Иван Лагунин – В шкуре демона. Орды Хаоса (страница 24)
Я послал на подкрепление Бесам пятерку Гончих, а сам наконец-то перевел дух. В бою наступила небольшая пауза. Мы отогнали орденцев от пролома в стене, загнав их в застройку. Но передышка не будет длительной. У Мореналя еще сотни Рыцарей и я не уверен, что мы выдержим еще один накат. Благо, Огнеметчиков не могло остаться много. Раз, два, три, четыре, пять, шесть… — я пересчитал пузатые фигуры, выделяющиеся среди других трупов.
Взор Ахара…
Фух! Похоже, все-таки удалось! Окруженные бойцы были совсем рядом. Буквально на соседней улице! Уже вскоре на заваленную трупами площадь стали втекать потрепанные воины «Черного» легиона с редкими вкраплениями Рыцарей Хаоса.
На мгновение у меня мелькнула мысль продолжить сражение… но я быстро ее отогнал. Войска были в полнейшем беспорядке. Легионы перемешаны между собой, потери огромны. Мы сгрудились на крохотном пяточке близ стены. Если у врага еще остались маги, парочка хороших заклинаний или та хрень, что взорвала ворота Гахагана, устроит тут форменное побоище.
И я приказал начать отход.
Погладывая хорошо прожаренное бедро Раба в винном соусе, я с мрачным видом листал посвященную личному составу легионов вкладку Интерфейса.
Принимать поражение было не в первой. И ничего хорошего в этом не было. Чаны моих крепостей быстро восполнят потери. Но оплеуху я получил обидную. Ну и опять же… потеря времени. Его мне было жаль куда как жальче двух сотен юнитов!
Я тяжело вздохнул, поймав себя на мысли, что вновь думаю о живых существах, как о циферках.
Сплюнул.
Настроение ни к черту.
Лагерь неравномерно просыпался. Где-то Фингал уже почем зря гонял прибывший накануне молодняк, а где-то позевавая, чесали животы нуразги. За тихонько дымящей крепостью приглядывал легион Шазама. Ему досталось меньше всего.
Я бросил сумрачный взгляд на подкопченные стены и грязно выругался, славно пройдясь по Ордену и по Мореналю конкретно!
Основная проблема сейчас была даже не в потерях, а в том, что обученные войска утонули в едва вяжущих лыко море новобранцев. Последствия этой проблемы я лично увидел в действиях легионеров Шазама. Бардак в зоне пролома во многом был следствием именно ее. Витая в стратегических планах, я совершенно оторвался от земли. Нарисованные в интерфейсе циферки пленяют, а большие циферки пленяют абсолютно.
Ха. Что-то похожее где-то я уже слышал.
Опрос командиров подтвердил эти наблюдения. Спаслись, по факту, мы чудом. В основном за счет скованных железной дисциплиной ветеранов Фингала. Которые сумели в кратчайшие сроки организовать круговую оборону в городе и не дать распилить проникшие в Вочарку войска на множество кусочков.
Надо сказать, паление обученности я предвидел. И потому старался не создавать легионы с нуля, перебрасывая старичков в новосформированные части. И это работало, пока новички не стали преобладать. Кратный рост численности войск, сокращение периода обучения и бесконечные битвы, плюс отсутствие опыта у главкомандарма… и в итоге мы получаем поражение на блюдечке.
Доглодав кость, я выбросил ее в кусты и, поднявшись, потянулся до хруста костей. В груди неприятно засаднил подарочек пыльного бога.
— Фых! — рявкнул я, и рядом тут же возник ординарец. — Пришли писаря.
Вскоре я уже диктовал распоряжения Шулевику и Гарею, а маленький сморщенный Шаман, один из птенцов школы Шулевика, аккуратно переносил их каллиграфическим подчерком на пергамент.
Вы хотели войны? Вы ее получите!
План был не просто прост, а очень прост. Я собирался завалить ублюдков мясом. Почти тысяча Маны Хаоса в день с четырех крепостей позволяла выращивать до двух сотен Бесов и Гончих. Обычно, перед посылкой в линейные части они проходили двухнедельные курсы молодых бойцов в учебном легионе в Дыре, там их обмундировывали созданной из панцирей пустынных монстров броней, а закаленные в боях ветераны обучали правильному строю и действиям в составе когорт и эскадронов. Бывало, когда на фронте ощущался сильный недостаток бойцов (а это случалось все чаще и чаще), эти курсы сокращались до недели или даже трех дней. Но сейчас я намеревался забить, как на обучение, так и на обмундирование (заготовительные команды Дыры и Гахагана были просто неспособны добывать панцири в таких объемах. Тем более, близ населенных пунктов монстров за последнее время существенно подвыбили).
Да будет Орда!
Первую пробную атаку я провел уже через два дня. Эти дни Рыки не замолкали ни на минуту, сделав в стенах Вочарки еще два пролома. Три сотни Бесов и Гончих атаковали сквозь них орденцев сплошной бурлящей от ярости массой.
Потери были чудовищны.
Но на следующий день, ко мне прибыло еще две сотни воинов. И вновь атака. И снова груды трупов моих юнитов, снова подкрепление и новая атака.
Кровавый демон во мне упивался льющейся кровью. А люди в городе дрожали от ужаса, наблюдая эти бесконечные волны атакующих чудовищ.
Выжившие частично пополняли мои легионы, которые, не теряя времени, активно тренировались городскому бою в построенном невдалеке лагере.
Не терял времени и я, организовав системную оккупацию междуречья Анадры и Андана. Эти места были густо населены. И хотя поначалу множество поселенцев с руками в ногах бросилось на северо-запад, видя, что страхолюдные демоны не собираются лакомиться младенцами, народ постепенно возвращался. Как правило, пока что я не трогал устоявшуюся бюрократическую систему, а лишь замыкал ее на себя.
Но вернемся к Вочарке.
Вот он! Долгожданный миг!
Делегация орденцев медленно, с непокрытыми головами, шествовала через вытоптанное поле. За их спинами дымились зияющие дырами стены. Они были усеяны народом.
Я встречал делегацию, сидя на меланхолично глазеющей в синее небо Мертвой Гончей. Рядом стояли мои Капитаны. Позади выстроенный четкими квадратами «Черный» легион и полк «Ахар-Бадабан».
На самом деле мысль о сдаче давно бродила под моей черепушкой. Это был куда более удобный вариант для нас всех. Для меня отпадала необходимость выкуривать орденцев из каждой щели, для них же это был единственный шанс сохранить жизнь и свободу. Оставалось лишь дождаться момента, когда люди в Вочарке догонят что это действительно единственный шанс на спасение. И бесконечные волны верещащих Бесов и рычащих Гончих стали решающим аргументом.
Вот орденцы приблизились. Впереди шел Мореналь. Высокий мрачный старик с аккуратно подстриженной бородой. Рядом еще несколько Рыцарей — ближайшие сподвижники и тройка типчиков в гражданском платье — Выборник и главы богатейших гильдий — гражданская администрация города.
Мореналь мрачно оглядел ровные ряды моих воинов и, медленно, с легким металлическим свистом, вытащив меч, опустился на одно колено и протянул его мне, склонил голову. Тут же к старому Рыцарю подскочил Фых, торжественно взял меч, подбежал к Мертвой Гончей и протянул его мне.
Вот и все.
— Не я пришел к вам с мечом! Это вы пришли в мои владения и принесли в них войну! — громко сказал я. Уверен, меня было прекрасно слышно на стенах. Я медленно обвел взглядом погруженные в мертвую тишину забитые народом стены города. — Но я незлоблив и не мстителен. Отныне все вы поданные моей Державы! И с этого моменты любой из моих воинов, который поднимет вас руку — ответит передо мной по всей строгости! Бывшие же члены Ордена вольны покинуть мои границы вместе с семьями и всеми, кто только захочет к ним присоединиться.
На самом деле условия сдачи Вочарки были подробно обговорены в предыдущие два дня. И я действительно не собирался чинить препятствий в исходе на север. По сути, основных условий спасения бедолаг было три: это клятва боле не поднимать на меня оружие (коей я на самом деле не слишком верил), помощь в сдаче Шайдарда и Сакодаха и, самое главное, которое обеспечивало исполнение первых двух — выдача всех дакири и остальной машинерии Ордена. И оно было самым тяжелым из трех. Поначалу я хотел включить в ультиматум еще и условие передачи всех тайн Ордена, но в этом они уперлись, аки упрямые ослы. Так что архивы они унесут с собой.
Да, я, конечно, мог подвесить упрямых ублюдков за ребра после и выпытать их секреты, но… на деле они были мне не столь уж и нужны. Не засовывать же мне в дакири Бесов?
Так что — пусть их.
И начался Исход.
За ним я наблюдал уже стоят на балконе орденской цитадели. Бесконечная вереница подвод и телег вытянулась на север извилистой змейкой.
Я прислушался к себе, ожидая увидеть восторг и счастье от наконец свершившегося великого дела… но внутри была только усталость. Нервяки последних дней выжали меня, словно губку.
Как мне доложили на следующий день один из писарей — Вочарку покинуло более трех тысяч человек — почти треть населения.
Мне же отдых только снился.
Дождь лил как из ведра уже третий день кряду. Город скрылся за серой пеленой, словно обидевшись на незваных гостей. Мрачные горы нависали над цитаделью едва различимой тенью.