном можете не волноваться, мы уже знаем, что они не действуют, и портить переговоры не станем, — сказал Борис, показывая апартаменты. — Директор отдал распоряжение, меня назначали ответственным, вашу безопасность на время переговоров мы гарантируем.

— С чего такой энтузиазм? — спросила Ольга, не спешащая снимать шлем.

— Последнее время силовой блок получил очень много преференций. Отделы же мягкой силы оказались задвинуты. Не до переговоров, когда со всех сторон тебя окружает хищный лес, твари, что подчиняют себе тела людей, и мутанты… впрочем, мы уже убедились, что мутанты бывают разные, — поправился Борис.

— Мы не мутанты, мы одаренные, — поправил его Михаил.

— Да, да. Конечно, — слишком поспешно согласился Борис.

— Я думаю, это можно отложить на переговоры, — сказал я, понимая, что объяснять разницу надо не сотруднику, который нам помогает, а самой верхушке. — Насколько я понимаю, у вас была проблема с теми, кого вы называете мутантами. Не объясните, что случилось? Хоть в паре слов, чтобы я понял причины конфликта.

— Причины конфликта? — Борис на секунду задумался, очевидно, взвешивая, что нам можно говорить, а что нет. Само осознание того, что человек, в принципе, готовый к сотрудничеству, так откровенно думает, что нам сказать, напрягало. Ну и последние сомнения, как с нами разговаривать будут, отпали.

— Скажем так, они доставили множество проблем. Погибли люди, — через несколько секунд ответил Борис. — Группа влияния, куда ниже уровнем, чем собирается для диалога с вами, попыталась с ними договориться. Ни к чему хорошему это не привело. Несмотря на это, они не подверглись полному уничтожению, некоторые, держащие дистанцию и ведущие себя доброжелательно или нейтрально, были доставлены в изоляторы.

— Боюсь, вообще без информации мы можем прийти к прямо противоположным выводам, — заметил я, но Борис лишь пожал плечами.

— Советую привести себя в порядок, — сказал он, выходя из комнаты. Отказываться от нормального душа я не стал, горячая вода, шампунь — от такого изобилия за две недели успел отвыкнуть. Заодно побрился как следует — благо принадлежности есть. Когда вышел из кабинки — меня уже ждали напарники. Выяснилось, что одежду принесли всем троим. И какую одежду.