Иван Пушкин – Новый мир (страница 58)
И Кирилл его прекрасно понимал. Прибывший флот производил впечатление по-настоящему отлаженной военной машины. Единообразного вида космические корабли практически синхронно выполняли необходимые маневры, занимая свое место в строю. Вперед выступали настоящие гиганты, вокруг которых треугольниками выстраивались, если судить по размерам, тройки эсминцев. Они образовывали первую и вторую линии. Основу четвертой, пятой и шестой составляли корабли с раздвоенными остриями. Их тоннаж составлял нечто среднее между гигантами и эсминцами, за что Кирилл немедленно окрестил их крейсерами. Вокруг них хватало и других кораблей, но именно им по численности принадлежало первое место. Последняя часть кораблей немедленно уходила в стороны, исчезая из восприятия.
И что этому флоту могли противопоставить ресу? Сборная солянка. Какого только вида кораблей среди не встречалось: и странные птицы, рыбы, насекомые, и непонятные кляксы, и ажурные конструкции, и сложные геометрические фигуры. Словно каждый пытался выделиться, создав нечто совершенно особенное. Так, собственно, и было.
Единственным островком порядка оказались те самые киты-переростки, которых начали выращивать с началом войны. Забавный факт, но при подавляющем численном преимуществе чужих, количество крупных кораблей в обеих флотилиях оказалось практически одинаковым.
Между тем пришельцы, выстроившись в боевые порядки, двинулись вперед. Память не давала ответа, откуда они появились. Эллайо и сам этого не знал. Как, собственно, и причин конфликта. Казалось, что чужие просто однажды появились в системе Лефтера-461 и сразу, не вступая в переговоры, атаковали один из дальних аванпостов ресу. С тех пор масштаб бойни лишь нарастал. Сородичи Эллайо пытались установить контакт и прекратить ее, но безуспешно. Пытались они и сопротивляться. На орбите Ройох осталось более трех тысяч их кораблей. Все свежее пополнение. После этого даже самым равнодушным Сеятелям и исследователям стала очевидна необходимость объединения. Кто-то пытался прятаться, но таких оказалось на удивление немного.
Чужой флот между тем разогнался до пятнадцати процентов скорости света. В таком темпе до орбиты Рруа им оставалось что-то около трех дней. Подчиненные же ресу силы начали собираться в единый флот, готовясь встретить подступающего врага. Эллайо так же скомандовал своей эскадре из семидесяти кораблей выдвигаться на соединение с основными силами. По случае он располагался практически на противоположной чужим стороне планеты.
“Самое время поднабраться ништяков” — определился Кирилл, несмотря на захлестывающие Эллайо волны страха и волнения.
Но не успел он сосредоточиться, как по флоту чужих проскочил, перепрыгивая с корабля на корабль, кроваво-красный разряд. За ним — еще два. И следующие. Количество разрядов стремительно нарастало, обволакивая силы пришельцев сияющим облаком.
А затем их поглотила ослепительная вспышка. Тончайшая спица света протянулась от ее эпицентра к планете ресу, и расцвела очередным алым пятном, на месте которого спустя мгновение возник и вражеский флот.
Кирилл ощутил огромный поток информации, поступающий к владельцу его временного тела. При всех возможностях хаш такая скорость мышления все еще оставалась для него за гранью, но общий посыл он уловил. Подчиненная Эллайо эскадра немедленно начала разворачиваться, отправляя в сторону появившегося на расстоянии двадцати световых секунд врага дождь снарядов. Синхронно с ними подобный маневр проделывали и все ближайшие к прорыву чужих группы кораблей.
На вторгшихся обрушился настоящий ливень. Но за несколько секунд до контакта стилеты, вокруг которых кружило по две многометровые сферы, размылись пятном краски, разбавленной водой, и во все стороны от них устремились волны уже привычной алой энергии. Объединившись друг с другом, они образовали вокруг всего флота чужих полупрозрачную пленку щита, которая уверенно встретила ливень снарядов. Полностью нивелировать его она не смогла, но почти половина тускло-синих сфер не смогла ее преодолеть. В оставшуюся часть устремились веера рубиновых лучей с эсминцев, заполняя пространство космоса взрывами сияющих облаков плазмы, и лишь небольшая доля изначального залпа достигла персональных щитов. По алым пузырям вокруг гигантов, внутри которых скрывались и подчиненные им эсминцы, побежали желтые разводы.
Впрочем, ливень со стороны ресу и не думал прекращаться. Крупный калибр такого корабля, как “Всеизменяющий”, был способен выдать до десяти выстрелов в минуту. Остальные флаги эскадры Эллайо от него в этом плане практически не отставали.
Ответный удар чужих оказался страшен. Корабли второй линии дали залп, и тысячи толстых рубиновых лучей протянулись к флангу пытавшегося сманеврировать основного флота, создавая просто подавляющее преимущество в мощи. Голубоватого сияния защитных полей они практически не заметили, и космос озарили сотни взрывов. Чужие били наверняка. На один и тот же корабль могло прийтись до десятка лучей. Выжившие практически отсутствовали.
Первая линия также открыла огонь, но, несмотря на более высокую скорострельность, их действия практически не наносили урона. Тяжелые, сосредоточенные на защите, они не имели той же поражающей мощи, что и специализированные корабли. Живая броня ресу с легкостью затягивала нанесенные ими повреждения.
Основной флот попытался сманеврировать, чтобы встретить противника всей шириной фронта и максимально уравнять энергетический вес взаимных ударов, но из пустоты на разгоняющееся правое крыло обрушился поток алых снарядов. Ответный залп выцепил лишь несколько невидимок. Словно голодные акулы, они закружили вокруг ресу, всеми силами мешая им прийти на помощь погибающему левому крылу.
Неожиданно в центре флота вспыхнула крохотная звезда, и поток поступающей от командования информации тут же прервался. Тройку охотников тут же уничтожили, но компенсировать потерю ведущего Шанти это, конечно же, не смогло.
Кирилл почувствовал, как его руки в бессильной злобе сжимаются в кулаки. Ощущение подступающей катастрофы поглотило весь мир Эллайо: еще минут десять подобных боевых действий и сражаться окажется попросту некому! Их уничтожат по частям! Его мысли потянулись к ближайшим кораблям. Кирилл вновь не сумел разобраться в произошедшем обмене информации, но уловил желание выиграть время.
Семь ближайших эскадр ресу численностью почти в полтысячи флагов в едином порыве сдвинулись с места, устремляясь на сближение с вражеским флотом. Строго говоря, Эллайо не имел права отдавать команды другим командирам, но большая их часть банально растерялась. Посреди царства паники его уверенный голос оказался той путеводной ниточкой, за которую они сумели уцепиться.
Сверкнул второй рубиновой залп, словно мокрой тряпкой стирая из реальности очередную порцию кораблей ресу. Но с каждой преодоленной сотней тысяч километров урон флоту чужих от эскадр под командованием Эллайо возрастал и возрастал. Начали лопаться мелкие скорлупки эсминцев. Поврежденные тяжелые корабли принялись оттягиваться назад, скрываясь за своими близнецами, чтобы восстановить сбитые щиты.
По команде Эллайо подчиненные ему киты выпустили из своего нутра облака мелочи достаточно разумной, чтобы сражаться даже без направляющей их мысли ресу. Создания, похожие на колючие ежики, на огромной скорости устремились к врагу, а их пустые и теперь почти бесполезные носители выдвинулись вперед, прикрывая эскадры Эллайо от ответного огня крейсеров. Пузатым гигантам удалось подарить им достаточно времени, чтобы оказаться внутри внешнего щита чужих.
Эффективность огня тут же в разы возросла. Космос наконец-то осветили первые вспышки уничтоженных крупных стилетов. Да, это выглядело каплей в море, но шедшие на самоубийство эскадры выигрывали для основного флота так необходимое им секунды. Эллайо старался не думать, чем это закончится лично для него. Он просто сражался за то, что считал правильным. Словно в нем неожиданно проснулись гены его далеких предков, еще не забывших, каково это браться за оружие ради защиты своих близких.
Рубиновые копья ударили в подчиненные ему корабли, превращая почти половину в разогнанные облака обломков. Тряхнуло. Кирилл почувствовал многочисленные повреждения обшивки, но живая броня почти мгновенно начала заращивать прорехи. По команде Эллайо выжившие сманеврировали, скрываясь за остатками товарищей. Они смогли уцелеть лишь потому, что залп ударных крейсеров больше чем на три четверти обрушился на позиции основного флота. Чужие просто не могли тратить столько времени на отвлекающий маневр. К счастью, новый ведущий успел воспользоваться опытом Эллайо и укрыл свои корабли за китами, не потеряв практически ничего.
Передовые корабли флота чужих между тем, плетя пылающую завесу энергетических лучей, пытались остановить прорыв москитов ресу в глубину своего флота, но потеря большей части эсминцев серьезно сказалась на их боевой мощи. Нет, сами по себе они все еще оставались грозными противника, просто их тактика заключалась в подавлении и медленном изматывании. Им самим москиты не смогли бы нанести и капли вреда, но корабли третьей и последующих линии подобной стойкостью похвастаться не могли.