Иван Панин – Рауит (страница 3)

Мне понадобилось минут десять, чтобы добраться. Потом дверь передо мной открылась, и из нее вышла женщина, которую я видел на кладбище. Она прошла мимо, а я вошел и поздоровался с первым встретившимся сотрудником банка. И парень в белой рубашке согласился проводить меня в хранилище.

– А я могу открыть ячейку по согласию владельца, но без ключа? – спросил я у мужчины в белой рубашке.

– Нет. Без ключа открыть невозможно. Все ключи в единственном экземпляре, копий нет.

– А при потере?

– В таком случае надо дождаться срока истечения договора. Ячейку при этом вскроют специальным инструментом, а содержимое отправится на погашение ущерба.

Мы зашли в хранилище, где было несколько сотен ячеек. Я понимал, что пути назад больше не было.

– А я могу узнать, когда истечет срок договора моего отца. Его сейчас нет в стране, – сказал я, вытащив из кармана тот самый ключ.

– В таком случае ваш отец может просто нам позвонить, – ответил сотрудник банка.

– Хорошо.

– Вы можете пока воспользоваться своей ячейкой, раз у вас есть ключ.

– Так и поступим.

На ключе был номер 137. Я искал среди маленьких дверок ту, на которой были указаны эти цифры. Смог быстро найти, но у меня все равно начиналась паника. Нужная ячейка находилась на уровне моей груди, почти в центре того большого шкафа. Я подошел, вставил ключ в скважину и плавно повернул. Замок даже не щелкнул. Я открыл ячейку, а внутри оказалась обыкновенная красная папка.

Когда она оказалась в моих руках, я понял, что в ней точно были какие-то документы. Я вытащил все бумаги, свернул их в два раза и сунул себе под толстовку. И уже пустая папка отправилась обратно в ячейку, которую я тут же закрыл.

– Спасибо, что уделили мне время. Теперь мне надо идти, – сказал я сотруднику банка.

– До свидания. Буду рад, если вы воспользуетесь услугами нашего банка снова, – в ответ прозвучала банальная фраза от человека, который там работал.

Я отправился к выходу, а мое сердце с каждым метром билось все быстрее и быстрее. Когда я вышел на улицу, мои ноги понесли меня в неизвестном направлении. Я прошел несколько улиц и оказался рядом с торговым центром. Паника внутри меня почти стихла, и у меня появилась одна идея. Надо было приобрести что-нибудь из одежды.

Преодолев несколько метров, я оказался в здании, сделал еще несколько шагов и отправился вверх по эскалатору. Потом прошел мимо нескольких витрин и оказался в магазине, где меня окружили стеллажи с джинсами, толстовками и спортивной обувью. Царила спокойная атмосфера, людей было мало, тихо играла музыка.

Я быстро сделал выбор. Мне понравилась темно-серая футболка с четырьмя металлическими пуговицами на груди. В нее я решил переодеться в одной из кабинок туалета, где находился совсем один. Там же я и ознакомился с документами, что лежали в ячейке.

После первой же страницы я понял, насколько опасным было содержание тех бумаг. Мне в руки попал не только рецепт нового наркотика, но и результаты его испытания на людях. Мне стало страшно, но я старался не паниковать. И вдруг дверь в уборную открылась, кто-то вошел, а мое сердце чуть не разорвалось.

Я замер и услышал, как какой-то незнакомец справлял малую нужду. Потом в раковину полилась вода. Когда она перестала капать, послышались шаги, дверь открылась и закрылась. И я снова остался один. Я тяжело выдохнул, а потом взял опустевший пакет, и положил в него бумаги и рубашку.

Надо было что-то делать. Я понимал, что эти документы не должны были попасть к отцу Амина, и почему Амин оставил тот кулон у меня.

Я встал и вышел из кабинки, держа за пазухой тот самый черно-белый пакет. По привычке подошел к умывальникам и помыл руки. Посмотрел на себя в зеркало. Впервые я видел у себя в отражении такое выражение на лице. Мои голубые глаза были напуганы, а нижняя губа немного дергалась.

Через минуту я вышел из уборной и отправился на улицу. Все время, что я следовал к выходу, мне казалось, что за мной кто-то следил. В голове был слышен стук моего сердца, а конечности казались холодными как лед. Я не хотел возвращаться в свой пустой дом и поспешил на остановку.

Автобусы ходили регулярно. Я ознакомился с маршрутами, мне нужен был номер тринадцать. Мне надо было попасть на самый дальний вокзал, который находился рядом с лесной зоной. Я хотел просто сжечь эти проклятые листы в каком-нибудь незаметном месте. Но через пару минут прямо у моего носа затормозил седьмой автобус, а тринадцатый мне пришлось ждать минут двадцать. Это время тянулось невыносимо долго, а потом я оказался в салоне.

Людей внутри оказалось много, и у многих с собой были чемоданы и сумки, из-за чего было весьма тесно. Иногда я задерживал дыхание, словно это как-то могло уменьшить мои размеры, чтобы я не чувствовал себя килькой в банке. Вдоволь надышаться же я смог, когда автобус затормозил на конечной и все покинули салон. Вместе со всем тем потоком людей я оказался у здания вокзала, в стены которого мои ноги принесли меня через считанные секунды. Там сразу выстроились три очереди в три открытые кассы. Справа я заметил табло с расписанием маршрутов и решил подойти к нему.

Можно было уехать куда-нибудь за город. Как раз денег на билет мне хватало. Ближайший поезд до соседнего города был через двадцать минут, и шел он с остановками мимо фермерских владений.

Я снова почувствовал тревогу, но на этот раз она накрыла меня внезапно. Казалось, что на меня кто-то пристально смотрел. Кто-то через стеклянную входную дверь. Я чувствовал свое сердцебиение всем телом, мои ноги стали ватными, ладони вспотели и сжались в кулаки, в правой руке зашуршал пакет. Я задышал так глубоко и медленно как мог, но все равно не мог успокоиться. Потеряв над собой контроль, я приобрел билет на поезд, что уже был готов к отправлению.

Все было как в тумане. Я просто протянул нужную сумму и попросил место у окна. Получив билет, я сразу же поспешил на нужную платформу, которую было легко узнать по синим вагонам, что стояли рядом.

Прохладный воздух немного привел меня в чувства. Уже начало темнеть. Все шесть платформ освещало золотистое мерцание, которое словно лилось с неба, слышался шум колышущейся листвы. И тут раздался первый сигнал – надо было садиться на поезд. Я как раз подходил к нужному вагону, что был вторым с конца.

Запахло чем-то горьким. Это был еле заметный запах, пропитавший все это место, который перебил другой более яркий запах кофе. Моя голова повернулась, и я увидел под козырьком знакомые аппараты. Один был черный с кофе, другой – с разнообразными сладостями. Я подошел к ним, в моем заднем кармане как раз завалялось несколько монет, и у меня еще было немного времени.

Я сделал выбор, монеты провалились в отверстие, и внезапно раздался второй сигнал. На платформе в тот момент людей почти не было, и я поторопился, преодолев две ступеньки, ведущие в тамбур. Повернул направо, прошел через еще одну дверь и мимо уборной и оказался в вагоне.

Чувство тревоги отпустило меня, как только я разместился на своем месте, что было в самом конце. На тот момент в моем пакете кроме рубашки и тех проклятых бумаг разместились две шоколадки, два пакета апельсинового сока и небольшая упаковка мармелада. Я засунул свой багаж в карман, находящийся на задней части сиденья, что располагалось передо мной, и откинулся в объятия мягкой спинки.

Раздался последний сигнал, и я почувствовал, что поезд начал двигаться. А через мгновение ко мне подошла проводница в синей форме, чтобы проверить билет.

Глава 2

Я ехал часа три. Заката за окном уже не было, а вместо деревьев показались фермерские поля. Мои глаза в очередной раз уставились на пакет, а потом раздался сигнал. После короткой мелодии по громкой связи женский голос сообщил о скорой остановке. И через полчаса, что незаметно пролетели, поезд остановился.

Некоторые люди собирались выходить, кто-то продолжал спать, а мне захотелось немного подышать свежим воздухом, и я покинул вагон. Снаружи оказалось непривычно прохладно, я застегнул толстовку, натянул на голову капюшон, и уставился на здание станции, что было окружено полями кукурузы.

Я подошел к расписанию, что висело у входа, достал из кармана билет, на котором был указан номер поезда. Как оказалось, мне посчастливилось сесть на рейс, что шел почти через всю страну с небольшими остановками. Потом я обошел здание, надеясь найти место, где можно было сжечь бумаги. Но нигде среди железных путей и зарослей кукурузы не было подходящего укрытия. Хотелось спрятаться надежнее, но время, отведенное для остановки, заканчивалось, и раздался первый сигнал.

Не зная, чем себя занять, я открыл белую пачку. И через несколько секунд мои губы сжали голубой фильтр сигареты, а огонь из зажигалки коснулся противоположного конца. Первая моя сигарета была быстро выкурена, а потом раздался второй сигнал, и я отправился обратно в вагон, где устроился в своем кресле.

Людей внутри стало немного меньше, в основном все спали, кто-то лазил в телефоне. Я же пытался не уснуть, но был так измотан всей этой ситуацией, что все-таки закрыл глаза и отключился. А проснулся только утром, когда солнце уже светило. Обстановка за окном заметно изменилась. Поезд ехал по холму, с которого было видно крупный город.