Иван Лорд – Один (страница 14)

Одис сжал рукоять меча. Из-за угла медленно появилось вражеское лезвие. Вот кхмер занёс свой клинок над головой. Удар! Одис резко опустил свою сталь на сталь врага, выскочил и тут же нанёс следующий рубящий туда, где, как он думал, должна была находиться шея свистуна. Тёплая кровь брызнула, и тело разбойника глухо стукнулось об пол. Через мгновение сверху послышался такой же стук. Спустился радостный Факей, и Иоах вместе с Ализой выбрались из убежища.

— Ребята! Ловко вы их. Нам бы таких воинов! — приговаривал старичок.

Дикий свист снова заполнил пространство. Одис выбежал на улицу. Свистуны гнали прочь, набив свои карманы добром. А люди падали в отчаянии на колени, умоляя вернуть им членов семей. Одис видел среди них того рыжего с пристани. Кажется, его звали Ила. Он долго бежал за одним из всадников, на чьей лошади лежала связанная девушка. Он не смог догнать злодея. Одис вернулся в дом. Старичок какое-то время благодарил воинов, потом он печалился о том, что случилось. Наконец, Иоах усадил гостей обедать. Потом убрали трупы. И тишина опустилась на Одинокую. Но она была лжива. На самом деле Одинокая не молчала. Она скорбела. Плач поднимался в небеса. Весь день Иоах ходил по домам, утешая людей. Вечером он вернулся опустошённым. Он тяжело сел за стол. Факей и Одис с интересом смотрели на него.

— Ну что?

— Да что, что… Беда! Всё плохо. Всё очень плохо.

— Мы можем чем-нибудь помочь? — участливо вопрошал Факей.

— Вы? — Иоах задумался. Его ум явно смаковал какую-то идею, потому что лицо старейшины просияло после вопроса Факея. — Вы можете.

— Правда? Как?

— Я видел, как вы сегодня расправились с разбойниками. Среди нас нет никого, кто умел бы сражаться. Я был бы очень признателен вам, если бы вы обучили наших мужиков.

Одис и Факей посмотрели друг на друга смущённым взглядом. Просьба старика была интересной и необычной. Кхмеры понимали, что они не знали, куда им идти дальше, у них не было ни провизии, ни малейшего плана. А здесь их кормили и поили, само собой не бесплатно, но всё же. Так ещё и доброе дело можно совершить. Заработать славы. Прекрасный шанс. Поэтому друзья долго не думали и быстро согласились.

— Чудно! Ребята, спасибо вам! — воскликнул старик, потирая руки. — Вы наше спасение! Приглашаю вас сегодня на совет старейшин. Он будет с минуты на минуту. Вся Одинокая будет там.

Совет проходил на главной площади перед домом Иоаха. Одису и Факею не пришлось долго идти. Люди уже собрались, образовав круг, внутри которого сидели старейшины. Одис протискивался между жителями Одинокой вслед за старичком. Мимолётом кхмер осматривал тех, кого расталкивал. Это были люди с серыми лицами, их глаза были полны глубокой боли. Но они не боялись, напротив, решимость и жажда отмщения горела в них. Когда Иоах добрался до круга со старейшинами, он поставил Одиса и Факея по краям, поздоровался с каждым коллегой и вышел в самый центр. Он окинул взглядом толпу, глубоко вдохнул и закричал.

— Друзья! Мы собрались, чтобы обсудить то, что сегодня стряслось с каждым из нас. Свистуны! Эти разбойники снова напали на нас, а мы как всегда оказались беззащитны. Я смотрю на вас и вижу мужей, потерявших жён и дочерей, я вижу братьев, детей, сестёр, жён и матерей, потерявших сегодня членов семьи. Нашим душам нет покоя, потому что они раздираемы скорбью. Но я нашёл выход! В нашу деревню прибыло два воина. Замечательные ребята! Я лично видел, как они убили двух злодеев. Они умеют сражаться! Я предложил им обучить нас, и они согласились. Теперь у нас не будет слабости, мы сможем защитить себя. Одинокая, я тебя не слышу! Ты согласна с этим? Ты хочешь, чтобы тебя учили?

Толпа радостно заревела и заулюлюкала. Иоах подошёл к Одису и Факею, вывел их в центр. Старейшины по очереди подходили к ним и благодарили. Потом сами жители пошли поприветствовать гостей. К кхмерам подходили и радостно хлопали их по плечам. Когда всё закончилось, Иоах снова повёл друзей в дом.

— Прекрасно ребята! Всё вышло просто превосходно! Ещё раз спасибо вам, — пожимал руки Иоах, его глаза были мокрыми.

— Ничего, нам не сложно.

После ужина друзья отправились в комнату спать. Они уже лежали, как вдруг Факей заговорил.

— Жаль этих людей.

— Согласен. Но мы не более счастливы, чем они… У нас тоже много потерь.

— У тебя их много. У меня никогда никого не было. В этом моя сила. Я не способен терять.

Одис не стал ничего на это отвечать. Он знал, что тема семьи и близких была очень болезненна для Факея, поэтому он постарался сменить ход разговора.

— Как думаешь, у нас всё получится? Я никогда никого не учил.

— Конечно, получится, мы же не какие-нибудь олухи. Да и посмотри на здешних мужиков. Крепкие ребята. Из них выйдут замечательные воины.

— Твои слова обнадёживают… — как-то неуверенно сказал Одис.

Как это ни странно, эту ночь Оди провёл спокойно. Ничто не тревожило его. Поэтому на следующий день он был полон сил. Старейшины выделили ему и Факею учеников, человек сто мужчин и женщин. Занятия проходили на главной площади. Тренироваться в условиях холода было тяжело. Но Одис выкручивался, как мог. Первый месяц посвятили физической подготовке. Будущие воины бегали, прыгали, отжимались, чистили снег, ремонтировали дома и занимались всякой физической нагрузкой. В итоге за этот месяц Одинокая преобразилась. Дома были обновлены, тропинки в сугробах превратились в настоящие широкие дороги. Люди окрепли и были готовы к следующему этапу. Второй месяц заняла отработка разных ударов. Одис и Факей подобрали палки, вес которых был схож с весом их мечей, и заставили своих подопечных дни и ночи отрабатывать удары. Колющие, рубящие, блоки и парирования. При рубящих ударах было важно выстраивать кисть, локоть и лезвие в одной плоскости с местом нанесения урона противнику. Было необходимо научиться балансу, чтобы не терять равновесие во время боя, ведь это было смертельно опасно. Одис смотрел на жителей Одинокой, дерущихся палками, и вспоминал, как отец учил его в детстве боевому искусству. Сигор не жалел своего сына. Он хотел вырастить в нём великого воина. Сурового и непоколебимого. Но Одису почему-то никогда не нравилось это дело. Хотя сейчас он благодарил отца и с любовью вспоминал то время.

За два месяца Одис и Факей сделали из обычных людей крепких бойцов. Да, они не были совершенными воинами, но сопротивление они определённо уже могли оказать. И ещё один месяц был посвящён оттачиванию и закреплению полученных навыков. Добавилась стрельба из лука. Одиса и Факея уважали. Все без исключения любили их. Даже Ила, который в самом начале ударил Факея по зубам, теперь был одним из самых близких ему друзей. Именно Ила предложил возвести укрепления для деревни. Его все поддержали. Сначала нарубили брёвен, из которых сколотили стены, башни и ворота. Потом вырыли ров по периметру и насадили в нём частокол. Мёрзлую землю было очень тяжело рыть. Приходилось часами вгрызаться в неё, портя множество инструментов и вещей. Но укрепления всё же были построены. Они были не совершенны, но всем требованиям соответствовали.

Близилось время, когда, по прогнозам старейшин, должны были вновь вернуться свистуны. Поэтому жители Одинокой бросили все свои силы на изготовление оружия. В деревне остался всего один кузнец, который никогда не ковал мечей. Он смотрел на клинки Одиса и Факея и учился всему на ходу. Женщины вырезали луки, натягивали тетивы и изготовляли стрелы. Через десяток дней Одис и Факей стояли в центре укреплений перед воинами, вооружёнными клинками и луками. Это были крепкие мужчины и женщины, которые были полностью готовы к обороне. Кхмеры смотрели на них и радовались результату своей работы.

— Мы все много трудились! И со всем успешно справились! — кричал толпе Одис. Ему ответили весёлым рокотом. — Теперь вы самый настоящий гарнизон, но вам нужен командир! Я предлагаю Илу, потому что он лучше всех вас умеет обращаться с оружием, вы все его знаете и уважаете.

Воины одобрительно закричали. Ила вышел вперёд. Ему дали красный плащ, символизирующий его главенство. Уже этой ночью Ила организовал дежурство на стенах. У него был талант к руководству. Это все замечали. Одис сидел в будке возле ворот вместе с новоиспечённым командиром, нервно постукивающим пальцами по столу.

— Волнуешься? — поднял брови Одис.

— Нет, что ты. Просто мне не терпится обезглавить этих гадов, — в глазах Илы сверкнула страшная злоба.

Одис немного смутился, он знал, что в тот набег свистуны отняли молодую жену Илы. Месяца не прошло с того момента, как они заключили завет.

— Ты убивал раньше?

— Я? — задумался Одис. — Да, убивал, — с некоторым сожалением ответил он.

— И что ты тогда чувствовал?

— Ужас. Я блювал ночами, просыпаясь в агониях. Я никогда не забуду лиц тех, кого убил. Никогда. Какими бы ужасными людьми они не были. Они оставались людьми, и не мне было лишать их жизни.

Ила задумался.

— Скорее всего, ты сделал всё правильно. Плохие люди не достойны жизни. И кто-то должен это решать. Если не мы, тогда кто?

— Боги, это их власть, не наша, — почему-то ответил Одис, хотя не верил в богов.

— Хм, боги… Я не встречал ни одного из них. Если они и есть, то они явно забыли о нас.

Одис хмыкнул и не стал ничего отвечать. «А вот я возможно встречал. Да только, как-то не верится. Это невозможно».