Иван Рак – Мифы древнего Египта (страница 12)

Исида обратила свой голос к небу, и в тот же миг Ладья Вечности остановилась над болотами Дельты. Бог Тот покинул своё место в Ладье и спустился с небес к Исиде.

— Нет вреда для твоего сына Хора! — решительно объявил он. — О благая богиня с мудрыми устами! Защита его — Ладья Ра. Я пришёл к тебе из божественной Ладьи. Солнце пребудет на своём вчерашнем месте, мрак удержится, света не будет, пока не исцелится Хор для своей матери Исиды! — О Тот, хотя и велико твоё сердце, но как медленно свершаются твои намерения! — воскликнула Исида в ответ.

Тогда бог мудрости произнёс волшебное заклинание, и яд скорпиона потерял силу. Младенец Хор был спасён. Когда же он выздоровел. Тот по просьбе Исиды повелел египтянам неустанно следить за Хором, оберегать его и всячески помогать Исиде. В противном случае, пригрозил Тот, на земле воцарятся мрак, запустение и голод. Сказав это, Тот вернулся в Ладье Ра-Хорахте.

Мифы “Исида и Хор в болотах Дельты” и “Сокровенное имя бога Ра” (см. далее) представляют собой магические заклинания против укусов скорпиона или змеи. Пострадавший египтянин отождествлялся с Хором или Ра, исцелёнными от ядовитых укусов благодаря магии. Считалось, что злой демон, по чьей воле действовала ядовитая тварь, решит, что он опять имеет дело с могущественным богом, а не с простым смертным, вспомнит своё былое поражение и незамедлительно обратится в бегство. Заклинание завершалось словами, отождествлявшими пострадавшего египтянина с Хором или Ра: “Как исцелился Хор (Ра), так исцелится и имярек; он будет жить, а яд погибнет”.

Сокровенное имя бога Ра

Когда Хор подрос, Исида захотела сделать своего сына могучим и непобедимым в любой схватке. Для этого нужно было, чтоб Ра отдал Хору своё Око Уаджет — как символ власти и как урей, уничтожающий злых демонов.

Ра к тому времени стал уже дряхлым стариком: руки его тряслись, губы дрожали, изо рта на землю капала слюна. Исида собрала эту слюну, смешала её с пылью и песком и из этой смеси создала змею в виде стрелы. Ядовитого гада она положила на дороге, по которой, осматривая свои владения — Верхний и Нижний Египет, часто ходил солнечный бог.

И вот змея ужалила великого бога! Ра закричал от невыносимой боли. Голос его достиг небес и привлек внимание Великой Девятки.

— Что случилось? — воскликнули боги, но у Ране было даже сил, чтоб ответить им. Его челюсти дрожали, и все его члены тряслись, и яд заливал его тело подобно тому, как Нил заливает землю. Превозмогая боль, с неимоверным усилием солнечный бог проговорил:

— О боги, созданные из моего тела (и) вышедшие из меня! Я расскажу вам, что случилось со мною. Меня пронзило нечто болезненное, и моё сердце знает что, но мои глаза не видят его, и моя рука не схватила его. Не ведаю я, кто сделал это со мною! Никогда я не испытывал боли, подобной этой, и нет боли сильнее её! <…> Поразил меня змей, которого я не “сдаю!

И Ра попросил привести к нему всех богов: может быть, кто-нибудь из них знает магию и сможет его излечить? Боги пришли. Среди них была и Исида. Она спросила Ра: — Отец мой божественный, не змей ли ужалил тебя? Не один ли из твоих детей поднял на тебя руку? Воистину он будет повержен моими чарами, я заставлю его отступить от зрения твоих лучей!

— Меня действительно укусил змей, — простонал Ра. — Он ужалил меня, когда я обозревал свои владения.

— Я излечу тебя, — сказала Исида, — но для этого ты должен сообщить мне своё тайное имя, ибо все, даже люди, живут, когда их имена произносятся другими!

— Моё имя? — переспросил солнечный бог. — Знай же: я — создатель неба и земли, я сотворил горы и, всё, находящееся на них. Я создал Время. <…> Я — Хепри утром, Ра в полдень и Атум вечером.

Но это не помогло Ра. Яд не выходил, и великий бог не чувствовал облегчения. Ведь он хотел обмануть Исиду: он не сообщил ей своего тайного, сокровенного имени, в котором заключалось всё его могущество. Исида поняла это и сказала солнечному богу:

— Не было твоего имени в том, что ты мне говорил! Скажи его мне, и выйдет яд, ибо живёт человек, чье имя произнесено.

Яд же жёг, разгораясь, и его пламя было сильнее пламени огня. Ра понял, что пет у него другого выхода, как открыть Исиде своё тайное имя. Скрепя сердце, солнечный бог велел всем остальным богам удалиться и, оставшись с Исидой наедине, сообщил ей своё сокровенное имя. Он не произнёс его устами, а передал Исиде из сердца в сердце, поэтому сокровенного имени Ра никто, кроме Исиды, не узнал. И когда он сообщил своё имя, Исида, великая чарами, сказала:

— Вытекай, яд, выходи из Ра? <…> Я творю, я заставляю упасть на землю яд, ибо он побежден!

Теперь, зная сокровенное имя Ра, Исида обрела великое могущество и могла наделить могуществом Хора.

Ипостаси младенца Хора

Харпократ (егип. Хор-па-херед — “Хор-младенец”) — мальчик с “локоном юности” на правом виске. Он ещё слаб, ему не по силам биться с могущественными врагами и прежде всего с Сетом; Харпократ ещё сам нуждается в защите. Поэтому мать Исида защищает его своими крылами.

Но этого недостаточно! Харпократа должны защищать и люди — так приказал бог Тот. И под их опекой младенец станет великим властелином Египта. Он уже сейчас носит Объединённую корону Обеих Земель — “Пшент”.

Харсиес (егип. Хор-са-Исет — “Хор — сын Исиды”) младше Харпократа. Он ещё сосет грудь матери, не умеет говорить и не знает о своём великом предназначении.

Воскресение Осириса

Когда Хор стал взрослым юношей, он вступил в битву с Сетом. Во время сражения Сету удалось вырвать глаз Хора. Сет разрубил глаз на 64 части и разбросал их по всему Египту.

На помощь Хору пришёл Тот. Он отыскал 63 части изрубленного глаза, срастил их и возвратил юноше его исцелённое Око — Око Уаджет.

Существует очень много противоречивых версий этого мифа. Иногда Сет возвращает вырванное Око добровольно, иногда Око отбирает обратно сам Хор, иногда предметом борьбы является не Око Хора, а Око Ра — Солнечное Око.

Заполучив Око обратно, Хор отправился к мумии Осириса и дал мёртвому Осирису проглотить Око. И Осирис воскрес.

Свершилось великое событие! Но Осирис не мог оставаться на земле. Он должен был уйти в Дуат и стать царём потустороннего мира, властвовать там, как он властвовал в Египте, когда унаследовал трон Геба.

Перед тем, как навсегда удалиться в Дуат, Осирис подверг своего сына испытанию, дабы увериться, что Хор готов вступить в борьбу с могущественным Сетом.

— Какой из поступков, по-твоему, является самым благородным? — спросил Осирис сына.

— Помочь невинно пострадавшему, — без раздумий ответил Хор.

— Какое из животных, участвующих в сражении, ты считаешь самым полезным? — задал Осирис второй вопрос.

— Самое полезное животное — это конь, — сказал Хор.

— Почему же конь? — удивился Осирис. — Почему ты назвал не льва, а коня? Ведь самый могучий из зверей — лев.

— Лев нужен тому, кто защищается, — презрительно ответил Хор. — А конь преследует убегающего.

Довольный ответом сына, Осирис воскликнул:

— Воистину, ты готов к битве! Иди же и повергни Сета.

Это были последние слова великого бога, сказанные им на земле. Произнеся их, он навечно удалился в Дуат.

Он умер и воскрес, — и с тех пор, подобно ему, в Загробном Царстве воскресает каждый умерший египтянин, если его тело мумифицируют и сохранят, как некогда Исида сохранила тело Осириса от тления.

И воскресает каждую весну, подобно Осирису, природа.

Тяжба Сета и Хора

С чего все началось

Хор отправился мстить за отца. Много раз он вступал в битву с Сетом и неизменно повергал его. Один раз он даже изрубил на куски тело Сета, принявшего облик гиппопотама. Но убить своего врага сын Исиды так и не смог. Всякий раз Сету удавалось спастись и излечиться от ран.

Хор считал, что трон Осириса и сан владыки Египта по праву принадлежат ему, а не узурпатору Сету; Сет же отказывался сложить корону и добровольно уступить власть. После многочисленных битв Сет и Хор, наконец, решили обратиться к суду богов: пусть Ра и Великая Девятка разрешат их спор, длившийся к этому времени уже восемьдесят лет.

Начало суда

И вот дитя [Хор] сидело перед Владыкой Всего Сущего, солнечным богом Ра, требуя царского трона отца своего, Осириса, — прекрасного явлениями сына Птаха, озаряющего преисподнюю своим сиянием — в то время, когда Тот подносил Око (Уаджет) Владыке Великому, находящемуся в Гелиополе.

— Владыка, — промолвил Тот, обращаясь к Ра, — в твоей воле решить, кому из тяжущихся вручить это Око и тем самым сделать его властителем Обеих Земель.

— Справедливость — могучая сила! — воскликнул Шу — Сотвори же ее, о Ра, отдав сан Хору.

— Это миллион раз истинно, — согласился Тот и повернулся к Девятке, ища поддержки у остальных богов.

— Подношение Ока [Хору] — это справедливость Девятки, — повторил бог ветра Шу.

Видя, что все боги приняли сторону её сына, Исида воскликнула:

— Северный ветер, лети на запад — в Загробное Царство и возрадуй сердце Уннефера, да будет он жив, невредим, здрав! Титул владыки достался его сыну!

Боги возликовали, думая, что дело решено окончательно, и многолетняя распря Сета и Хора отныне прекратится. Но Ра-Хорахте вдруг гневно воскликнул:

— Что это значит, что вы судите одни, не спросив меня, величайшего из богов, словно меня и нет здесь?! Око Уаджет следует отдать Сету. Хор, сын Исиды, великой чарами, ещ§ слишком молод для того, чтоб быть царём. К тому же он — незаконный сын Осириса, ибо родился уже после его смерти. — Пусть Тот возьмёт картуш для Хора и возложит ему на голову <…> корону! — настаивала Девятка.