Иван Лагунин – В шкуре демона. Орды Хаоса (страница 44)
— Ну, валяй, рассказывай.
Зог раздвинул губы в улыбке и оторвался от стены.
— Что ж. Буду краток. Тем более что я не смогу держать темпоральный карман долго… — он бросил взгляд на Убадана, который выглядел так, будто совсем не удивлен столь внезапному перемещению (хотя, кто его разберет в этой дымке и под попятнаной Изначальным Хаосом шкурой), потом вновь оборотился ко мне. — Вторгнувшийся в Защитную Сферу Ррана Хаос смешал мне все карты. Я не могу противостоять и Троице, и Хаосу одновременно. По понятным причинам с Троицей на мировую я пойти не могу. Значит, придется договариваться с Хаосом.
Он оборотился к Убадану.
— Хаос не враг тебе, Зог. И никогда не был врагом, — произнес он, и от его голоса меня едва не вывернуло наизнанку.
В этом голосе сосуществовали тысячи других голосов. Из прошлого, настоящего и будущего, умерших и ныне живущих, всецело принадлежащих Хаосу и тех, кто коснулся его впервые. Обладатели которых еще не знали, что уже стали его рабами. От этого голоса каждая частица, каждая молекула прячущегося в моем теле Хаоса громко и настырно заявила о себе.
Пыльный бог скривился от звуков своего имени.
— Ну да, ну да… знаем мы эти сказки…
— Хаос знает, что рано или поздно, все Сущее вернется в его лоно, — продолжил Убадан. — Чуть раньше, чуть позже… не имеет значения. Хаос умеет ждать.
Зог снова повернулся ко мне.
— То есть вы уже обо всем договорились?.. — скорее выплюнул, нежели произнес я. — И чем же ты заплатишь за такую отсрочку? Чем за нее заплачу я? Тоже… отдамся этому дерьму, как он?
Я с ненавистью сплюнул в сторону Убадана.
— Я заплачу… — негромко произнес Зог. — И немало. Ты же отдашь ему город, из которого я переместил вас сюда. Со всеми жителями.
Вот же сукин сын! Нет, ну какая же тварь. Собирается оплатить свою жизнь жизнями гарадийцев!
Гнев вскипел клокочущей массой. Мир побагровел, а из нутра непроизвольно вырвался хриплый рык…
Но Зог словно бы и не заметил этого.
— Это единственный выход, Славик, видят Сущие, я никогда не пошел бы…
— Кому ты п*здишь, пыльная твоя душонка⁈ — взревел я, разрывая витиеватую паутину его слов. — Плевать ты хотел на жизни смертных червей! Х*й тебе, я не союз с этим обмылком! — я ткнул зажатой в руке секирой в Убадана. — Он уже отдал своему засратому Хаосу сотни и тысячи людей! Он…
— Выбора нет! — возвысил голос Зог. Он заметался по комнате, пригвождая к месту, а сухощавая фигура Мертвого Бога вдруг выросла в гигантский колосс, что попирал небеса.
«Выбора нет». Ох, и намонстрячился этот говнюк ставить меня в безвыходное положение. И да, я скорее ему верил, чем не верил. На самом деле нынче Мертвый Бог как никогда за время нашего знакомства выглядел мертвым. Но пойти на сделку с Хаосом? Отдать продавшемуся Хаосу выродку Гарад со всеми жителями и получить у себя под боком исходящую на гниль и сукровицу язву? Жить с ожиданием удара в спину? Уверен, дай только Хаосу укорениться, очень скоро он раскинет щупальца на полконтинента. Столкновение неизбежно и скоро, и в намного более худших для меня условиях.
— Выбора нет, — повторил Зог, вдруг оказавшись совсем рядом. — Поверь, Славик, сделка с Изначальным Хаосом — это последнее к чему я хотел бы прибегать. Но выбора нет. Троица во главе с Ганешем не жалеет сил, чтобы пробиться на Рран. Они понимают, что если я получу достаточно сил, они никогда больше не смогут ввергнуть меня в небытие. Больше никогда. От того сделают все, что задавить меня сейчас!
Горячий шепот пыльного бога внедрялся в подкорку мозга, словно перфоратор. Давил, ввинчивался. Сколь он был непохож на обычно вкрадчивые интонации. Неужели, он настолько перепугался, что готов пойти даже на это? Или то снова обман? Сколько раз эта скотина кидала меня в самых неожиданных местах.
— … Выбора нет, Славик, выбора нет. Не для меня, не для тебя. Мы в одной лодке. И выбора нет…
Но ведь выбора же в самом деле нет! И мы действительно в одной лодке! Хочу я или не хочу, но я прикован к пыльному божеству. Пойдет ко дну он, пойду и я…
Стоп! Чьи это мысли? Мои… или его? Почему в голове столько тумана? Почему эти самые мысли еле ворочаются?
Взрыкнув, я оттолкнул ублюдка! Толчок получился слабым, будто я не двухсполовинойметровый демон, а сущее дитя. Ладонь обожгло иномировым хладом, а Зог взревел разъяренным быком.
— Дашак! Ты сам на это напросился!
От его крика зашатался потолок. Мозг заметался по черепушке, не зная, где можно укрыться.
Мгновение и Мертвый Бог вновь рядом. Его высохшая рука легла на рукоять торчащего из моей груди костяного клинка, и внутрь мне хлынул космический холод.
Интерлюдия 5
Днем ранее.
Остаток ночи прошел в тяжелых раздумьях. Изначальный Хаос все ближе подступал к средоточию того, что можно было назвать моей сутью. Одновременно с тем, с другого фронта к нему подступал Зог. Вонзенный в мою плоть костяной кинжал по капле, по молекуле отравлял меня своим хладом. Их битва была близка и я был уверен, Зог сможет меня защитить, вот только… чтобы воспользоваться этой защитой, мне придется отдать ему всего себя.
Так себе выбор.
Изменение или Подчинение.
Черт подери, как я устал… Высшие сущности вконец измордовали бедного Славика. Должен быть выход. Как защититься от вездесущих миазмов Хаоса, не ложась под пыльное божество? Ведь судя по всему, такие проблемы с Хаосом, из всех дутуровых отпрысков, только у меня?
Гм…
Я почувствовал в руках ускользающую ниточку концептуальной мысли.
Нет. Как минимум, проблемы с Хаосом есть у еще одного из выкормышей Дутура. У Убадана. Или нет. Этот пример скорее исключение. Насколько я понял, ублюдок отдался Изначальному Хаосу по собственной воле. Дабы получить на руки крапленого туза!
А остальные?
Точно это, конечно, неизвестно. Но, чувствую задницей, нет у них таких проблем! И еще бы им быть, ведь Дети Дутура прикасаются к Хаосу в раннем детстве. Их обучают не перешагивать за грань!
В отличие от…
Если логика верна, варианты есть. Надо лишь найти того, кто объяснит мне, что к чему.
Ха! Но даже если я сумею найти способ выйти на кого-нибудь из названных собратьев, вряд ли кто-нибудь снизойдет до помощи. Кто еще?
Сакодах?
Ублюдок в последнее время четко показал, чью сторону выбрал. Хрен он мне что подскажет.
А еще?
Мозг лихорадочно заработал. Я чувствовал, что иду по верному пути. Ответ где-то рядом. Мысли загудели, шестеренки завертелись.
Какой-нибудь жрец? Хаос хренотень известная. В конце концов, на Рране уже как несколько десятилетий поклоняются Троице, которая сама по себе есть Хаос… Черт подери, как жаль, что нуразги прирезали своих жрецов! В Большом же мире храмы Ганешу сотоварищи ставят редко, считая, что отношения с богами — штука весьма интимная.
Ну а маги? Спорю на все, что угодно, тот перец, что едва меня не укокошил в моем же шатре, чего-нибудь, да мог бы намозговать. А Аурон?
Гм…
Пустынник пока не впечатлял. Но, по-моему, он приглядывался ко мне не меньше, чем я к нему и всех карт не раскрывал. Например, меня крайне интересовало, что они там готовили по мою душу, перед тем, как прибытие Убадана бросило Гарад в мои загребущий объятья. И, кстати, эти чары вполне могли быть некой страховкой…
Но об этом можно подумать после.
Утро застало меня все в том же раздрае. Дум было передумано за ночь с вагон и маленькую тележку. Но…
Кое-что я намозговал, ха-ха! План казался фантастической дурью! Но что было делать еще?
— Четыреста Первый… — позвал я негромко.
В рощице, где я уединился для интимного базара, стояла покойная тишина. Лишь слегка шелестели листья деревьев на слабом ветерке от океана, да где-то капала вода.
— Четыреста Первый, мать твою!
На пятую минуту гневных требований, я уже малость призверел, обещая синюшному ублюдку ужасные, возможно, анальные кары. Но вдруг пространство передо мной зарябило, сморщилось, пошло трещинами и вдруг изрыгнуло из себя серебристую сферу.
Ого. Что-то новенькое.
Какое-то время по ее поверхности шли помехи, а потом она внезапно развернулась в сотканный из тумана бюст каура. Синюшная морда с огромными раскосыми глазами была явно чем-то озабочена.