Иван Магазинников – Староста (страница 86)
Шардон, которые знал об этом правиле и лично проследил, чтобы все ключевые фигуры были убраны с «политической доски» во время схватки, утвердительно кивнул.
И тут же перед каждым жителем поселка появилось видимое лишь ему одному интерфейсное окно, в котором было два портрета кандидатов с кнопками под ними.
При общем голосовании исключались любые методы воздействия, обмана, подтасовки или подделки результатов – это гарантировала сама механика игры. Ну а выбор «неписи» делали исходя из своего отношения к обоим кандидатам. У кого выше репутация, за того и будет отдан голос, нажатием соответствующей кнопки в «окне голосования».
Закованный в наручники и охраняемый бессмертными капитан Геллар нахмурился, наблюдая за ходом голосования. Сторонников у обоих кандидатов было примерно поровну, но хватало и сомневающихся – именно от них все и зависит. К счастью, при такой системе выборов не могли голосовать бессмертные. Также они не могли подкупить или запугать голосующих или еще хоть как-то повлиять на результаты – а значит, итог будет максимально честный…
Игроки – не могли. А вот обычный гейм-дизайнер компании «Виртуком» мог, что он и сделал, подправив всего один параметр у нескольких сомневающихся «неписей», склоняя чашу весов в нужную ему сторону. Тонкое, почти хирургическое вмешательство, ничуть не нарушающее ни игрового баланса, ни законов игровой механики – и вот уже старый орк-ветеран радуется победе, а проигравший капитан беспомощно скрипит зубами.
– Друг мой, прими свое поражение с честью, – хлопнул его по плечу Заграб, – Да и признай, что из меня такой же паршивый лейтенант, как из тебя – староста…
– Это мы еще посмотрим! – прорычал капитан, – Между нами ничего не кончено!
Еще пара кликов где-то там, в одном из офисов всемогущего «Виртукома», и его злобное рычание вдруг превратилось в радушную улыбку:
– А хотя, ты прав, приятель. При тебе куда больше порядка было – пусть так и остается. Каждый должен быть на своем месте, – пожал он руку новому старосте, искренне улыбаясь ему.
Вот что творит с неигровыми персонажами репутация уровня «Дружелюбие»!
Таким образом, игровой сценарий локации Заповедник Кхара снова вернулся к своим базовым настройкам. Оставалась лишь одна неучтенная «переменная», рыжая и бородатая, но скоро и этот вопрос будет решен. Причем, совершенно самостоятельно и без вмешательства со стороны работников «Виртукома» – об этом гейм-дизайнер узнал, прочитав лог приватной беседы между Шардоном и еще одним «неписем».
Поэтому он мог спокойно заниматься дальше своими личными делами в рабочее время – для чего и выпросил два-три часа на решение проблем в Заповеднике. Например, можно зайти в «Колонизацию» и проверить, как там идет строительство гидропонической фермы на астероиде. На нее он возлагал большие надежды, и вложил почти четыре своих зарплаты в аренду, покупку семян и необходимого оборудования.
– Ты чего творишь, бородатый? – зашипел на Шардона глава клана, – Он же вернет все, как было! Вот только стража так и останется усиленной и настроенной против нас.
– Все будет хорошо, поверь.
– С чего бы это все станет хорошо, если он – тупой орк-вояка с хроническим алкоголизмом и провалами в памяти? И опять будет плясать под капитанскую дудку.
– Советую тебе подружиться с Павой, женой нового старосты. Она очень умна, и Заграб во всем к ней прислушивается. К тому же, я передал ему набор инструкций и указаний, как эффективно развивать поселок.
Чат клана Дети Корвина
Шардон: Друзья! Надеюсь, я правильно употребляю это слово.
Шардон: Спасибо вам всем за помощь. Без вас не было бы и этой великой победы.
Фенеамин: Тааак, стоп. Что-то уж больно это смахивает на прощальную речь мелкого проворовавшегося политика. Ты что – свалить от нас решил, бородатый?
Шардон: Старостой поселка теперь станет Заграб, как и было раньше.
Шардон: В знак благодарности за помощь, я отдаю клану своего «Пивного Барона».
Рубака-парень: Всем снова здрасьте!
Зеленкин: С возвращением, ребята.
Фенеамин: Так, народ, давайте не флудить – тут наш Барон речь толкает, и что-то мне его тон не нравится. Трактир, вон, нам свой отдал…
Корвин: Да все в порядке, не волнуйтесь. И не отдал, а всего лишь продал контрольную долю. Шардон по-прежнему остается полноправным совладельцем. И из клана он не уходит.
Шардон: Нет, я не покидаю клан.
Фенеамин: Ну а чего тогда тоску на всех нагоняешь? Я устал, всем спасибо, вот вам мой трактир…
Зеленкин: Феня, тоску тут пока только ты нагоняешь.
Шардон: Я ухожу из Заповедника Кхара. Но мы по-прежнему остаемся соседями и партнерами по бизнесу и клану.
Фенеамин: Не, ну это нормально вообще, а? Развел интригу и свалил. Вот кто так делает, а?
Гаечка: Ушел по-английски:-)
Рубака-парень: Он утопал, но обещал вернуться. Милый и упитанный, хоть и без пропеллера… Скажи, Феня, ты будешь ждать его, сидя на подоконнике и всматриваясь в туманную даль?
Фенеамин: Да ну вас, хохмачи… Да и чего я ждал от бота-то?
Корвин: Вернется – расскажет, если захочет…
– Что-то долго ты, – недовольно пробурчал Кривой, едва Шардон появился из-за угла.
– Улаживал кое-какие дела.
– Ты обещал подогнать пиво, чтобы отпраздновать победу. У моих ребят уже трубы горят и кулаки чешутся – смекаешь?
– Я просил привести носильщиков.
– Бизон, Патлатый, а ну сюда, живо! – крикнул атаман, и из утреннего тумана вынырнули две массивные фигуры.
На земле начали появляться бочонки, но они тут же исчезали, перемещенные в инвентарь одного из здоровяков.
– Двадцать бочек? Эй, командир, этого не хватит даже чтобы тебя утопить, – недовольно нахмурился Кривой.
– Будут еще. У меня есть серьезный разговор.
– Докладывай… У тебя две минуты.
– Слыхал я, что тебе нужен толковый помощник в банде.
Атаман внимательно уставился на стоящего перед ним «непися» своим единственным глазом.
– Так ведь есть у меня уже Правая Рука, – ухмыльнулся он.
– Я сказал толковый. И с обеими руками… К тому же, твой помощник помер…
– Ага. Его бессмертный пришил, которого ты Синим прозвал. И что-то сдается мне, не по ошибке он это сделал, верно?
Шардон ничего не ответил.
– Почему ко мне? В Лесах Гоблинов пять атаманов – и Кривой не самый авторитетный из них. К тому же, я ведь тебя чуть не порешил. И еще трижды – руками своих людей.
– Я видел у тебя кое-что интересное.
– И что же?