Иван Охлобыстин – Магнификус II (страница 26)

– Это. – замялся Второй.

– Возбуждающе? – помогла ему найти подходящий термин она.

– Очень, – согласился он.

– Как любовь? – не унималась девушка.

– Практически это одно и то же, – соврал Сергей, все больше больше входя в роль драконьего наездника.

– Жаль, что мне никогда не удастся испытать это чувство, – вздохнула Лосми.

– Зато все остальные переживания вполне доступны вам, – попытался ее утешить Второй.

– Доступны, – согласилась она и спросила: – Вы хотели бы увидеть мою комнату? Она здесь, на втором этаже.

– Естественно, – неестественно быстро ответил Сергей, сам удивляясь быстроте своей реакции.

Только когда он уже следовал по резной лестнице за Лосми в ее комнату, он внутренне «декодировал» мыслительный всплеск своего сознания, предшествующий скоропалительному ответу на неожиданное предложение новой знакомой:

«Все может случиться. Наола? А где гарантии? Певичка – редкая красавица, для нее честь с аристократом, никто не узнает, другой мир, никакой заразы по возвращении. Наола. А может, это любовь?». Впрочем, последнее он мог и не подумать, но было глупо заниматься самопознанием, когда перед глазами двигалась крепкая девичья попка, обтянутая полупрозрачной кружевной материей.

Убранство девичьей комнаты одновременно шокировало и взволновало молодого человека.

Стены, обитые алым шелком, громадная кровать со множеством маленьких подушечек, разбросанных по ней, два горящих масляных светильника, столик у кровати с серебряным кувшином и двумя высокими фужерами на нем, резной секретер в одном углу и розовая фарфоровая ванна в другой. Лосми подошла к секретеру, открыла его, извлекла оттуда курительную трубку, ловко прикурила ее от светильника, глубоко затянулась сама и протянула трубку Сергею.

– Это «Сытая песня гарпии», – объяснила она, выдыхая ароматное облако дыма, – лучшая трава для любви. После этих слов она одним движением сбросила с себя платье прямо под ноги обескураженному такими скоростями молодому человеку. Оказавшись напротив обнаженной красавицы, молодой человек окончательно растерялся, принял трубку с наркотическим зельем у своей потенциальной любовницы и машинально сделал глубокую затяжку. «Сытая песня гарпии» не заставила себя долго ждать – через мгновенье окружающий мир показался Сергею значительно комфортнее, нежели прежде. Исчезли все нелепые противоречия, и мнимому аристократу представилось более чем естественным свое пребывание в спальне с абсолютно голой красавицей-эльфиной.

– Лосми нравится аристократу? – лукаво заглянула она ему в глаза.

– Лосми очень нравится аристократу, – охотно констатировал он, наблюдая, как ловкие руки спутницы расстегивают его брюки.

– Лосми хочет, чтобы аристократ чувствовал себя так же хорошо, как будто он оседлывает своего дракона, – продолжала девушка. – И приказывал так же властно и строго, как он приказывает дракону, и наказывал, так же безжалостно, как он наказывает дракона. Пусть это даже будет больно, очень больно. Лосми хочет, чтобы аристократ как следует приготовил ее к полету.

– Аристократ приготовит, можешь не сомневаться, – клятвенно пообещал Сергей. – Взметнемся бурей.

Девушка хотела ему еще что-то сказать, но внезапно ее лицо исказила гримаса боли и она кашлянула кровью.

– Тебе плохо? – забеспокоился Второй, наблюдая, как ее и без того большие глаза стали еще больше, а зрачки сузились до размеров двух чертежных точек.

Лосми так и не ответила ему и рухнула на пол. У нее за спиной стоял Дирон с окровавленным кинжалом.

– Какого хрена? – только и смог произнести Сергей.

– Вы же мне сказали, что Древнейшие не курят траву озарения? – вместо ответа сказал ДрагЛорд, обтирая лезвие о бархатную дверную портьеру.

– Да, но это еще не повод втыкать в наркоманов железки. У каждого есть право на ошибку, – сказал Второй, более чем внимательно наблюдая за тем, как Дирон убирает кинжал в ножны.

– Втыкать нет, но мне нужно вас доставить на корабль, а не к столу в качестве блюда, – криво усмехнулся тот. – Когда я поднимался сюда, местный повар протащил мимо меня двухведерную кастрюлю и разделочную пилу. Они собирались вас для начала мариновать. Наверное, завтра у кого-то праздник.

– Это прекрасно, но причем здесь я и Лосми? – не понял Сергей.

– Ее звали Лосми?! – удивился аристократ. – Интересно! Обычно эльф-ведьмы не любят представляться. Однако уверен, что ваше имя она не спросила.

– Не спросила, – кивнул Второй. – Кстати, почему?

– Потому что у бифштекса не должно быть имени, – ответил ДрагЛорд и предложил: – Пойдемте, иначе нас заметят и поднимут шум.

– Какой кошмар! – брезгливо перешагивая через мертвое тело девушки, возмутился Сергей. – Сначала «это», а потом «приятного аппетита»! Куда смотрят власти?! Питаться аристократами! Марксизм какой-то!

– Это закон нашей страны, – на ходу объяснил Дирон. – За ночь любви с эльф-ведьмой платят жизнью и простолюдины, и аристократы. Закон для всех один.

– Почему же вы меня сразу не предупредили? – спросил Второй.

– Мне отчего-то не пришло в голову, что вы сразу полезете в постель к незнакомой женщине, – резонно заметил аристократ. – Надо будет тщательно изучить нравы Древнейших, слишком много противоречий. Наверное, в вашем городе очень опасно жить.

– Ну, – не нашелся, что ответить, Сергей, шагая за Дироном вниз по лестнице.

Спутники вышли на улицу и зашагали по брусчатой мостовой прочь от трактира.

– Я надеюсь, что этот инцидент останется между нами? – виновато попросил ловелас-неудачник.

– Можете не сомневаться, – сухо ответил ДрагЛорд, даже не поворачивая к нему головы.

Позади них раздался какой-то шум. Они обернулись.

На пороге трактира стоял пожилой дручий и что-то оглушительно кричал, указывая на них.

– Он зовет стражу периметра, – объяснил Дирон.

Из дверей близлежащих кабаков начали выскакивать на улицу вооруженные люди.

– Это плохо, – сказал аристократ, – в это время очень много солдат. Скоро меняется караул. Если нас поймают, то сразу казнят за убийство эльф-ведьмы.

– Надо бежать. Точно сразу?

– Точно, – уверил ДрагЛорд. – Убийство эльф-ведьмы – страшное кощунство. Королева Морати тоже эльф-ведьма. Туда, – он показал на ближайший переулок. – Это в другую сторону от ворот, но выбора нет.

Спутники повернули в переулок и тут же нос к носу столкнулись с пятью стражниками.

– Стоять! – крикнул один из них, выхватывая меч. – Всем запрещено покидать Сладкий квартал до звука надвратных колоколов.

Дирон не снизошел до полемики со стражником и вытащил свой меч.

– Мы идем дальше, – грозно сообщил он.

– Нет, не иде… – начал было фразу солдат, но договорить не успел, потому что меч ДрагЛорда снес ему голову, и она поскакала по булыжникам мостовой.

Остальные стражники выхватили свое оружие и бросились на Дирона. Однако тот довольно ловко фехтовал, и через минуту еще одна окровавленная голова плюхнулась в дорожный водосток. Сергей внутренне возблагодарил небеса за такие вершины мастерства хмурого дручия. Но радоваться ему пришлось недолго, потому что сзади, громыхая доспехами, приближался целый отряд стражников – мечей на двадцать, не меньше. Судя по лицам и мерцанию клинков в их руках, намерения у солдат были нешуточные.

«Вот и конец игре, надо было сохраниться на эпизоде с Наолой», – мелькнуло в голове Второго, но тут откуда-то с крыши, подобно привидению, на мостовую спрыгнул Шарскун.

– Давно не виделись! – улыбнулся он Сергею и крикнул солдатам: – Цасшурск кух ли!

– Скейвен! Скейвен! Клич смерти! – остановились они в нерешительности, но скоро оправились от неожиданности и, явно осознавая свое численное превосходство, ринулись вперед.

– Хасу русу кух! – крикнул крыс, распахнул свой плащ и закружил с мечом в руке, сбивая с толку нападавших. На дорогу посыпались разрубленные доспехи и отрубленные части тел.

– Он великолепный воин! – удовлетворенно заметил ДрагЛорд, пронзая грудь последнему из встретившихся им стражников.

– Он великий воин, – гордый своим другом, кивнул Второй.

– Но они его все равно убьют, – безучастно сообщил Дирон, – скоро в него будут стрелять из игломета. Игломет – это конец.

– Ему надо помочь! – воскликнул Сергей, предпринимая попытку двинуться к сражающемуся скейвену.

– Тогда убьют всех, – остановил его жестом ДрагЛорд. – Твой друг выполняет свой долг, а мы должны выполнить свой. Пошли.

Он крепко ухватил молодого человека и потащил вперед по переулку. Последнее, что видел Сергей, был фирменный прыжок через голову нападавших Шарскуна, которому на лету удалось поразить двух противников.

– Прощай, Шарскун, – тихо сказал Сергей, увлекаемый прочь от места схватки Дироном.

Скейвен словно услышал эти слова и крикнул ему вслед:

– Хорошо – всегда вопреки! Человечек!

Дирон великолепно знал город, иногда он попросту без стука заходил в какой-то дом, проходил его насквозь, не встречая никакого сопротивления у жильцов, и выходил в другой переулок. Один раз спутники прошли сквозь некое странное, заполненное облаками пахучего дыма, заведение – то ли храм, то ли наркопритон. И так было, пока они не вышли к узорчатой, кованой изгороди, отделяющий трехэтажный особняк от переулка. На фронтоне особняка неизвестный художник искусно выложил разноцветной плиткой изображение парящего над землей дракона.

– Это дом моей бабушки, точнее, прапрапрабабушки, – объяснил Дирон. – Здесь искать не будут. Нам придется переждать день-другой. Солдаты видели на нас камзолы ДрагЛордов. Черная стража проверит дома всех ДрагЛордов.