Иван Кузмичев – Покой нам только снится (страница 29)
Девки, а по — другому Варфоломей уже и не мог их называть, змейками скользили по возбужденно дрыгающимся телам новоявленных "героев". Они вились вокруг них словно возле шестов: то руку положат, то ножкой обовьют.
"Твари!" — зло подумал Вар.
Юноша знал, к кому именно относятся его слова. И обращены они были явно не к полупьяным юнцам. Их то Варфоломей понимал — повелись на короткие юбчонки, ладненькие фигурки и едва ли не эротический танец, исполняемый в центре танцпола. Удержать от такого соблазна почти невозможно тем более, когда голова почти не работает и верх над телом берут животные инстинкты богато сдобренные флюидами самок. Крикни "Ату!" и они бросятся, даже не понимая, зачем и для кого это делают.
Между тем Гриша с Остом дошли до танцующих подруг, позади них чуть отстал Тимка, Вар, как оказалось, шел замыкающим. К моменту когда он подошел к друзьям на них уже обратили внимание.
Покрасневшие глаза, румянец на щеках, наглая уверенная ухмылка и ладони сжатые в кулаки — "отряд" довольно резво понял откуда исходит опасность. Вмиг позабыты девки, в крови подскочил адреналин и градус алкоголя словно кувалдой ударил по мозгам.
Мысли прочь! Разум долой! Противник впереди — ату его!
Долгожданные "груши" наконец найдены! Полупьяные самцы — юнцы даже не сказали ничего банального из серии: "Уступите девочек" или "Гуляйте парни — вы свободны. Девочки этой ночью заняты!". Дуболомы — а именно их сейчас и напоминали ухажеры — все как один сделали шаг вперед…
Варфоломей сначала думал о том, что к ним сейчас подойдут охранники, коих только в этом зале не считая остальных помещений клуба, насчитывалось не меньше десяти, но этого не случилось — накаченные парни в серых пиджаках и темных брюках предпочли наблюдать с угрюмым интересом со стороны.
"Суки! Тоже мне, развлечение нашли!" — Вар демонстративно плюнул на замызганный пол, глядя в глаза одному из качков. Тот в ответ нагло ощерился. Мол, давай паренек, мы с тобой попозже поговорим, пока у тебя итак дела намечаются.
Этот говнюк, с умишком младенца был прав — "отряд" перешел к решительным действиям. Трое из семи сделали полшага вперед и отработанными не единожды ударами начали потасовку.
Вар в мгновение ока оказался рядом с друзьями, перехватил летящий кулак и резко ударил локтем. Нос противника хрустнул, его владелец дернулся вперед, занося вторую руку, и тут же согнулся от боли — Вар вполсилы ударил в чревное сплетение.
Курсантов учили выводить противника из боя самым быстрым способом, и юнцу еще повезло, что легко отделался, мог ведь и по гениталиям получить.
Драка набирала оборот.
Вокруг парней образовалось пустое место, танцы прекратились, но ди — джей этого не замечал и продолжал портить винил. Курсанты в первые секунды отбивались от шестерых, помня о том, что нельзя их калечить. Но потом один из юнцов вытащил откуда — то складную тонкую дубинку…
Не ожидая от малолеток особой прыти, курсанты веселились — им было даже радостно оттого, что появилась возможность почесать кулаки. С их лиц не сходили улыбки. Но вот юнец как-то хитро извернулся и ударил Косте по лицу. Тонкий металлический прут, в резиновой оболочке приложился по скуле.
Константин без сомнения мог бы увернуться от удара или на крайний случай заблокировать его. Отбить. Но он этого не сделал — расслабился, за что и поплатился. Ост мотнул головой и медленно осел на пол, заливая гладкую плитку клуба кровью из рассеченной брови и щеки.
Малолетка зло улыбнулся и словно шакаленок тявкнул пару фраз и с удвоенной энергией начал размахивать дубинкой, но теперь ребята были собраны и не подставлялись. Дружки гаденыша, почувствовавшие слабину попытались скооперировать силы и задавить, опрокинуть курсантов, но получили отпор — отошли, размазывая по лицам кровь вперемешку со слюнями.
Сегодня им достался сильный противник.
— Прикройте, я Оста оттащу, — скомандовал Вар.
Он подхватил друга под мышки и быстро потащил к ближайшему стулу. На кровь Вар внимания не обращал, к ней он успел привыкнуть еще на первом месяце учебы.
Оставшиеся вдвоем Гриша и Тимка оживились, у них появилось больше места для маневра и они пытались огрызнуться, но убрать угрозу в лице шакаленка, ловко орудующего дубинкой, не получалось — боков его прикрывали подельники. Драка затягивалась.
— Заканчиваем!
К Грише с Остом подскочил Варфоломей и с лютой злобой запустил в юнца взятой со стола пустой бутылкой пива. Снаряд перекувырнулся и врезался в лоб. Шакаленок взвизгнул и обмяк, заваливаясь на спину. Дубинка вывалилась из ослабевших пальцев. Его подельники еще не до конца осознали что ситуация круто переминалась, а на них уже насели озлобленные крусанты.
Удар! Кулак впечатывается в скулу. Второй удар в живот — противник охает, резко вдыхая воздух. Толчок плечом, косой мах, тычок локтем — юнец начинает заваливаться, не в силах удержаться на ногах. И напоследок добивающий сверху вниз. От такой связки не встают, а если и встают, то только в дешевых боевиках или компьютерных играх.
Курсанты действовали слажено, на каждого противника уходило несколько секунд, не больше. Не успели борзые юнцы огрызнуться, слишком быстро роли поменялись, а они привыкли доминировать, быть главными, брали силой, а это само по себе черева то. Сила силу ломит.
Варфоломей — злой, дико недовольный и раздраженный не успел отшвырнуть от себя последнего стоящего на ногах противника, когда почувствовал за спиной приближающуюся опасность. Ее почувствовал не только он — Гриша с Тимофеем тоже напряглись. Но они совершили ошибку — стали оборачиваться, а следовало мгновенно сменить позицию…