Иван Щукин – Дело чести (страница 8)

– Боярин! – раздался из-за двери спальни голос Вторуши. – Ты не спишь?

– Не сплю, – отозвался я, слегка напрягшись. Как правило, мои воины меня не будят. Только если что-то случилось. А учитывая вчерашние события…

– Тут к тебе гостья пришла, – продолжил кричать воин. – Говорит, что она боярыня Тришкина.

– Чёрт! – рывком сел я на кровати, чуть не скинув с неё Эльзу. – Много с ней воинов?

– Один. И ещё мужик с мешком.

– Чего? Какой ещё мужик с мешком?

Натянув штаны, я открыл дверь и непонимающе уставился на Вторушу. Эльза же, которая как раз тоже собиралась встать, что-то пропищав, нырнула с головой под одеяло.

– Ну, мешок. Носят в нём всякое…

– Сумка, что ли?

– Ага. Сумка.

– Понятно. Как она себя ведёт? Вежливо или вызывающе? Грозит, может?

– Вежливо, боярин, – ответил воин. – Постучалась, представилась. Спросила, может ли увидеть боярина Северского.

– Так, так, так, – задумался я. – Знаешь, что, Вторуша…

– Что, боярин?

– Не перебивай. В общем, попроси её со мной позавтракать в «Майонезной» через час. Если хочет, то может подождать там.

– Так это, боярин – закрыта ещё «Майонезная», – слегка растерялся Вторак.

– Чёрт! Тоже верно. Тогда, если она согласится, то со всех ног беги туда. Передай мой приказ срочно приготовить завтрак. В случае же, если поваров ещё нет на месте, пусть Михалёв что-нибудь сообразит. Да хоть кофе сварит и булочек купит. Понятно?

– Всё понял, боярин. Но…

– Что ещё? – нахмурился я.

– Мне Умник велел тут быть и тебя, боярин, охранять.

– Ничего, передашь ему, что это мой приказ. За час с нами ничего не случится.

– Понял, боярин, – вздохнул воин. – Тогда я побежал.

– Подожди! – остановил я его. И решил на всякий случай уточнить: – Если боярыня не захочет ждать, то поднимешься ко мне и доложишь.

– Так это ясно, боярин. Что же я, совсем без понимания?

– Всё, иди.

– И что всё это значит? – выглянула из-под одеяла Эльза, когда за Вторушей закрылась дверь.

– Скорее всего, эта боярыня хочет мне что-то предложить, – пожал я плечами. – Но есть и хорошие новости.

– Какие? – удивилась девушка.

– У нас есть полчаса до того, как надо будет одеваться.

Судя по тому, что Вторак не вернулся, боярыня Тришкина моё предложение приняла. Так что мы с Эльзой успели и в кроватке поваляться, и умыться, и собраться. А идти до «Майонезной» – дело пяти минут.

Боярыней Тришкиной оказалась ухоженная женщина лет тридцати – тридцати пяти. Красивая, стройная и довольно-таки властная. Правда, при нашем появлении она постаралась сделать лицо попроще и ослепительно улыбнулась. Вроде даже искренне.

– Здравствуйте, сударыня, – поздоровался я с ней так, как это было принято в столице. В Ульчинске в этом плане было попроще. А тут без всех этих «сударей» да «сударынь» общались только с хорошо знакомыми людьми. – Позвольте представиться: Боярин Северский, Маркус Святославович.

– Очень приятно, сударь, – ещё сильнее заулыбалась женщина, затем поднялась и представилась сама: – Боярыня Тришкина, Ефросинья Фёдоровна.

– Прошу прощения за то, что приходится встречаться тут, – я обвёл рукой помещение. – К сожалению, в столице я недавно, и в новый дом собирался переезжать лишь сегодня. А в съёмном даже кофе не сварить.

– Ничего страшного, сударь, – отмахнулась боярыня. – Настоящие мужчины и не должны гоняться за роскошью и удобствами. А некоторым только дай волю, и они организуют по всему миру одну большую казарму, будут ходить строем да искать, с кем бы повоевать.

– Тоже верно, – улыбнулся я. И представил немку: – Это моя помощница Эльза. Будет заниматься некоторыми делами рода в столице. Вы не возражаете, если она будет присутствовать при разговоре?

– Сударыня, – уважительно, но без подобострастия, кивнула Эльза. Выглядела она сейчас как самая настоящая валькирия. Обтягивающий костюмчик, кожаная курточка, шпага и кинжал на поясе.

– Что вы, конечно же, я не возражаю. Тем более, это я к вам пришла.

– Тогда давайте присядем и перейдём к делу. Или, может быть, ещё кофе? – указал я на её пустую чашку.

– Нет, спасибо, – отказалась женщина. – Действительно, лучше обсудим наши дела.

– Наши? – хмыкнул я, вспомнив начало разговора с Майкиным.

– О да! – обворожительно улыбнулась боярыня. – Я надеюсь, что наши общие.

– Что же, я вас внимательно слушаю.

– Знаете, сударь, а вы удивительно спокойны. Особенно если учесть, что только вчера у вас вышел конфликт с человеком моего мужа.

– Судя по тому, что в данный момент передо мной сидите вы, у вашего мужа нет желания продолжать этот конфликт. Не отправит же он на разборки собственную жену?

– Разборки? Интересное выражение. Довольно точно отражающее суть. Но в целом вы правы. Мой муж действительно не настроен конфликтовать с вами. Он в принципе не любит конфликты. Это вредит делам. Но всегда есть нерадивые исполнители. Такие, как Бориска Майкин.

– О да. Вы представляете, он обещал мне сжечь это прекрасное заведение.

– Это недопустимо! – абсолютно серьёзно произнесла Тришкина. Махнула рукой, подозвав мужика с мешком, и приняла у него из рук довольно объёмистый кошель. – Тут тысяча рублей золотом. Вира от моего мужа за недостойное поведение его боярского сына.

– Тысяча рублей – это, конечно, хорошо, – покивал я, не притрагиваясь к кошелю. – Но мне пришлось срочно вызвать в столицу сотню воинов рода, тем самым отвлекая их от другой работы. А это, знаете ли, стоит недёшево.

– Особенно если учесть, что эти воины – бывшие Дёмины, – слегка натянуто улыбнулась боярыня. И снова кивнула подчинённому, после чего на свет появился ещё один кошель. – Думаю, ещё тысяча рублей покроет все ваши расходы.

– А прибудут они сюда на моём пароходе, который также пришлось снять с рейса, – скучающим голосом произнёс я.

Вместо ответа Тришкина, всё так же изображая улыбку, снова кивнула своему человеку.

– Хватит! – остановил я её и рассмеялся.

– Я сделала что-то смешное? – нахмурилась женщина. От её доброжелательности не осталось и следа.

– Прошу меня простить, сударыня, – придав лицу серьёзное выражение, извинился я. И виновато развёл руками: – Просто мне было интересно, сколько там ещё таких кошелей.

– О, поверьте, их там довольно много, – добавив в голос язвительности, ответила боярыня.

– И, исходя из этого, смею предположить, что у вас ко мне есть какое-то предложение…

– Вам не откажешь в проницательности, сударь.

– Маркус. Называйте меня просто по имени.

– В таком случае, я для вас, Маркус, Ефросинья Фёдоровна. Либо же просто Фрося. Если честно, то не очень люблю своё полное имя. Удружил же батюшка…

– Красивое русское имя, – пожал я плечами. – Но если вы настаиваете… Так какое же у вас ко мне дело, Фрося?

– Маркус, а можно я у вас сначала кое-что спрошу? – лукаво улыбнулась женщина.

– Да, конечно.

– Вот вы сказали, что вызвали в столицу сотню воинов рода. Это правда?

– Абсолютная, – кивнул я.