Иван Шаман – Божественная бездна. Книга 3 (страница 19)

— Если думаешь, что после твоих слов что-то стало понятнее, глубоко ошибаешься. Что за пророчество, каким мы к нему боком, и при чем тут эти усыпальницы? — скептически сказал я, обводя комнату взглядом. — Посмотри на письмена, они почти идеально сохранились. Наверное, сказалось перекрытие помещения.

— Или магия плана порядка, замораживающая все сущее, — возразил лич. — Хотите стать сильнее? Уж лучше подняться обратно на второй уровень, собрать силы и напасть на принцессу грибов, чем шарахаться по усыпальницам великих народов. Кто знает, в чьей гробнице мы сейчас находимся? Может, это великий зодчий подземелий или фараон… или, что еще хуже, мой собрат архилич, только полный сил.

— Последнее легко проверить, — сказал я, отступая в угол комнаты и активируя заклятье создания форта. Светящаяся в темноте кровь подземелья потекла по моей руке и неохотно начала впитываться в стену. Красный гранит поглощал новую магическую жидкость, будто на губку, пропитанную маслом, начали лить воду. В то же время я совершенно не чувствовал чужого присутствия, словно преследовавшее нас существо пропало, или произошедшее и вовсе мне лишь показалось.

— Это, возможно, единственно разумная вещь. Получить доступ к подземелью, использовать портал и уйти отсюда, — с надеждой сказал Тан.

— Мы никуда не собираемся, — усмехнулся я, проверяя телепорт на доступность. Мой стандартный, домашний, действовал все время, готовый в любую секунду перенести меня к сердцу подземелья. А вот телепорт владыки, позволяющий свободно перемещаться между любыми активированными точками, заработал только сейчас. — Вместо того чтобы причитать и пытаться сбежать — лучше расскажи, что тебе известно о четвертом уровне. Судя по камню, он в корне отличается и от второго, и от третьего.

— Скорее это третий отличается от второго и четвертого, — недовольно фыркнул лич. — Один из ярких примеров изменения планов под действием внешних сил. Когда я только перебрался на второй уровень, это были великие, хоть и заброшенные, пещеры смерти, в которых кости и разложение правили балом. Я строил кладбища, приводя хаос жизни в порядок, сражался с водными жителями и ловил в свои сети спускающихся героев.

Правда, нужно признать, что именно благодаря мурлокам и сноглингам второй уровень стал прибежищем настоящей горы костей. Эти монстры приходили умирать, выставляя за порог слабых или стариков. Так устроены их племена, и так смерть получала все больше и больше жертв, копя силы. А там, где есть силы, всегда найдется желающий их приручить. Хотя, возможно, все началось задолго до моего появления на втором уровне. Например, рисунки на стенах уже были.

Смерть пронизывает Бездну так же, как водопад из ложного моря плана воды. Тени и привидения на первом, скелеты и зомби на втором, вихты и вурдалаки на третьем, мумии на четвертом. Тишина, спокойствие, благодать. Не будь хаоса жизни — все так бы и осталось. Но известная тебе царица, ставшая смотрителем уровня, все изменила, прибрав его к рукам и очистив от моих сородичей. Даже личи-пожиратели сбежали на второй уровень.

— Это все очень интересно, но ты отвлекся от главного вопроса. Что тебе известно об этих местах? — перебил я, решив не слушать многочасовую лекцию о том, какая нежить хорошая.

— Гробницы. Отголоски вечной пустыни, — чуть обиженно сказал Тан.

— Все? Какой магией обладают местные обитатели? Чего стоит опасаться? — с нажимом поинтересовался я, продолжая пропитывать камни вокруг.

— Смерть, она и есть смерть. Даже соседствуя с хаотичными планами, вроде воды или огня, она не теряет своей сути, — гордо произнес лич. — Привнося порядок в хаос жизни. Песок — одна из разновидностей камня, далекая от ветра и огня, но уже изменившаяся под их влиянием.

— Ага… значит, песок и смерть? Ничего страшного, меня этими аспектами вообще не напугать. Учитывая, что я уже мертв и сам состою из камня на достаточно большую долю.

— Только дилетант думает, что единение с планом дает ему неуязвимость. Смерть различна, так же, как и жизнь. Тебя могут разорвать на части. Сжечь. Растоптать. Утопить. Заморить голодом или отравить. Расплавить в кислоте или сожрать живьем. Итог всегда один, а вот причины и свойства разные, как и подпланы смерти, — наставительно произнес лич. — Никогда не недооценивай разнообразие малых планов.

— Еще раз. Что нам может угрожать?

— Я… не знаю, — нехотя произнес Тан, отворачиваясь. — Я не помню, как спускался по Бездне, а когда поднимался — уже сроднился с планом смерти и прошел без проблем, даже не обращая внимания на обитателей. Если бы не сердце подземелья на втором — немедля ушел бы дальше и поднялся на поверхность.

— И что бы ты там делал? Продолжал свои поиски и эксперименты со смертью?

— Не знаю, — огрызнулся лич, — не помню. До обретения могущества — все как в тумане. Может, я и вовсе таким родился, поднимаясь наверх, а не спускаясь, и обретая все больше сил.

— Ага. Понятно. Просто знай, поднимаясь, ты не получаешь новые силы, наоборот, со временем теряешь даже часть приобретенных. Просто противники становятся все слабее. Это как здоровому мужику выйти в драку против детей, — сказал я, заканчивая установку форта и вызывая либлинов. — Идем, посмотрим, что таит в себе эта гробница.

— Ох, не советую. Съедят. Высосут через трубочку, — мрачно сообщил лич.

— Не знаю, чего ты переживаешь. Врагов не видно, а даже если появятся, каменными кулаками я легко превращу любых встречных скелетов в пыль. Да и тебе бояться нечего — здоровенная дубина и зоркий защитник у тебя есть. Даже два, если ты воскресил эту даму не для плотских утех.

— Только через мой труп! — отказываясь от такого предложения, сказал Гор, но, судя по взгляду Тана, именно так он и рассматривал бывшую эльфийку.

Химари уже обвыклась, запахи выгорели, и даже Клора рассматривала теряющийся в темноте коридор скорее с интересом, чем со страхом. Активировав каменную форму, я ступил внутрь гробницы, в сторону огромных кувшинов с запаянными окаменевшим воском горлышками. Они стояли рядком у саркофага и, вероятно, предназначались для хранения продуктов или вина, чтобы ушедшему на тот свет фараону было, чем пировать и угощать своих родственников. По крайнем мире, именно так объясняли запасы в пирамидах и под курганами ученые нашего мира. Тут, правда, могла крыться существенная разница, ведь жизнь после смерти в мире Бездны оказалась вполне реальной.

— Осторожно! — выкрикнула Клора, но я не успел среагировать, поставив ногу на ступеньку у саркофага. Камень легко провалился внутрь на несколько сантиметров. Раздались мерные щелчки, будто завелся гигантский часовой механизм, и я, не дожидаясь удара, отпрыгнул назад, к пролому. Мои спутники тоже решили не рисковать, выскочив наружу еще раньше. Вот только прошла секунда-другая, щелчки стихли, а ничего не произошло.

— Может, он сломался? От времени? — спросила с надеждой воровка.

Будто отвечая на ее вопрос, раздался душераздирающий крик, эхом разошедшийся по гробнице. Вой доносился из воздуховода, так что проснувшаяся тварь явно была не в нашей комнате, но легче от этого не становилось. Активировав защитную форму, я встал плечом к плечу с ГорТаном, поигрывающим двуручной палицей и цепко смотрящим на единственный вход в гробницу. Мистический ужас и чувство опасности накатывали волна за волной, но двери оставались неподвижны, и когда я уже решил, что все обошлось, волна магии прошла через мое тело, а в следующую секунду я оказался в крохотном темном помещении. Саркофаге!

Благодаря виденью камня я легко понял, где нахожусь. Уперевшись руками и ногами в крышку, я с силой приподнял ее на несколько миллиметров. Это оказалось моим пределом, но я не сдавался, активировав создание либлина камня прямо на крышку. Камню такое обращение не понравилось, но он оказался не зачарован, и вскоре мне удалось создать достаточную щель, чтобы можно было протиснуть пальцы.

Несколько раз сняв и снова активировав каменную форму, я проломил дыру и выбрался наружу, в небольшой зал, уставленный сотнями саркофагов. Они этажами в несколько ярусов стояли вдоль стены. Не мешкая, я вызвал огненного духа, послав его зажигать факелы, а затем бросился к ближайшему из каменных гробов.

— Хима! Клора! Вы где! Отзовитесь! — что есть силы закричал я. Стоило достать меч главы мутантов, вот только порталы не работали. Ни в сокровищницу, ни в подземелье. А значит, и товарищи телепортироваться назад не смогут. Кислорода в саркофагах не было, и сейчас счет шел на секунды. Если я быстро не найду девушек — они умрут.

Не переставая кричать, я зацепился пальцами за крышку и, ломая каменные когти, оттолкнул ее в сторону. Вскрыть ее, находясь снаружи, оказалось куда проще, чем изнутри, но в каменном гробу вместо девушек я обнаружил скорченный, хватающийся за шею скелет.

— Веста! Помогай искать! — выкрикнул я, заставляя фею выбраться из своей скорлупы, куда она спряталась после получения очередного воспоминания.

— О боги… вместо того чтобы бегать и орать, просто послушай внимательнее. За твоими криками не слышно, может, они и подают знаки, — поморщилась фея.

— Тоже верно, а двадцать ушей лучше, чем пара, — согласился я, безжалостно дербаня скелет на косточки для либлинов. — Ищите саркофаги, в которых есть жизнь! Прислушивайтесь! Каменные — ближайшие, кости — средние, огонь — на вас самые дальние гробы. Ищите!