Иван Матвеев – Ахиллес и Черепаха (страница 4)
–
– А что стало с топором? – спросил Второй Слон.
– Можно потише? – возмутилась Черепаха. – Тут создается мир.
– Надо подождать, – повторил Ахиллес. – Порядка… э-э-э… нескольких десятков тысяч лет.
Все замолчали.
– Ахиллес? – осторожно спросила Черепаха.
– Да?
– Там так и написано?
– Да.
Ахиллес полистал книжку:
– Правда, это для большой модели. Для маленькой потребуется меньше времени.
– Насколько меньше? – спросил Третий Слон, – В пятницу у меня свидание. Я бы и рад подождать десяток-другой тысяч лет, но, понимаешь, я дал слово и…
– Минут пятнадцать, – сказал Ахиллес. – Если пропорционально масштабу.
– О, – сказал Третий Слон, – это меняет дело. Можно подождать.
Они подождали несколько минут.
– И как, есть там что-нибудь? – спросила Черепаха.
– Только какой-то мох. Лишайник. Не знаю.
– Надеюсь, этот лишайник успел изобрести хотя бы колесо.
– Отсюда незаметно.
Внезапно на диске что-то хлопнуло, и вверх устремился небольшой клуб дыма грибовидной формы.
– Все, – сказал Ахиллес. – Получилось. Правда, тут написано, что такое обычно происходит с плесенью. Про лишайники ни слова.
– Удивительная штука – жизнь, – заметил Первый Слон, вылезая из-под диска.
– Как все быстро получилось, – сказал Второй Слон.
– Ну, еще бы, – сказала Черепаха. – Никакого терпения не хватит стоять вот так десятки тысяч лет.
Ахиллес задумчиво листал книгу.
– Ладно, – сказал он, наконец, – всем спасибо. Пойдемте чай пить.3
Лодка напрокат
– Ну и куда мы теперь плывем? – осведомился Ахиллес.
– Надеюсь, это риторический вопрос, – ответила Черепаха, – потому что здесь ты должен ориентироваться лучше меня. С мифологической точки зрения.
– Весло-то уронила ты, – уличил Ахиллес. – Знаешь, как Харон разорется?
– А что, бывали прецеденты? – поинтересовалась Черепаха.
– Нет, – сказал Ахиллес. – Это не мифологично – терять весло.
Черепаха хмыкнула.
– А брать напрокат у Харона лодку – это мифологично?
– Ты не спорь, – сказал Ахиллес. – Ты лучше за веслом сплавай. Кто у нас амфибия?
Черепаха с сомнением посмотрела на воду.
– Нырять в Стикс?
– Ну…
– И вообще, почему в этой лодке только одно весло? Что за архаизм?
– Это не лодка, – с достоинством сказал Ахиллес. – Это челн. Утлый.
– Прости?
Ахиллес вздохнул.
– Понимаешь, – объяснил он, – это традиция. Так устроен мир. Харон перевозит души умерших в утлом челне и получает плату в один обол от каждого перевезенного.
– Но весло-то почему одно?
– Не знаю. Наверное, это величественно – грести одним веслом, – предположил Ахиллес.
– Браво, – ядовито сказала Черепаха. – Очень логично. Грести одним веслом, махать одним крылом…
Оба замолчали. Над рекой тут же повисла мертвая тишина, что, в общем, в Аиде не удивительно. Берегов видно не было.
Лодку сносило куда-то вниз по течению.
– Интересно, – вдруг сказала Черепаха, – а зачем ему деньги?
– Это как с одним веслом, – сказал Ахиллес. – Таково устройство мира.
– Еще один способ сказать «Не знаю»?
Неожиданно их накрыла тень. Оглянувшись, оба увидели, что к ним бесшумно подплыл огромный черный корабль. Через борт перегнулся кто-то весьма рыжий и заорал:
– Эй, на лодке!!!
– На челне, – пробормотала Черепаха.
– Чего?! – завопил Ахиллес.
– Весло не теряли?!
– Ага!!! – радостно и хором закричали Ахиллес и Черепаха. – Теряли!
– Я его разломал! – не менее радостно отозвался рыжий. – Переехал, так сказать!
На лодке помрачнели и замолчали.
– Вот, ловите! – продолжил рыжий. На воду шлепнулась доска.
– И вообще – молодцы! – раздалось с корабля. – Лодку у Харона упереть – сам давно мечтал!
После этого корабль довольно быстро поплыл вверх по течению.
На корме блеснула надпись – Нагльфар…
– А здесь оживленно, – сказала Черепаха, вновь обретая дар речи.
Ахиллес осматривал подарок рыжего.