Иван Пушкин – Новый мир (страница 4)

“Так, ладно, чтобы выжить, мне нужен охранный периметр. Может три такие штуки сработают лучше, чем одна?” — пришла парню в голову довольно здравая мысль. Вот только возвращаться в капсулу не хотелось просто до зубовного скрежета.

Подросток даже сходу придумал несколько причин, из-за которых неприятный визит следует отложить, но, к счастью, вовремя одумался. Не для того он прошел через сегодняшний день, чтобы вот так, по глупости, сдохнуть.

Оставшиеся активные блоки охранного периметра нашлись именно там, где им и положено было находиться: в специальных ячейках под креслами. Но тут на свет появилась неожиданная проблема: Кирилл просто не умел ими пользоваться. К счастью, модель создавалась как раз на такой случай и к ней прилагалась подробная инструкция на интерлингве. С ней разобрался бы и ребенок.

Первые два блока Кирилл решил установить по разные стороны от капсулы. Некоторое время ему пришлось потратить на настройку, так как турели после активации принялись кромсать джунгли в труху, реагируя на малейшее движение, но он справился. А вот последний из блоков для достижения наибольшей эффективности пришлось затаскивать на капсулу. На господствующую, так сказать, высоту. Жаль только, что никакого обзора, кроме второго яруса джунглей, с нее не открывалось.

И в этот момент появилось оно. Совершенно не похожее на предыдущее. Зеленая двухметровая обезьяна с невероятной ловкостью и скоростью приближалась к Кириллу по веткам деревьев. Руки сами собой вскинули “Первопроходца”, посылая в тварь пулю за пулей, из которых попадала хорошо, если каждая третья. Да и те просто вязли в странных клубах темного дыма вокруг существа. Загрохотали турели, но их результат оказался даже более скромный, чем стрельба Кирилла: они не попадали вообще. Создавалось впечатление, что их пули уничтожали все, кроме, собственно, монстра. Как в дешевом боевике.

Вот существо совсем рядом. И что-то в Кирилле меняется. Размытые до того движения твари становятся различимыми, пусть и по-прежнему чертовски быстрыми. Вот она подлетает почти вплотную и бьет прямой ладонью ему в грудь. А он, оттолкнувшись от удобного выступа, прыгает назад. Но при этом не падает, а контролирует свое падение, приземляясь четко на ноги. Чуть пружинит и удерживает равновесие. Перед его глазами начинают мелькать пятна темноты, но они не мешают, а, напротив, каким-то непостижимым образом делают мир четче.

Тварь одним рывком срывает турель с креплений, отбрасывает в сторону и прыгает следом за мальчишкой. Кирилл стреляет короткими очередями, на этот раз укладывая каждую точно в цель, но проклятая дымка все равно их останавливает! От нового удара он уклоняется с трудом: длинная лапа проходит над его головой в широком замахе, едва не сняв скальп. Насколько же существо быстрее! И сильнее. А единственные преимущества Кирилла — “Первопроходец” и турели охранного периметра — против нее не играют!

В каком-то ослеплении он отбрасывает СК в сторону и левой рукой извлекает пристегнутый к поясу нож. Клинок хищно сверкает в молниеносном выпаде…

Но тварь с легкостью ловит его руку и ломает ее. Боль появляется, но не ожидаемо всепоглощающая и парализующая, а скорее ноющая. Словно сигнализирующая: “У тебя сломана рука, парень, не забудь позаботиться об этом, если не сдохнешь”.

Кирилл со всей силы дернулся в сторону, но тварь держала крепко. Вторая лапа поднялась для окончательного удара, даже не замечая влетающих в темную дымку крупнокалиберных пуль от продолжающих огонь турелей.

Отчаянный рывок. Раздается мерзкий хруст, и подросток отлетает далеко в сторону, оставляя обрубок руки в когтях неизвестной твари. Ужас и отчаяние уже где-то совсем рядом, и только каким-то чудом Кириллу удается им противостоять. Боль разливается по телу раскаленной рекой. Тварь между тем разделывается с еще одной турелью и снова бросается к нему. Вот она совсем близко. Заносит лапу…

“Зря бросил оружие” — не спуская глаз с неотвратимо приближающейся смерти, как-то отстраненно размышляет подросток.

Пальцы на уцелевшей руке инстинктивно сжимаются в кулак, и тварь содрогается от многочисленных попаданий! Пули с легкостью кромсают шкуру тварь, вырывая из нее целые куски. Кирилл с недоумением переводит взгляд на собственную руку. В ней ожидаемо пусто. Окутанный темной дымкой СК парит чуть поодаль. Ею объята и каждая отдельная пуля.

Вот от твари остается только измолоченная туша. Она падает, и в сторону Кирилла вновь устремляются дымные щупальца. На этот раз сознания юноша не теряет. Вместо этого он ощущает, как энергия полноводной рекой вливается в его тело. Странной щекоткой сопровождается отрастающая рука. Исходя темным дымом затягиваются мелкие ранки и порезы. В утомленное тело освежающей прохладой вливается сила.

Глава 2

— Выросла, — выдохнул подросток, ошеломленно разглядывая регенерировавшую за считанные секунды руку.

Из груди невольно вырывается нервный смешок. И еще, уже с явными истерическими нотками. Ощущение жизни опьяняло: жаркий влажный воздух божественным нектаром врывался в легкие, тело потряхивало от избытка адреналина, жгуче припекали горячие солнечные лучи. Сознание подростка накрыла сильнейшая эйфория. Он смеялся, позабыв обо всем на свете.

Уцелевшая турель взвизгнула сервоприводами и стегнула по джунглям стальным ливнем. В ответ что-то обиженно заверещало, и из кустов выскочила похожая на варана тварь. До человека ее прыжку не хватило считанных сантиметров. Лязгнула полная кривых, призванных вырывать из добычи целые куски, зубов пасть.

Повторная очередь турели прошила хищника насквозь. Рептилия попыталась дотянуться до подростка, уже, правда, и без тени былой стремительности, но ее лапы обессиленно подогнулись. Третья очередь поставит жирную точку в данном противостоянии.

Смех как ножом отрезало. Внутренности свело холодом. Кирилл торопливо подобрал “Первопроходца” и прижался спиной к броне капсулы. Для собственного же блага ему не следовало забывать, что неизвестная планета таила в себе множество опасностей: она уже забрала более двадцати человеческих жизней.

“Ключ к выживанию — эта странная дымка. Очевидно, я получил ее, когда убил тварь в капсуле” — наконец заработали подстегнутые опасностью мозги.

“Со второй, правда, дымные щупальца и затянувшиеся раны так же имели место быть, но сознания при этом я не потерял. Значит ли это, что на этот раз эффект ограничился лишь повышенной бодростью и заживлением ран? Или с каждым убийством тварей я буду становиться сильнее, словно в виртуальной игре? И вообще, каждое ли убийство сопровождается подобным эффектом?” — вопросов у Кирилла появилось столько, что в них можно было и утонуть.

Ответов, правда, даже не предвиделось. Гадать же он мог до бесконечности. Что, вообще-то, не лучшая линия поведения для того, кто собирается выжить в сердце диких джунглей. Обеспечить себя едой, водой, безопасным жильем — вот по-настоящему насущные вопросы. Если отталкиваться от этой точки зрения, то дымкой надлежало овладеть в кратчайшие сроки, избегая лишних размышлений на темы “как” и “почему”.

Как и всякий современный подросток, о способах развитии экстрасенсорных способностей Кирилл знал довольно много. Прошло всего два года с тех пора, как он сам долгие часы проводил за найденными в сети тренировками. Способностей, к сожалению, у него так и не обнаружилось, но сами методики все равно намертво отпечатались в его памяти. Темная дымка мало походила на псионику или биотику, но за неимением гербовой…

“Три основных кита для развития способностей любого типа — это уверенность, желание и талант” — принялся вспоминать когда-то прочитанные руководства Кирилл. Разумеется, столь простые условия касались лишь открытия своего дара.

Для достижения уверенности в себе человечество придумало множество техник: от обычных психологических тренингов до гипноза. В настоящий момент для Кирилла ценности они не представляли. Он уже применял свою силу, пусть и инстинктивно, так что подсознательная уверенность у него уже сформировалась. В будущем же к ним еще, определенно, придется обратиться — подсознательный страх неудачи неизбежно подточит плохо тренированный разум.

Талант в наличии так же имелся. Насколько его способности сильны — это уже совсем другой вопрос.

Следовательно, оставалось лишь сформировать желание.

Кирилл нашел взглядом обломок ветки и пожелал, чтобы она поднялась в воздух. Он представил себе этот процесс в мельчайших деталях. В солнечном сплетении ощутимо потеплело, и палка неожиданно легко окуталась темной дымкой и воспарила в воздух. Это совершенно не походило на его попытки разбудить в себе дар псионики. Воздействие произошло без малейшего напряжения, естественно, словно он поднимал ветки силой мысли по семь раз на дню. Происходящее сопровождалось ощущением легкого тепла в груди и расходящейся по телу горячей волной.

Вспомнив о том, что его спасло во время схватки с монстром, Кирилл попытался перенаправить поток жара в оружие. Тепло подчинилось с легкостью, и СК окутался знакомыми клубами дыма. Пробный выстрел туманным росчерком ударил в дерево. Во все стороны брызнула щепа, и четырехметровой толщины ствол украсила сквозная дыра.