Иван Романов – ЖАТВА (страница 3)

– Тучи собираются.

Пётр тоже посмотрел в окно: большая часть неба уже покрылась густыми тучами, и только кроваво-оранжевый свет солнца освещал их.

– Ну, надеюсь, пройдут, – без особой надежды сказал Пётр.

Пётр положил в кружку кофе и начал помешивать, старик сделал то же самое.

– А вы общались с Николаем недавно? – продолжил расспрашивать Пётр.

– Да, позавчера, совсем немного, – ответил старик. – Он как раз встречал свою дочь. – Он сделал глоток горячего кофе.

– То есть вы виделись с жертвой? – спросил участковый.

Старик поставил кружку на стол: – Да, радостная такая была. Прям светилась.

– А что-нибудь странное вы видели?

– Да нет, ничего странного. После этого я сразу пошёл домой и всё.

Пётр скрестил руки и сидел, наблюдая за стариком. «Не верю, что это может быть он. Ладно, завтра расспросим других».

– Расскажи о себе, Петя, – прервал тишину старик.

– Да что рассказывать-то, – ответил Пётр.

– Да хоть что-нибудь.

Пётр сделал глоток горячего кофе, прочистил горло и начал:

– Работаю вот уже лет пять, перевели из города сюда участковым, да так и остался.

– А почему перевели? – спросил старик.

– Захотелось спокойствия, что ли. В городе суетно, много дел, а тут… – он замолчал. – Спокойно.

Старик тихо посмеялся и сделал большой глоток.

– А вы чем занимаетесь? Кто вы? – облокотившись на спинку стула, спросил Пётр.

– Ничем, да и никто я, – протяжно начал старик. – Езжу туда-сюда, каждые пару лет, да вот решил тут остаться на годик, может.

Эта часть показалась Петру странной, он слегка наклонил голову, пристально наблюдая за стариком.

«Странно очень», – промелькнуло у него в голове.

– Странно согласен, просто не могу место себе найти, – резко сказал старик, даже с некоторым раздражением.

Пётр удивился такому ответу, словно старик прочитал его мысли.

За окном тучи уже полностью закрыли небо, укутав деревушку во тьму. Где-то вдалеке прогремел гром, приближаясь.

«Надеюсь, быстро пройдёт».

Старик резко встал, поставил кружку на столешницу:

– Пойдём, покажу, где будешь спать.

Пётр, допив кофе, последовал за ним.

Комната оказалась маленькой, но уютной. В ней было тепло. Старик подошёл к окну и закрыл шторы.

– Спасибо большое ещё раз, – сказал Пётр.

Старик вышел и вернулся с подушкой и одеялом:

– Не благодари, сынок. Ты по делу приехал, да ещё в незнакомое место. – Он протянул вещи. – Главное, хочу помочь тебе с делом.

Пётр, взяв вещи, спросил:

– Помочь? Вы что-то знаете?

– Знаю? Я знаю, кто и где живёт, вот и всё, помогу чем смогу, – ответил он с энтузиазмом.

– А, точно, – немного смущённо засмеялся Пётр. – Как вас звать-то? – спросил он, но старика уже не было в комнате. Пётр лишь услышал пожелание спокойной ночи и звук закрывающейся двери.

Пётр остался один. За окном резко начал лить дождь, капли сильно стучали по окну и крыше.

Он пожал плечами и лёг на кровать. «Надеюсь, дождь будет несильный», – подумал он и закрыл глаза, отпуская себя в мир грёз.

Глава 4 – Следы

Проснувшись, Пётр заметил, что дверь в его комнату приоткрыта. Шторы были распахнуты, а за окном лился лишь тусклый пасмурный свет.

Встав с тёплой, словно зовущей поспать подольше кровати, он увидел во дворе Старика. Тот стоял и смотрел вдаль, в сторону дома, где нашли мёртвое тело юной девушки. Руки его были заложены за спину, и он покачивал головой, словно в такт биению собственного сердца.

– Проснулся? Давай завтракать, – резко и громко сказал Старик, чтобы его голос прошел через стены и окно дома.

«Как он это сделал?» – мысленно удивился Пётр.

Подойдя к своей одежде, аккуратно сложенной на табуретке у окна, Пётр заметил, что его бумажник лежит поверх всей одежды, а оттуда торчит краешек фотографии.

На фотографии было двое человек, Петр и его жена Аня.

Счастливая, тёплая фотография, от которой веяло ярким прошлым. А сейчас – лишь напоминание о ране, что всё ещё сочится кровью.

Одевшись и посмотрев телефон в надежде на появления сигнала, он огорчился, сигнала всё ещё нет. Выйдя из комнаты, он подошел к столу и положил телефон с краю садясь на стул.

Старик в это время уже копошится на кухне.

– Почему вы без моего ведома открыли мой бумажник? – спросил Пётр.

Старик резко остановился, но, словно пытаясь забыть о содеянном, продолжил своё занятие.

– Слушайте, нельзя брать чужое, – сказал Пётр. – Впредь хотя бы спросите.

Старик повернулся с целой тарелкой нарезок и поставил её на стол.

– Извини, больше не буду, – невинно сказал Старик. – Но ты не переживай, сынок, боль эта пройдёт, – уверенно произнёс Старик с лёгкой улыбкой на лице. – Они в лучшем мире.

Петра немного удивил комментарий Старика.

Старик, кряхтя сел на стул, пододвинувшись ближе к столу и принялся делать себе бутерброд.

– Ну, приятного аппетита, – мягко сказал Старик и начал кушать.

– Прощаю, но правда, впредь просто спросите. – сказал Петр и тоже собрал себе бутерброд: сначала масло, потом колбаса, сверху – сыр.

– И вам приятного аппетита. – сказал Петр и откусил бутерброд и его словно вернуло в беззаботное детство. – Ммм, давно я такой вкусный бутерброд не кушал, – сказал Пётр и растаял на стуле.

Старик заулыбался.

Некая теплота окутала Петра. Ностальгия светлого прошлого.

Но тут резко картина в его голове переменилась, на серое, даже темное, образ мертвой Марии образовался. Тяжело выдохнув, он продолжил кушать и попивать горячий кофе.

Но, главное, что сегодня он уже уедет, скоро приедут свои и передадут дело другому отделу.

– Ну, что, Петя? Что-нибудь приснилось? – спросил Старик.