Иван Павлов – Павлов И.П. Полное собрание сочинений. Том 5. (страница 75)

Надо вам сказать, что адреналин вырабатывается клетками мозговой, нервной ткани железы. Ход внутренней секреции очень напоминает ход изменения в обыкновенных железах. Вы видите совершенно ясно, что там отложен материал в виде зернистости, но этот материал, накопившийся в клетке, тут поступает прямо в кровь.

Следующий совершенно натуральный вопрос: действуют на выработку адреналина нервы или нет? Клеточная секреция находится, несомненно, под влиянием нервов. Уже нельзя сомневаться в том, что эти клетки, центральные клетки надпочечников, находятся под влиянием нервной системы, и вы можете совершенно ясно усилить выделение адреналина раздражением нервов. Но только об этом вы можете судить лишь по физиологическому изменению, a не по количеству адреналина. Берется кровь из вены надпочечника до раздражения и после раздражения нерва; легко убедиться, наблюдая действие этой крови на мускулатуру тонких кишек, в том, что раздражение n. splanchnicus ведет к увеличению выработки адреналина. Из того, что я вам сказал, понятно, что адреналин надо считать веществом, имеющим очень большое влияние на кровообращение. К постоянным нервным влияниям на кровообращение надо прибавить еще и постоянное химическое (адресалинное и др.) влияние.

Сейчас мы вам покажем опыт с адреналином. Его действие уже находит теперь и терапевтическое применение. Вот кошка под хлороформным наркозом. Ее сонная артерия соединена с манометром. Вы видите, что давление сейчас там 120--130 мм ртути. Посмотрите, до какой степени красиво, регулярно, правильно пишется эта линия. Теперь мы вводим то вещество, которое производят надпочечники. Смотрите, уже давление залезает вверх, оно повышается, и сейчас уже, наверное, вместо 120 130 оно поднялось до 200 мм. Вы видите огромное повышение кровяного давления. Вот теперь я определю точно. До впрыскивания было 120 мм, после впрыскивания - 200. Видите, какое огромное влияние на сосуды имеет агент, который вырабатывается надпочечной тканью! Понятно, что такой агент должен постоянно участвовать в работе, в регуляции кровообращения. Интересно уяснить, какие влияния на валовую работу кровообращения оказывают нервные раздражения и какие адреналин. Но это еще совершенно не разработано.

Я перехожу теперь к другому органу к мозговому придатку. Несмотря на своеобразность его расположения, физиологи долгое время о нем ничего не знали. Надо сказать, что в этом случае физиологию чрезвычайно разодолжила медицина. Она щедро отплатила физиологии за все услуги, которыми пользовалась от нее. Медицина с патологическими формами отправлений организма есть огромный подсказчик физиологической мысли. Обратимся хотя бы к истории щитовидной железы: если не считать указаний Шиффа, которых не приняли сначала к сведению, то первое указание было сделано медициной. То же и с надпочечниками. Медицина первая заметила, что особая, так называемая бронзовая болезнь находится в связи с надпочечниками, и это дало толчок физиологии. Физиология, следовательно, имеет в медицине серьезного помогника. Это справедливо и по отношению к мозговому придатку.

Было давно уже замечено, что существует особая болезнь акромегалия, которая находится в связи с повреждением мозгового придатка. Она заключается в следующем: у людей, имевших несчастье подпасть этому заболеванию, происходит какое-то странное разрастание скелета, если болезнь застигает вполне выросший организм. Если же такой болезни подвергается еще недоразвившийся организм, то вырастают прямо-таки великаны. Помимо разрастания скелета, у этой болезни имеются и другие признаки, но поражающее впечатление производит именно чрезмерный рост костей. Однако роль мозгового придатка и до сих пор еще как следует не выяснена. Мудреного в этом ничего нет, потому что здесь дело идет уже физиологической химии, о науке, недавно начавшейся; все же имеются кое-какие отрывочные данные.

Прежде всего нужно сказать, что одним наиболее заслуживающих доверия исследователей заявлено, что полное удаление придатка ведет к совершенному банкротству организма. Хотя это и оспаривается кое-кем, но так как опыты в таком направлении производились тем исследователем очень аккуратно, то можно считать сказанное им достоверным фактом. Упомянутая раньше болезнь - акромегалия - тоже всегда кончается смертью, но только смерть наступает не скоро, а тогда, когда процесс болезни приведет к уничтожению hypophysis cerebri.

Дело в том, что мозговой придаток разделять на три части: на переднюю - всю пропитанную кровеносными сосудами, затем среднюю - похожую на переднюю, но только с несколько иным расположением сосудов и присутствием коллоидной ткани, и заднюю, нервную, в которую из средней части переходят коллоиды. Часть авторов, наиболее заслуживающих доверия, представляет все дело так. Они считают, что существуют два совершенно отдельных химизма в передней и в задней части. В передней части готовятся какие-то химические вещества, которые подгоняют рост различных частей скелета. В начале болезни происходит гипертрофия передней части, производящей много вещества, которое влияет на рост. Затем гипертрофированная часть совершенно уничтожается болезненными процессами. Основной симптом акромегалии относится к передней части придатка; что же касается до остальных симптомов - изменения кровяного давления и т. д., - их относят к задней части. Но и опыты с вытяжкой из задней части дают различные результаты. Если все данные считать дельными, тоническая регуляция со стороны одного только органа чрезвычайно разнообразна. Сейчас пока все дело заключается в собирании фактов и в расположении их. Что же касается до основных опытов, то и в hypophysis cerebri они те же, что в тех органах, о которых я вам только что говорил.

При впрыскивании животному, лишенному мозгового придатка, малых количеств вытяжки из гипофиза получается облегчение болезни, при впрыскивании же больших количеств, наоборот, происходит ухудшение. Поэтому одно время получалось как бы разногласие, которое и зависело, по всей вероятности. от того, что применяли различные дозы. Возможно, что примирить разногласия различных авторов не представит никакого затруднения.

Но рядом с влиянием мозгового придатка на рост кости нельзя не остановиться и на других влияниях его, именно - на влияниях на почечную деятельность и на кровообращение. Очевидно, что в отношении всякого органа, как бы он ни был мал, можно поставить вопрос: а нет ли здесь, кроме того значения, какое я вижу, еще и другого, может быть более важного? Для примера возьмем хотя бы половые железы. Кажется уж их функция совершенно ясна - продолжение рода, а между тем здесь оказываются и другие еще задачи. Хотя это известно уже давно, но несколько лет тому назад произвели чрезвычайное впечатление опыты Броун-Секара. Будучи уже старым, тяготясь жизнью, он вдруг нападает на мысль, нельзя ли пособить горю, нельзя ли из семенных желез получить такой возбудитель, который повернул бы жизнь несколько назад. Он получает настойку семенных желез, впрыскивает ее себе, и это производит совершенно неожиданный результат - он действительно как бы помолодел и чувствовал себя великолепно. Волнение, вызванное средством Броун-Секара, было необычайно. Все дряхлеющее, все старое, понятное дело, бросилось к врачам: «лечи иеня!». Но дело оказалось, однако, очень шатким, и сам Броун-Секар, помолодевший и чувствовавший себя в течение нескольких месяцев довольно хорошо, снова одряхлел и скоро умер.

Вы знаете, что лишение половых органов имеет место и у животных и у людей. Результаты кастрирования давно бросались в глаза. Вы знаете значение холощения быков, жеребцов, знаете, какая большая разница между быком заводским и волом. Какая страшная сила у быков! К ним подойти опасно, и какой ленивый и спокойный вол. Вы знаете, что это же бывает и у людей, хотя и не так резко. Начинает откладываться жир, бледнеют кожные покровы, прекращается рост волос, бороды, усов, голос остается на всю жизнь детским, они делаются вялыми; словом, имеется целый ряд признаков, что организм потерпел большой дефицит. Понятно, что вначале и физиологи и врачи склонны были объяснять это как последствия нервные; считали, что от половых желез идут различные нервные влияния, которые при лишении железы отпадают. Но вот БроунСекар свел дело на химическое влияние, а не на нервное. Правда, случай с Броун-Секаром был не чист, потому что он сам был в этом заинтересован; однако, когда потом проделывали другие те же самые опыты на животных, то несомненно получилось некоторое химическое влияние, так что за семенными железами, помимо их прямого назначения, необходимо признать и химическую функцию - выработку каких-то химических тел. При помощи этих отчасти уже анализированных, отчасти еще не анализированных тел можно получить совершенно явные влияния на различные органы. Испытывали влияние приготовленного из половых желез спермина и получили совершенно определенные влияния на сердце и кровеносную систему. Но надо сказать, что в этом направлении опытов еще очень мало.

Кстати, раз я заговорил о половых железах, упомяну и о случае с молочными железами. Они привлекают уже давно к себе внимание. Вначале все накинулись на них, всем было интересно посмотреть, как будет увеличиваться выделение молока... Производили самые радикальные опыты, отрезали совершенно грудную железу и пришивали ее сзади, и все-таки она начинала работать в связи с родами, хотя нервы и не могли действовать. И вот было доказано, что это есть результат химического влияния, что тут действуют вещества, заключающиеся или в плаценте плода... или в самом зародыше.