Иван Лик – День потерянных душ (страница 5)

— Луин, все эти вопросы ты можешь адресовать Киру, когда поведёшь его на ферму к Айдару, — остановила его Кайтелла.

— Я?! Нет! — Луин вздрогнул, выронил швабру и выпалил: — Я не могу с ним ехать! Я не выспался, я хочу спать!

— А что, ночью не спал? — зыркнула на него Анабель. — Снова в куклы играл?

— Я не мог уснуть после увиденного: мне снились кошмары, — Луин сел на корточки и закрыл лицо руками. — Вчера здесь умер человек. Нет не умер — его убили, а потом ещё и осквернили.

В этот момент входная дверь распахнулась настежь.

— Вошёл покупатель в эту славную лавку! — провозгласил Кир, оттолкнув дверь и гордо шагнув внутрь.

— Все товары ты вчера видел. Чего ты хочешь? — спросила Кайтелла.

— Как что?! От неугодного посетителя я помог избавиться? — Кир развёл руками, выдержал паузу и тут же сам себе ответил: — Помог. Теперь рассчитываю на ответную помощь от вас.

Он указал в сторону Луина, сидящего на полу.

— Этот парень знает, где можно приобрести боевого петуха. А знаешь, как всё складывается? Не без причины. Мне как раз нужна хорошая боевая птица.

— Для чего ты это сделал?.. — простонал Луин, не поднимая головы. — Зачем?..

— Я ничего не делал! Я только вошёл. Ты что, не видел? — искренне удивился Кир, снимая с головы шляпу.

— Он хочет знать, зачем ты отрезал кусок трупа, а потом вложил его в руку обнажённого тела, — спокойно пояснила Анабель, раскладывая ткани на стеллаже и даже не взглянув на Кира.

— Как зачем? — Кир снова удивился. Он сделал несколько шагов к Луину, сел перед ним на корточки и принялся вертеть шляпу в руках. Луин инстинктивно отполз назад.

— Бандиты, что ворвались сюда вчера, проиграли. А смысла оставлять их в живых нет — они могли вернуться с местью. Раз остался один, нужно было лишить его желания возвращаться. Я дал ему почувствовать боль утраты.

— Что?.. — Луин непонимающе посмотрел на него, поправляя очки.

— Чего именно из моих слов ты не понял?

Парень смотрел на Кира, не отвечая и не моргая.

— Понимаю, — вздохнул Кир. — Ты не понял ничего.

Луин едва заметно мотнул головой.

— Объясняю. Я дал ему почувствовать боль утраты — хоть он ничего и не потерял. Теперь своё он будет беречь: заботиться о хрупком смертном теле и в эту лавку не полезет никогда, пока знает, что здесь можно оставить себя навсегда. Проснувшись утром и увидев, что он цел, могу поспорить — вкус жизни он ощутит иначе. Сегодня и завтрак у него будет вкуснее, и солнечный луч — значительно теплее.

— Хочешь сказать, что ты помог ему пересмотреть жизнь, почувствовав её итог? — Луин не сводил взгляда с мужчины, сидящего перед ним и поглаживающего поля своей шляпы. — Ты псих!

— И это благодарность? — Кир поднялся, но с места не двинулся, лишь потёр колени — отсидел ноги. — Оскорбить меня решил?

— Нет! Что ты Я не это — Луин чуть отполз назад.

— Тогда приму это за комплимент.

— Меж вами такие прекрасные любезности, а пол кто оттирать будет? — вмешалась Анабель.

— Но он не может, — запротестовал Кир. — Ему бы прийти в себя, поспать. Может, сладенького поесть — чтобы мыслям дать отдохнуть.

Кайтелла посмотрела на бледного парня — было ясно, что сейчас он работать не способен. Она повернулась к старухе и сказала:

— Анабель, протри здесь. Твоя помощь, как всегда, неоценима.

— И всё же цену за неё я вижу каждый раз, — мрачно ответила старуха и, отложив ткани, вышла из-за прилавка.

— Я парня в койку отведу. Совсем раскис мальчонка, — сказал Кир. Он подошёл к Луину и потянул его вверх, помогая встать. — Пойдём. Полежишь, ещё поспишь.

Поддерживая Луина, Кир повёл его в комнату.

— Нет-нет туда! — Луин указал в сторону подвала.

Когда они вышли, Кайтелла достала из стола карту и сказала:

— Похоже, мне придётся этого психа на ферму проводить.

— Спасибо за комплимент, очень любезно с твоей стороны, — донёсся голос Кира с лестницы, и тут же следом раздалась череда ругательств и глухой звук падения тела.

— Он увидел его коллекцию, — невозмутимо прокомментировала старуха.

Кайтелла поспешила вниз и застала следующую картину: Луин лежал на полу, а Кир, с ножом в одной руке и свечой в другой, внимательно изучал содержимое комнаты.

Стены подвала были увешаны куклами — из ткани, глины и дерева, с глазами и без глаз. Одни издали лишь напоминали человека, другие же слишком уж походили на людей.

— Откуда всё это? — спросил Кир, указывая ножом на куклу с большими глазами.

— Я сам их делаю, — ответил Луин, поднимаясь на ноги.

— Почему они такие страшные? Словно настоящие, — не унимался Кир.

— Потому что это и есть настоящие куклы. Тебе нравится причинять людям боль, а мне — делать кукол.

— Только что ты своими куклами причинил боль мне, — заметил Кир. — Я испугался, упал и чуть ключицу себе не сломал.

Он поднял со стола одну из кукол и внимательно осмотрел её. Кукла была сшита из ткани, глаза — из отшлифованных камней, какими женщины украшают себя. На голове — парик из козьей шерсти.

— У меня ощущение, что они все на меня таращатся. Как здесь можно жить? Как здесь можно спать?!

— Я здесь отлично спал, пока не появился ты и не начал отрезать всякое тем, кто с тобой не согласен, — огрызнулся Луин.

— А-а Так вот в чём дело! — Кир повернулся к нему, всё ещё держа нож. — Ложись спать, парень. Прямо сейчас. Иначе я тебе всякое отрежу

Он неторопливо описал лезвием небольшой круг в воздухе. Луин напрягся и прижался к стене.

— Или ты со мной не согласен?

Луин прошёл вдоль стены к кровати и с головой зарылся под одеяло.

— Ты прирождённый воспитатель, тебе бы с детьми работать, — не отводя взгляда от Луина, бросила Кайтелла и поднялась наверх. Кир устремился следом.

Старая женщина склонилась над картой, прищурив глаза, словно эта нехитрая уловка помогала видеть лучше. Когда Кайтелла подошла ближе, Анабель ткнула костяшкой указательного пальца и сказала:

— Здесь. Где-то здесь должна быть ферма Айдара, среди прочих, — затем она обвела небольшую область на карте. — По моим предположениям.

— По твоим предположениям?

— А я похожа на картоведа? — фыркнула старуха, укладывая ткани на стеллаже. — Я только шью и продаю одежду.

— Поедем и спросим на месте, ближе к цели, — воодушевился Кир.

— Поедем. Только Клауса возьму с собой: не люблю без него выходить, он частенько выручает.

— Да-да! Бери Клауса с собой, — оживился Кир. — Мы с ним прекрасно сработались.

Спустя некоторое время они отправились в дорогу — на конях, взятых из конюшни друга Кайтеллы за небольшую плату.

Путь должен был занять пару часов, и, покидая лавку вместе с Клаусом, Кайтелла ловила себя на тревоге: не хотелось думать, что на неё могут снова польститься. Говорить не тянуло — мысли о случившемся не отпускали.

Кир же был воодушевлён. Они ехали за петухом для него, и он не умолкал:

— Петух! У меня будет свой боевой петух! Ему нужно дать грозную, боевую кличку. На петушиных боях ведь объявляют птиц, выходящих на арену?

— Да, — сухо ответила Кайтелла, не будучи уверенной в этом. Ответ был нужен лишь затем, чтобы Кир продолжал предаваться своим мечтам и не засыпал её вопросами.

— Имя моего петуха будет звучать так, что вселит ужас во всех, кто решится бросить вызов мне и моему бойцу. Тёмная Смерть или Бритва Судьбы. Мы пронесёмся, как ураган, по всем сторонам Света, выигрывая бой за боем — и на Севере, и на Юге, и на Западе, и на Востоке. Все, кто выйдут против нас, падут — какой бы ни была земля под ногами и кто бы ни был хозяином арены. Каждый новый враг, готовый бросить нам вызов, вопреки всем законам, которые так ясно показывает мир и которые кричат им: «Не связывайся с этими двумя», — будет повержен, унижен и брошен в нечистоты, скопившиеся от павших птиц, окроплённых собственной кровью.