Иван Оченков – Гросс (страница 11)

— Поздравляем! — прогудел представитель организаторов — мордатый приказчик в дорогом пальто с бобровым воротником и такой же шапкой. — Вам, сударь, как победителю, полагается дополнительный приз!

Следом за купчиком вышла статная и при этом довольно красивая девица с подносом в руках, на котором красовались хрустальный бокал с водкой и бутерброд с осетриной.

— Извольте выкушать, — томно предложила она.

— Но я не пью, — попытался возразить растерянно озиравшийся цесаревич.

— Никак нельзя-с отказываться! — строго покачал головой организатор.

— Обидите! — добавила его спутница, бросив полный неясных обещаний взгляд.

После такого предложения отступать было уже совершенно невозможно, и расхрабрившийся Коля залпом опрокинул в себя содержимое рюмки. Наградой ему был долгий сочный поцелуй от красавицы в кокошнике, после чего царский сын и вовсе поплыл.

— Твою ж мать! — выдохнул все время опасавшийся чего-то подобного Колычев, но было поздно.

— Молоток! — радостно заорал Ким, бросаясь обнимать нового приятеля.

Обрадованные успехом Николая барышни также не поскупились на скромные поцелуи в еще более заалевшие щеки «героя». Март же ограничился тем, что похлопал высокопоставленного приятеля по плечу.

Следующим номером программы стали приговоренные к сожжению чучела. Как оказалось, конкурс уже прошел. Победителем традиционно стало сооружение технологов, второе место досталось целительскому факультету академии одаренных, а почетное третье разделили будущие пилоты и артефакторы. Впрочем, для самих чучел от этого ничего не менялось, и их под восторженные крики собравшихся подпалили.

— Красота! — заявил цесаревич, зачарованно глядя на языки пламени.

— И не говори! — поддакнул Витька. — У нас в Корее тоже есть веселые праздники, но такого, пожалуй, нет!

— Когда-нибудь я обязательно отправлюсь на Дальний Восток, — немного заплетающимся голосом сообщил Коля. — В Китай, в Корею…

— Это правильно!

— А вот в Японию не поеду… там моего двоюродного дядю самурай зарубил! Его, кстати, в честь меня назвали… ой… то есть наоборот!

— Японцы — они такие!

Судя по всему, наследник престола до сих пор не имел опыта употребления горячительных напитков, и проникший в его кровь алкоголь медленно, но верно доводил его до кондиции.

— Надо следить, чтобы нашему Николаше еще кто-нибудь не налил! — покачал головой Март.

— Да, может получиться неудобно, — сообразила Саша. — Но что делать?

— Лучше всего было бы познакомить его с какой-нибудь красивой девушкой. У тебя нет никого на примете?

— Таких, как я, больше нет!

— Это само собой разумеется, — поспешил согласиться Колычев. — Ты у меня одна такая во всем белом свете.

— Кстати, мне показалось, или в твоем голосе прозвучала нотка ревности?

— С чего бы? — изобразил удивление Март.

— Ну, признайся, ты думаешь, что Николай запал на меня?

— И в мыслях не было! — пошел в отказ нареченный.

— Да? — недоверчиво посмотрела на него суженая и даже попыталась скользнуть в «сферу», но наткнулась на абсолютно непроницаемую оболочку.

— Кстати, а что в твоем призе? — вспомнил о свертке Ким.

— Если честно, — шмыгнул носом цесаревич, после чего глупо хихикнул и продолжил, — после тех панталон я немного опасаюсь открывать!

— Но надо же узнать? — логично заметил Виктор.

— В самом деле! — решился Николай и рванул завязку.

К счастью или наоборот, тут уж кому как, содержимое оказалось вполне традиционным. То есть, полуштоф запечатанного сургучом полугара, несколько стопок из мутного стекла, свежеиспеченная румяная сайка и банка мелкой копченой рыбы от рижского купца Бирманиса с непривычным названием «шпроты».

— Сейчас мы ее выпьем! — радостно сообщил своим друзьям цесаревич.

— Кузен, это вы? — внезапно возник рядом с ними какой-то молодой человек в темном пальто с щегольским белым кашне на шее. — Я уже несколько минут наблюдаю и глазам своим не верю…, что здесь вообще происходит?!

— Серж! — почти обрадовался появлению родственника великий князь. — Как хорошо, что я тебя встретил… знаешь, я давно хотел сказать тебе…

— Как вообще можно опуститься до подобного времяпрепровождения? — продолжал аристократ с презрительным выражением на лице.

— Пошел в жопу! — выпалил Коля, как бы ни впервые в жизни прибегший к столь крепкому выражению.

— Как ты сказал?!! — не поверил своим ушам член императорской фамилии.

— Кажется, его высочество достаточно ясно выразился, — встал между ними Март. — Ему неугодно ваше общество!

— Да как вы смеете? Кто вы, вообще, такой?!! — захлебнулся от возмущения князь.

Впрочем, все еще могло закончиться благополучно, но, к несчастью, у Николая очень уж накипело по отношению к родственнику, и он попытался дать ему в ухо. Тот, разумеется, увернулся и даже перехватил руку кузена, явно собираясь ее заломить, но тут вмешался уже скользнувший в «сферу» Колычев. Проведя для начала ментальную атаку по никак не ожидавшему подобного князю, синхронно нанес столь же резкий короткий прямой тычок точно в «солнышко» даже не кулаком, всего лишь костяшками среднего и безымянного пальцев, но Сержу хватило и такого, строго дозированного воздействия. Задыхаясь от боли, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть и тем более кричать, аристократ уселся пятой точкой в сугроб.

— По ходу, нам пора линять! — бросил остальным Март, хватая за руку Колю.

— Действительно, пошли отсюда, — согласилась с ним Саша, увлекая за собой Таню и так и не успевшего вмешаться Кима.

Мгновенно смешавшись с толпой, они поспешили покинуть место происшествия и остановились только на краю парка, в стороне от остальных гуляющих.

— Что будем делать? — обеспокоенно спросила Зимина, как только они остановились.

— Есть одна идея, — отозвался Колычев. — Сейчас вызову «Ночную Птицу», и мы по-быстрому доберемся до Зимнего. На корабле есть кое-какое оборудование. Думаю, что когда мы будем на месте, наш высокопоставленный друг успеет отрезветь.

— Я не об этом. То, что ты сделал, можно квалифицировать как нападение на члена императорской фамилии!

— А то, что сделал он, на «оскорбление величества», — отмахнулся Март. — Не думаю, что этот франт настолько глуп, чтобы поднимать шум!

— Его родители принадлежат к одной из самых влиятельных группировок при дворе!

— Слушай, давай решать проблемы по мере их поступления!

— Ребята, — воскликнул внимательно прислушивавшийся к их диалогу Ким.

— Что?! — почти одновременно отозвались они.

— А вы ничего не хотите нам рассказать?

— Ты о чем? — не понял сначала Колычев.

— О «князе», о «его высочестве»!

— Нехорошо получилось, — чертыхнулся про себя Март и с надеждой посмотрел на остальных. — Может, все-таки потом?

— Пока «Ночная Птица» долетит, время есть, — встала рядом с Витькой Татьяна.

— Ладно, слушайте…

Начальник дворцовой полиции — это только звучит гордо. На самом деле, у любого околоточного надзирателя в провинции гораздо больше власти и куда меньше ответственности, чем у главного придворного блюстителя закона. К тому же на эти места не метят десятки честолюбивых мерзавцев в эполетах. И уж конечно, там нет таких высокопоставленных нарушителей порядка, какие в изобилии водятся в Зимнем дворце, Царском селе или Гатчине! И сегодня генерал-майор князь Микеладзе в очередной раз имел возможность в этом убедиться.

— Добрый день, Автандил Александрович, — не предвещающим ничего доброго голосом поприветствовала его императрица. — Я хотела бы задать вам один вопрос…

— Слушаю, ваше императорское величество, — внутренне напрягся князь.

— Где мой сын?

— Кого вы имеете в виду? — решил уточнить на всякий случай генерал.

— Цесаревича! — процедила Евгения Александровна таким тоном, что можно было заморозить все припасы на царской кухне.