Иван Оченков – Продолжение Василиска (страница 18)

Пушки и боеприпасы сейчас находились на захваченном ими с собой трофейном транспорте, вместе с прочим добром захваченным у японцев. С "Ясимы" трофеев было не меньше, если не больше. Там удалось снять все орудия с верхней палубы, включая поврежденные и подключив энергию с плавмастерской привести в действие элеваторы и разгрузить большую часть боезапаса. А вот главным калибром заниматься не стали и просто заложили в его погреба пироксилиновые шашки, после чего окончив работы, подорвали их.

Надо сказать, что великий князь пытался организовать демонтаж двенадцатидюймовок, полагая, что это не займет слишком много времени, но Иессен с ним не согласился, и потому пришлось ограничиться лишь несколькими снарядами, поднятыми из погребов и прихваченных с собой для сравнения. Тут Карл Петрович возражать не стал и счел полезным доставить их в Порт-Артур и там подвергнуть испытаниям.

Еще одним приятным трофеем стали два моторных катера, найденных на берегу и приведенные на броненосец неугомонным Рощаковским. Во время последнего своего приключения, отчаянный авантюрист сумел оценить превосходные боевые качества этих маленьких корабликов и при первом удобном случае наложил на трофеи лапу. Теперь его добыча висела на рострах, возбуждая любопытство толпящихся вокруг матросов.

- А что Иваныч, как назовем катера-то? - озорным голосом крикнул кто-то из них боцману.

- Нас не больно-то спросят, - добродушно отозвался тот.

- Лейтенант, что с "Полтавы" переведен, сказывают, назвал один такой "Авось".

- Рощаковский то? Это верно, только их благородие его потом на камнях разбил, так что вряд ли. Несчастливое название!

- Зато на другом, который "Ретвизанчиком" нарекли, оне вона как удачно сходили!

- О, а давайте мы вот этот "Ослябчиком" назовем!

- А вон тот "Оправчиком"? - хмыкнул боцман, - глупостев то не говорите, пока в рыло не дал.

- Ну, вот опять в рыло, - вздохнул кто-то из молодых матросов, вызвав смех старослужащих.

- А ты чего хотел тля худая? - язвительно спросил подошедший Архипыч, - чтобы тебе боцман в рыло не бил, а целовал?

- Скажете тоже Никодим Архипович, - опасливо отозвался тот, - зачем же целовать, что я девка? Просто хоть немного обходительности...

- Тебя, убогий, не потому целовать нельзя, что ты не девка!

- А почему?

- Да потому, что молодого матроса куды не поцелуй, у него везде задница! - под всеобщий смех заявил старик.

- Что Архипыч, - проговорил, отсмеявшись боцман, - сам то, как располагаешь катер назвать?

- А чего там располагать, - не раздумывая ответил тот, - этот "Большой загиб", а вон тот "Малый"!

- Ребята, - снова раздался чей-то дурашливый голос, - а давайте катер назовем: "Ванька-вестовой". Как-никак, а он на авантюру с лейтенантом ходил.

Архипыч, к немалому удовольствию матросов, в ответ лишь замысловато выругался, но ничего более говорить не стал. Зато боцман, нахмурился, и внимательно осмотрев присутствующих уже другим голосом скомандовал:

- Хорош зубоскалить! Разойтись по заведованиям! А если у кого дел никаких нет, так я враз помогу найти.

Русская эскадра уже подходила к Порт-Артуру, когда Алеша смог, наконец, покинуть мостик и вызвать к себе лейтенанта Колокольцова, с которым у него установились вполне дружеские отношения со времен сражения в Восточно-Китайском море.

- Петр Александрович, - обратился он к нему, - что там наши архаровцы?

Молодой офицер сразу понял, что речь об "отличившихся" при погрузке трофеев и поспешил успокоить великого князя.

- Не беспокойтесь, Алексей Михайлович, наши, как вы выразились, "архаровцы" находятся во вполне надежных руках боцмана и скоро им небо с овчинку покажется.

- Благодарю, а то хороши бы мы были в глазах адмирала. Только перенес флаг и тут такой афронт.

- И не говорите, - вздохнул тот, - опозорили бы броненосец, сукины дети!

- Кстати, вы так и не доложили, кто именно отличился. Ваши или минеры?

- Мои, - помрачнел лейтенант, - Остапчук и Морозов, вторые номера противоминных орудий.

- Ну вот, еще и артиллеристы. Я уж хотел, было, всех комендоров лишней чаркой за отличную стрельбу наградить...

- Позволю себе заступиться за остальных, Алексей Михайлович. Расчеты главного и среднего калибра показали себя в высшей степени похвально. И по "Фудзи" мы первыми пристрелялись, а уж "Мацусима" всяко наша добыча.

- Это да, - не смог удержаться от улыбки Алеша.

- Жаль адмирал не согласился поснимать двенадцатидюймовки с "Ясимы", - мечтательно проговорил Колокольцов.

- По прошествии времени я склонен с ним согласиться, - ответил ему командир. - Ну, чтобы мы с ними делали?

- На "Севастополь" бы поставили, - не задумываясь, ответил лейтенант. - Или на берегу установили.

- Боюсь поставить чужеродное орудие в башню не так просто, да и вряд ли получилось бы хорошо. А изготовить лафет для такой большой пушки , чтобы стрелять на суше, не самая простая задача.

- Но помечтать то можно?

- Помечтать можно. Впрочем, кое-чем с нами японцы все же поделились.

- Чем это, - заинтересовался лейтенант.

- А вот смотрите, - заговорщицки подмигнул ему великий князь и откинул кусок холста с лежащего на столе предмета.

- Помилуйте, да это же оптические прицелы!

- Вот именно, причем новейшего образца. Куда более совершенные, нежели наши - системы Перепелкина.

- Но откуда?

- С "Ясимы". Рощаковский добыл

- Каким же образом?

- Ах, Петр Александрович, не задавайте неудобных вопросов, не получите уклончивых ответов. Да-да, мне Михаил Сергеевич именно так и ответил.

- Чудны дела твои господи!

- Да уж, после того как я узнал обо всех обстоятельствах произошедшего, я так же склонен полагать, что без вмешательства высших сил тут не обошлось. Кстати, хотите кофе?

- Не откажусь.

Не успел Алеша взяться за звонок, открылась дверь, и на пороге появился Иван с подносом в руках.

- А вот и наш герой, - воскликнул Колокольцов, глядя на кофишенка.

- И не говорите друг мой, - улыбнулся великий князь, - я, право, опасался, что поседею раньше времени, переживая за него, а уж что думает его отец, и вовсе не представляю.

- А вы возьмите вашего повара на корабль, да и дело с концом. И парень под присмотром, и кают-компания в восторге.

- Придется, а то Архипыч с ним явно не справляется.

- Не смейтесь Алексей Михайлович, - насупился мальчишка.

- Эх, Ваня-Ваня, а что с тобой делать прикажешь?

- Отдайте в комендоры!

Хмурое лицо кофишенка показалось офицерам таким забавным, что они не сговариваясь, расхохотались. Затем Алеша, видя, что парень закусил губу, ласково потрепал его голову и мягко сказал.

- Видишь ли, дружок, войны, слава богу, не идут все время и даже очень хорошие артиллеристы нужны далеко не всегда. А вот человек, умеющий так хорошо готовить как твой отец, найдет себе дело всегда. Поэтому подумай хорошенько, чем ты действительно хочешь заниматься в жизни. Ну, а теперь ступай, и... у тебя получается очень хороший кофе!

- Право, Алексей Михайлович, вы очень сердечны со своей прислугой. - Заметил Колокольцов, когда мальчишка вышел.

- Да, вы правы, - согласился тот, - просто Ванька рано остался сиротой, а я тогда тоже был совсем один из-за болезни. Врачи, правда, запрещали мне подходить к нему, опасаясь, что я могу заразить ребенка. Так что всякий раз я посылал к нему Архипыча. Так мы его и воспитали втроем: Федор Михайлович, я и мой вестовой. Ну, а у семи нянек, как известно, дитя без глазу.

- Жениться вам надо Алексей Михайлович, - неожиданно сказал лейтенант, глядя на великого князя.

- Что простите? - не расслышал его задумавшийся о былом Алеша.

- Благодарю за кофе, Алексей Михайлович, божественный вкус! Впрочем, мне пора.

- Да-да, ступайте друг мой, скоро ночь и во внутренний бассейн мы вряд ли успеем. Так что силы нам понадобятся.