Иван Оченков – Капитан (страница 15)
- Ну и напоследок, от себя лично и от лица командования благодарю вас и ваши доблестные экипажи за отличную службу. Для меня было честью командовать вами!
- Что-то ты сам не весел, Владимир Васильевич, – криво усмехнулся перед прощанием Мур. – Неужели не хочешь возвращаться на вольные хлеба?
- Увы, не видать мне теперь свободы. Получил новое назначение и убываю в Питер.
- А «Буран»?
- Не трави душу, Василий Степанович. Корабль мой выкуплен в казну, и теперь у него будет новый командир.
- Понятно… попала собака в колесо, скули да беги!
- Примерно так. Сам-то чем думаешь заняться?
- Я так понял, война в Китае не окончена, скорее наоборот…, – спокойно ответил Муранов.
- Верно, там теперь станет по-настоящему жарко.
- А еще я слышал, что Чан Кайши вплотную занялся созданием своего воздушного флота. Думаю, он точно не откажется от нашей веселой банды. Надо всем туда лететь, всей группой!
- Идея хорошая, – одобрил замысел Зимин. – Если явитесь в Чунцин организованной эскадрой, сможете выбить себе наилучшие условия.
- Владимир Васильевич, ты вроде и с самим генералиссимусом и с его супругой лично знаком? Может, составишь нам протекцию по старой дружбе?
- Почему нет? Сегодня же напишу мадам Чан, только вы прежде решите между собой, кто в деле.
- Да что тут думать, все так все! – зашумели капитаны. Единственным, кто никак себя не обозначил, оказался скромно сидевший в сторонке Колычев.
- А ты что же, Март, молчишь? – насмешливо посмотрели на молодого человека соседи. – Может, и для твоей «птички» дело найдется?
- Спасибо, господа, но у меня немного другие планы, – дипломатично отозвался Колычев.
- Интересно какие же? – исподлобья бросил на него тяжелый взгляд Мур.
- Ну, раз такой расклад нарисовался, – проигнорировал последний вопрос Колычев, – то у меня ко всем присутствующим деловое предложение.
- Валяй, бизнесмен!
- А вот, – и Март выложил на стол принесенный Кимом ППК-41. – Машинка просто зверь. Работает как часы. Мы ее корейцам на вооружение продвинули. Сделана под маузеровский патрон – семь шестьдесят два на двадцать пять. Складной приклад, вес без магазина чуть больше трех кэгэ. Предлагаю всем такие приобрести со скидкой – только сегодня и только для своих. В честь победы, скажем так. Особенно для штурмовиков. А еще я хочу начать поставки китайцам. И мне нужен там торговый агент. Думаю заключить договор с кем-то из вас.
- И какие условия?
- Предоплата в полном объеме. Цена в пять раз ниже, чем за Томми-ган. Представителю – процент от заключенных сделок. Остальное уже лично обсудим.
- А что, я, пожалуй, возьмусь! – спокойно отозвался капитан «Нерюнгри» Леонид Пантелеев.
Март бросил короткий взгляд на Зимина и Беню и явственно прочел в их глазах одобрение кандидатуры.
- Заметано. Тогда можем прямо сейчас и договор подписать.
- Постой, Март, не спеши. Что ты там про особую скидку говорил? – Мур успел подойти к столу и уже вовсю крутил автомат в руках.
- Тридцать процентов минус. Только сегодня и только для своих, – повторил он как заклинание и, заметив, как заблестели глаза потенциальных клиентов, плеснул в костер всеобщего интереса еще немного бензина. – Но партия на корабль – не больше двадцати штук.
- Но деньги получишь после того, как с нами рассчитается казна!
- Справедливо.
- Беру! И я! И мне давай! – загомонили азартные вольные охотники, уже опасаясь, что на всех не хватит.
Последний спокойный вечер у Зимина был, наверное, когда они еще жили в Дальнем. Март с Виктором учились, он занимался ремонтом «Бурана» и вокруг, не смотря на войну, обстановка была тихой и, даже можно сказать, пасторальной. А теперь «Бурана» нет, воспитанники, еще недавно казавшиеся совсем мальчишками, выросли, а впереди … непонятно что.
Больше всего угнетала Зимина неопределенность его собственной судьбы. Еще недавно все было четко и понятно, а теперь буквально рассыпалось на глазах, как карточный домик. Привычная жизнь неторопливо уходила в небытие, а грядущее еще не обрело зримых форм. Что уж тут говорить о материальном их воплощении.
Впрочем, возможности предаваться ностальгии у него не было. Вокруг постоянно происходили чрезвычайные события, державшие бывшего рейдера в состоянии перманентного изумления. Вот и сейчас, не успело закончиться собрание, к нему подошли Март и Беньямин.
- Владимир Васильевич, – начал Колычев, без большого успеха стараясь выглядеть невозмутимым. – У меня к вам с Семеном Наумовичем дело. Надо переговорить в тихом месте без лишних «ушей».
- Даже так? – с любопытством поглядел на странную парочку капитан первого ранга. – В таком случае, пошли в мой номер. Там нам никто не помешает.
Оказавшись в апартаментах Зимина, хозяин и управляющий, не сговариваясь, устроились с одной стороны стола, оставив Колычеву место напротив. Со стороны это выглядело так, будто старшие товарищи решили устроить молодому человеку экзамен. Собственно говоря, примерно так он себя и чувствовал.
- Господа, – начал он, прочистив для солидности голос. – То, о чем я вам сейчас сообщу, является строго конфиденциальным. И прежде чем мы приступим к делу, я должен заручиться вашим, господин Беньямин, согласием.
- На предмет чего? – с деланным равнодушием осведомился Бенчик, привычным движением разливая коньяк по бокалам.
- Что вы станете моим поверенным в делах, а значит: будете обязаны хранить тайну клиента.
Бенчик посмотрел на Зимина, и тот в ответ лишь пожал плечами.
- Решай сам, Наумыч. Но по факту ты уже давно работаешь на нашу семью адвокатом. А Мартемьян такая же неотъемлемая ее часть, как я или Сашка.
- В таком случае, мой юный друг, я в деле, – пожал плечами старый выжига, после чего не без иронии добавил, – или нужно подписать кровью?
- Вашего слова более чем достаточно, Семен Наумович, – все тем же официальным тоном и без намека на улыбку ответил ему Март. – Теперь можно перейти к главному. – Он взял короткую паузу, глубоко вдохнул и спокойно произнес. – Я точно знаю, кто стоит за покушениями на мою жизнь. Более того, у меня есть очень серьезные подозрения и на счет виновных в смерти родителей. Я говорю о семействе Оссолинских.
Услышав знакомую фамилию, Зимин едва не поперхнулся от неожиданности коньяком, после чего отставил в сторону бокал и аккуратно промокнул губы салфеткой. В принципе, чего-то подобного он и ждал, но его удивило ледяное спокойствие Беньямина. Очевидно, для его компаньона это заявление не стало неожиданностью.
- Судя по всему, ты узнал, что это за люди и вспомнил о своем мнимом родстве, – констатировал он. – Вынужден в очередной раз тебя разочаровать, будь это правдой, твой отец непременно…
- Не один я их обвиняю, – впервые перебив своего наставника, возразил Март.
- И кто же этот человек, позволь узнать? – не без труда сдержав раздражение, поинтересовался Зимин.
- Моя мать – Александра Ивановна Колычева.
- Мой мальчик, ты в своем уме?
- Вот письмо. Можете убедиться сами.
Было видно, что Владимир Васильевич сразу узнал знакомый почерк, в лице его что-то дрогнуло, словно его ударил разряд тока. Он молча пробежал глазами текст, потом перечитал его еще раз, свернул и аккуратно передал Марту.
- Так значит, ты наследник клана Колычевых?
- Без сомнений, – развел руками Март. – И энколпион, и документы, которые мне завещала мать, это неопровержимо доказывают.
- О каких документах речь? – сразу оживился молчавший до сих пор Беньямин.
- Вот они, – и Колычев выложил на стол папку с бумагами, которую адвокат тут же подтянул к себе и, раскрыв, принялся изучать ее содержимое.
- Все тайное когда-то становится явным… Поздравляю вас, Мартемьян Андреевич, – впервые так церемонно «на вы» обратился Зимин к Колычеву. –Теперь все встает на свои места.
- А ведь вы совсем не удивились? – пытливо посмотрел на опекуна Март.
- Сказать по чести, я предполагал нечто подобное, хотя, конечно же, не в таких масштабах. Твои родители держали эту информацию в тайне, и я их понимаю. Но теперь она воленс-ноленс станет известна всем, включая твоих врагов. А это люди очень серьезные!
- Так, господа, – вмешался до сих пор увлеченно изучавший документы Бенчик. – Что я вам могу сказать за эти бумаги! Я много повидал на своем веку разного, но они таки настоящие. И имея их на руках, можно получить такой куш, что все вокруг лопнут от зависти, а Джимми Ротшильд прибежит наниматься к вам в камердинеры, но…
- Что, но?
- Это будет чертовски непросто. Уверяю вас, найдутся люди, которые костьми лягут, чтобы наш Март ничего не получил. А еще больше сыщется тех, кто захочет, чтобы он поделился с ними, такими красивыми, небольшой частичкой неожиданно свалившегося с небес богатства.
- Полагаешь, тяжба будет долгой?
- Не то слово! И дело даже не в доказательствах… Тут вопрос больше политический…
- Вопрос сейчас не в миллиардах и не в наследстве, – напористо заговорил Март. – Напомню вам, что моих родителей убили. Не раз покушались и на меня. И наверняка будут еще попытки. Я допускаю, что и внезапная гибель дяди – тоже не случайна. То есть против меня действует очень жестокий и опасный враг.