Иван Шаман – Эвакуатор. Часть 1 (страница 15)

Отплевываясь от пыли, забившей нос и глаза, я отошел в сторону. Облако медленно оседло, обнажая ничем не примечательную дверь, почти теряющуюся среди декоративных панелей. Несколько валунов все еще мешало до нее добраться, но их с легкостью откатили в сторону качки. Я же с сожалением отметил, что лучшая моя веревка и половина всех страховочных клиньев оказались безнадежно погребены под грудой бетона.

— Отлично, наконец, — сказал Василий, стоявший все это время в стороне. — А ну, подвиньтесь. Надо посмотреть, что там, внутри.

Он с помощниками растолкал волонтеров и вцепился в дверь руками. Однако створки не поддались. Тогда качок содрал с двери внешний фасадный слой и выругался. Под пластиковой оболочкой оказалась тяжелая полутораметровая стальная дверь. С краю обнаружился кодовый замок с кнопками. Судя по виду — механический, выпущенный еще во времена союза.

— Михаил! — громко позвал я, вдоволь назлорадствовавшись при виде беспомощных спортсменов. — Все готово, можете открывать.

— Уже? — раздался голос начальника станции. — А я думал, дольше провозитесь.

— Нет, вроде все получилось, — сказал я, показывая рукой на освобожденное пространство. — Думаю, пора людям нормально поесть.

— Давно пора, — согласился Михаил, подходя к двери. Теперь уже он отодвинул качков. — Отодвиньтесь. А лучше вообще отойдите на платформу. Я вам не доверяю.

— Не доверяете? А не слишком ли вы охренели? — спросил сквозь зубы Василий, но лезть на рожон не стал. Наверное, еще помнил просвистевшую над головой пулю. — Идем.

— Слава, можешь остаться. Поможешь достать медикаменты, — сказал начальник станции, и меня наградили еще несколькими ненавидящими взглядами.

Я подошел к двери, и Михаил, прикрывая рукой замок, ввел одному ему известный код. Внутри что-то щелкнуло, и массивная дверь зашла внутрь. Удивительно, но даже тяжелая бетонная стена не сломала механизм. Удостоверившись, что за нами не идут, старлей зашел внутрь и поманил меня следом.

— Это что? — удивленно спросил я, глядя на уставленные крохотными коробочками и здоровыми жестяными банками полки.

— Один из складов Росрезерва, — ответил Михаил с легкой улыбкой. — Тысяча рационов питания на двадцати квадратных метрах.

— Нет, я не про это. Я думал, здесь будут армейские пайки, а не укатанные в фольгу батончики, — сказал я, беря в руки странно маленький прямоугольник. На задней стороне синими буквами было указано «рацион питания, дневной».

— Аварийные рационы, — объяснил начальник станции. — Восемьсот калорий на сто грамм. Самая питательная штука из всех возможных. Концентрированные калории. Но нам их все равно хватит не больше чем на неделю. Можешь взять себе три. Позже я внесу в график выдачи. Но пришли мы сюда не за этим.

Я сложил легкие брикеты в рюкзак, сильно потерявший в весе после утраты веревки. Пройдя в задний угол Михаил достал из другого угла почти не отличающуюся серебристую упаковку. На сей раз на ней было написано «аварийная аптечка». Состав, правда, совершенно не впечатлял. Анальгин, аспирин, валидол, бинты и борная мазь. Ничего сверхъестественного. Будто ожидая моего возмущения, Михаил вынес коробку с ручкой. Почти такую же, как в каретах скорой помощи.

— Вот. Аварийные тебе, когда будешь выбираться. А это отнеси нашей новой сестре. Тут должно быть все необходимое. А я пока раздам пайки. Патроны найдем позже, — сказал начальник станции, выпроваживая меня наружу. — Так! Подходим по одному! Рацион питания аварийный разводить в теплой питьевой воде. Рассчитан на три приема пищи.

Оглянувшись, я увидел, как Михаил синей ручкой проводит по запястью мужчины, а затем выдает ему серебряный брикет. Точно такой же, как три, перекочевавших в мой рюкзак. Со следующим повторилась та же история. Понятно. Значит, он не рассчитывает составлять поименные списки для выдачи пайка. В принципе, система рабочая, если, конечно, люди не начнут массово стирать полученные метки.

Наблюдать за выстраивающейся очередью было некогда. Я быстро миновал толпу и пришел к лазарету. Там, прислонившись к Маргарите, посапывала девушка. Я не хотел ее беспокоить, но получение сейчас информации было чуть ли не важнее, чем наличие сухпайка.

— Вот, здесь все должно быть, — сказал я, ставя коробку перед медсестрой.

— Потише, молодой человек. Она только уснула, — с укором сказала Маргарита Петровна. Своими морщинистыми ладонями она подтянула к себе большую аптечку и ловким движением разложила в стороны крышку. У меня даже глаза разбежались от обилия колбочек, разноцветных баночек и пластиковых пузырьков. Но врач, кажется, легко в них ориентировалась.

Быстро перебирая пальцами содержимое ящика, она выудила несколько ампул. Щурясь и поправляя очки с толстыми линзами, прочла их названия и поставила все, кроме одной, на место. Последнюю она проткнула иглой и, набрав полкубика почти прозрачной жидкости, несколько раз ударила пальцем по игле, убирая воздух.

— Возьмите ее на руки, Слава. И держите крепче. Первые несколько секунд она может сопротивляться, — предупредила медсестра. Я приобнял Кристи, повернув ее к себе лицом. Маргарита бесцеремонно стянула с девушки джинсы и трусы и быстрым движением вколола препарат. Кристина вскрикнула, уходя в ультразвук голосом. Дернулась всем телом, пытаясь вырваться. — Держи крепче!

— Тихо, тихо. Успокойся. Это просто укол. Расслабляющий, — проговорил я, удерживая девушку от резких движений. Прошло около минуты, прежде чем крики стихли. Кристи расплакалась, не сдерживая слез и соплей. Она стонала, тяжело вздыхая. Но дрожь постепенно прошла. Взгляд девушки поплыл, хоть она все еще и находилась в сознании.

— Если вы хотите получить от нее какие-то ответы, самое время спрашивать, — посоветовала Маргарита Петровна. — Она сейчас как пьяная, так что на особенно разумные ответы я бы не рассчитывала, но после она уснет крепким сном на двенадцать-шестнадцать часов. Сами понимаете, в это время из нее вообще ничего не вытянуть.

— Спасибо, — вздохнул я, оглядываясь в поисках помощи. Допрос не самая сильная моя сторона. Тут даже Василий справился бы лучше. А еще лучше — Михаил. Но рассчитывать ни на того, ни на другого я сейчас не мог. Оба находились слишком далеко. К тому же у меня были вопросы, на которые я хотел получить ответ без свидетелей. Медсестра, получившая из моих рук аварийный паек, тут же удалилась.

— Кристи. Кристи очнись, — позвал я девушку, слегка покачивая ее на руках. — Это я, Слава. Узнаешь меня?

— А-а, Трейсер, — слабо улыбаясь, ответила девушка. Она дотронулась до моей щеки ладошкой. — Мой герой пришел спасти меня. Спасти… — она всхлипнула, зажмурившись, и я вновь обнял девушку, сильно сжав в объятьях.

— Все хорошо. Ты рядом со мной, в безопасности, — сказал я ей на ухо. — Расскажи, кто на тебя напал? Это был человек?

— Нет. Не хочу, — замотала головой она.

— Кристи, это очень важно — говорил я, но на девушку это, кажется, не действовало. Тогда я решил зайти с противоположной стороны, от ее увлечений. — Злодей пришел на мою территорию, а я даже не знаю, как он выглядит. Герою не победить, если злодей неизвестен. Понимаешь? Очень важно, чтобы ты рассказала мне о суперзлодее.

— Мой герой, — повторила, слабо улыбнувшись, девушка. Затем всхлипнула и несколько раз тяжело вздохнула. Я уже подумал, что она уснула, когда Кристина начала говорить.

Глава 9

— Я плохо помню, как он выглядит, лишь общие серые очертания. Черные, вылезающие из теней лапы. — Кристи начало ощутимо трясти, когда она описывала монстра. — И пасть. М-мама. Клыкастая пасть с рядами игольчатых зубов. Он жрал нас, своих жертв. Жрал, разрывая на куски. — Она захныкала, не в силах говорить, и мне снова пришлось обнять ее крепче.

— Прости, но ты должна продолжить, — попросил я спустя минуту. — Понимаю, что тяжело вспоминать весь этот ужас, но я должен знать.

— Нет. Пожалуйста. Не надо, — умоляюще попросила Кристина. Несколько секунд я боролся с собой, но нехватка информации победила. — Прости, но нет. Ты должна рассказать. Должна стать сильнее, чтобы помочь мне сразиться с этим злом и победить. Ведь ты помощница супергероя. Так ведь?

— Я как бэт герл, да? Стану такой, — сквозь слезы спросила девочка. — Или как Грей?

— Да, конечно, — кивнул я, слабо понимая, о ком она вообще говорит. — Ты станешь еще сильнее ее. Ты готова? Можешь рассказать, что он делал? Зачем утаскивал вас?

— Он нас ел, — передернув плечами от отвращения повторила Кристи. — Но не как обычно. Он рвал обезглавленных на куски. Процеживал их через пасть. Она призрачная, как и большая часть тела. Но он не может дотронуться до нас. Только лапами. Они единственное, что есть у него в этом мире

— Только лапами? — повторил я за девушкой. Чертовщина какая-то, образ в голове совершенно не складывался. — Ты видела, как он передвигается? Ходит или летает?

— Ползает, словно ящерица, — тихо ответила Кристина, наконец проваливаясь в глубокий сон. Я положил девушку на скамейку, подсунув под голову свернутую куртку. Без медицинской маски она выглядела почти как ребенок. Не потеряла припухлости щек и губ. Но уже можно было сказать, какой девушкой она станет, когда вырастет. А, судя по происходящему, взрослеть ей придется очень быстро.