Иван Магазинников – Атаман (страница 9)
– Да-да, конечно. Только чтобы во дворе. А то вернутся родители, и не смогут вас найти…
Учительница явно не хотела сидеть и ждать вместе со своей ученицей куда-то пропавших родителей, да еще и неизвестно сколько времени – ага, как же, с машиной у них что-то!
Но и отпускать девочку с незнакомой ей тетей тоже не решалась – мало ли, кто это такая? Но реакция Нади на Ларису убедила ее, что та действительно знает эту девушку и сама не против с ней погулять. К тому же, они будут в людном месте, да охранная система строго контролирует всех входящих и выходящих с территории школы.
Так, взявших за руку, Надя и Лариса молча вышли на улицу.
– Ты голодная? – первой прервала тишину девушка, понятия не имевшая, как правильно начать разговор.
– Нет, нас в столовую после второго урока водили. Это твоя машина стоит? – безошибочно указала девочка на серебристый «Опель», припаркованный за оградой: на школьную парковку ее не пустили, как постороннюю.
– Нет, не моя. Но я на ней приехала.
– А дядя за рулем – это твой жених? Это он тебя привез, да?
Лариса густо покраснела, бросив быстрый взгляд на копающегося в «бардачке» Сумракса, то есть на Мишу… на Михаила…
– Нет, это мой хороший друг. И он мне очень помог.
– Вас папа Толя прислал?
– Нет, милая…
Девушка остановилась и присела на корточки, чтобы ее глаза находились на одном уровне со взглядом девочки – об этом психологическом приеме им рассказывали на ежегодных квалификационных курсах.
– Мы тоже ищем твоего папу.
– Я не знаю, где Папатоля. У него важные дела. Он сказал слушаться тетю Римму и дядю Петю, а потом он сам меня найдет. Или пришлет красивую тетю, – старательно проговаривала девочка, словно уже далеко не первый раз повторяя заученный текст, – Значит, ты не та красивая тетя?
– Нет. Прости, что пришлось схитрить. Мне очень было нужно с тобой поговорить.
Лариса не знала, что ей говорить дальше. И она точно не хотела спрашивать у восьми-девятилетней девочки знает ли она о том, что ее папа погиб, и она тоже считается погибшей.
– Почему ты меня боишься? – спросила вдруг Надя.
Девушка вздрогнула:
– С чего ты взяла, милая? Нет конечно – разве можно бояться такую очаровательную и умную девочку? – улыбнулась она, судорожно вспоминая как соседские мамаши общаются со своими детьми.
– А кого ты боишься?
Тут Лариса невольно задумалась.
Погибший в аварии мужчина передает погибшую вместе с ним дочь на попечение каких-то тети Риммы и дяди Пети. Причем отдает ее в другой город. А школьные учителя почему-то считают тетю Римму и дядю Петю именно родителями девочки, а не просто приютившими малышку родственниками.
Да вся эта ситуация заставляла ее нервничать. Не говоря уже о том, что так называемые «родители» могли объявиться в любую минуту. И объясняться с ними Рианне-Ларисе совершенно не хотелось.
– Никого не боюсь, – улыбнулась девушка, – Я ведь уже взрослая.
– Все взрослые чего-то боятся, – спокойно и совершенно серьезно сказала Надя, – Потому что они слишком много знают, – она умолкла ненадолго и добавила, – Так папа говорит.
«Говорит» – значит, девочка совершенно уверена, что ее отец жив и скоро заберет к себе.
– Скажи, а как давно ты живешь с тетей Риммой и дядей Петей? – наконец, Лариса поняла, какой именно вопрос все прояснит.
Но ответ маленькой Нади удивил ее куда сильнее, чем можно было ожидать…
Шардон тут же проверил, как изменились параметры у членов его шайки. Почти у всех немного выросло Уважение. А вот Страх «вел» себя странно. Кто-то стал бояться его больше, кто-то – меньше. Поэтому ИскИн поставил рядом с каждым персонажем отметку, говорившую о том, как тот реагирует на проявление агрессии и силы.
На самом деле зависимости были достаточно простыми и относительно логичными – с точки зрения разработчиков, конечно – и соответствовали заложенным ими в ботов «психотипам». Но само понятие «психология» для еще необученного и узкоспециализированного фрагмента Надежды было лишь термином из словаря, а не наукой, имеющей к тому же практическое применение.
Пока что.
– Гуляй, братва! – объявил он, и выставил на землю два бочонка из четырех оставшихся.
Похоже, разбойники умели не только пьянствовать да кулаками махать, но и считать. И поняли, что им слегка недоливают, но кроме едва слышного ропота, никак свое недовольство не выказали. Застучали кружки, зазвучали тосты, заскрипели зубы, впиваясь в куски того, чем питались грабители с большой дороги.
– Шныга, – за мной, – скомандовал трактирщик и зашагал назад в хижину, в которой ютился атаман. Единственный, у кого было отдельное жилье.
Остальные разбойники ютились в двух землянках и в жалком подобии не то барака, не то сарая, которое гордо называлосьКазармой. Еще на территории лагеря находились Склад, Потасовочная поляна, Полевая кухня, Наблюдательная вышка и Малый стол Совета. Который в данный момент использовался совершенно не по назначению: на нем ели, пили, играли в карты, спали (под ним) и даже собирались драться.
Каждый из этих объектов давал какие-то бонусы и дополнительные возможности всему лагерю и/или шайке атамана Шардона, но изучение соответствующего интерфейса и его возможностей ИскИн отложил на потом.
Сейчас у него были дела поважнее, чем изучение хозяйственной части: поиски «общака».
Для чего сперва нужно расшифровать записи старого атамана, прокачав соответствующее умение. Теперь, когда среди его специализаций затесалась и «воровская», навыки этого класса заработали как положено, без штрафа в 50 %.
У него уже были изученные раньше «Тайное послание» и «Взлом замков», а теперь добавилось три новых, и появился доступ к веткам воровских умений.
Воровство. Группа умений для тех, кто активно интересуется содержимым чужих карманов. Воры умеют заметать и читать следы, оставаться незамеченными, обворовывать зевак, обыскивать трупы и вести допросы. В бою они используют метательное оружие и уклоняются от атак врага, ну а в критических случаях – спасаются бегством.
У Шардона оказалось сразу открыто умение «Изворотливость». Оно пассивно повышало шанс увернуться от атаки противника на 4 %, а так же шанс выбраться из веревок или наручников на 8 %.
Убийство. Боевая ветка умений, которую в первую очередь осваивают убийцы и грабители. Она учит использовать яды и отравленное оружие, мгновенно оказываться за спиной врага и наносить ему раны, несовместимые с жизнью. Повышение шанса критического удара, бонусы к алхимии и сопротивляемости к яду и оглушению – все это было здесь.
Использовали убийцы ножи и кинжалы. Ну а атаману досталось умение «Точный удар», с увеличенным на 25 % уроном и удвоенным шансом срабатывания наложенного на оружие эффекта: отравления, оглушения, паралича или мгновенного убийства. Разумеется, для ножей и кинжалов.
Третья ветка называлась Замки и Ловушки. Она отвечала за установку и обезвреживание ловушек и сигнализации, использование наручников и отмычек, взлом замков. А в бою – за применение особых метательных зелий и увесистых дубинок. К уже прокаченному до 5-го уровня «Взлому замков» добавилось умение «Капкан», позволяющее устанавливать и снимать простые механические капканы и повышающее их урон на 10 %.
Прокачав «Тайное послание» до 20-го уровня, Шардон удвоил количество символов, которые в дневнике покойного Кривого отображались нормально. Ну а дальше уже дело техники. Или, точнее, алгоритмов дешифровки, которых в распоряжении военного Искусственного Интеллекта имелось предостаточно.
Поэтому Шардон создал простой скрипт, который по очереди прогонял записи через все дешифраторы, выделил ему 30 % своих вычислительных мощностей и занялся следующей задачей из Директивы с названием «Поиски воровского общака».
Он подбирал себе команду, с которой пойдет добывать сокровища атамана.
Ему нужны были не просто сильные и надежные исполнители, но и обладающие вполне определенным набором умений, которые ИскИн отметил при изучении особенностей воровского класса.
И для того, чтобы выявить их обладателей, Шардон решил разработать простейшую систему тестов и испытаний…
– Эй, Гриня! – окликнул он воришку, который крутился под окном, не то шпионя, не то просто не решаясь приставать к новому атаману со своими проблемами.
– Туточки я, господин атаман, – сверкнул глазами паренек и покосился в сторону двери.
– В хижину не заходи, а позови-ка мне лучше Джака, того, который Три-кармана.
– Я мигом!
Гриня исчез, а Шардон завел новую запись в Дневнике атамана: теперь тот стал отдельным элементом интерфейса, на манер Журнала заданий, и в него переместился в виде отдельной вкладки бывший Журнал набегов.
По имеющейся у него информации, Джак был лучшим карманником, весельчаком, любителей розыгрышей и, что не маловажно, одним из членов Лихой Пятерки. Именно членов этого импровизированного «совета» он и решил проверить в первую очередь, как самых искусных и самых уважаемых разбойников.
Дверь открылась, и в нее шагнул стройный парень едва ли старше 25 лет, высокий, рыжий и широко улыбающийся во все свои 28 обычных и 4 золотых зуба.
– Звал, атаман? – поинтересовался тот, и в голосе его не было ни страха, ни подобострастия, а лишь уверенность, любопытство и веселая удаль.