Тем более кричит и ропщет на людей:
Не видит добрых он, куда ни обернется,
А первый сам ни с кем не уживется.
«Волк и Кукушка». Басня опубликована в журнале «Чтения в Беседе любителей русского слова» в 1813 г. О времени написания данных нет. Текст окончательно установлен в издании 1843 г.
В басне выражена мысль, что многие охотно винят других в том, в чем сами виноваты, плут часто выставляет себя как невинную жертву людской несправедливости.
Манил себя покоем – надеялся на спокойную жизнь.
Благочестивый – добрый, почитающий бога.
В ладу – в мире, в согласии.
Аркадия – область в Древней Греции, которая, благодаря плодородию почвы и мирному нраву ее жителей, славилась как счастливая страна.
Агнцы – ягнята, детеныши овцы.
Не поминай меня лихом – забудь, прости мне все дурное (лихо – зло).
В неге – в покое, в наслаждении.
Быть без шубы – быть без шкуры, придется погибнуть.
XVIII
Петух и Жемчужное Зерно
Навозну кучу разрывая,
Петух нашел Жемчужное Зерно
И говорит: «Куда оно?
Какая вещь пустая!
Не глупо ль, что его высоко так ценят?
А я бы, право, был гораздо боле рад
Зерну ячменному: оно не столь хоть видно,
Да сытно».
Невежи судят точно так:
В чем толку не поймут, то всё у них пустяк.
«Петух и Жемчужное Зерно». Рисунок А. Жаба. Начало ХХ в.
«Петух и Жемчужное Зерно». Басня опубликована в сборнике «Басни» в 1809 г. Данных о времени написание нет. Текст окончательно установлен в издании 1815 г.
Басня самим автором была отнесена к числу «переводов или подражаний». Она представляет собой коренную переработку басни Лафонтена «Петух и Жемчужина», в свою очередь обращавшемуся к басне Федра «Цыпленок к жемчужине». До Крылова в России этот сюжет разрабатывали Тредиаковский («Петух и Жемчужина»), Сумароков и Хвостов (оба – «Петух и жемчужное зерно»), А.П. Бенитцкий («Петух и Алмаз»).
В басне выражена мысль, что невежа считает пустяком все то, чего он не понимает.
Жемчужное Зерно – жемчужина, драгоценный камень.
Куда оно? – на что оно годно.
Вещь пустая – лишняя, ненужная вещь.
Толку не поймут – не в состоянии понять.
XIX
Крестьянин и Работник
Когда у нас беда над головой,
То рады мы тому молиться,
Кто вздумает за нас вступиться;
Но только с плеч беда долой,
То избавителю от нас же часто худо:
Все взапуски его ценят;
И если он у нас не виноват,
Так это чудо!
Старик-Крестьянин с Батраком
Шел под вечер леском
Домой, в деревню, с сенокосу,
И повстречали вдруг медведя носом к носу.
Крестьянин ахнуть не успел,
Как на него медведь насел.
Подмял Крестьянина, ворочает, ломает,
И, где б его почать, лишь место выбирает:
Конец приходит старику.
«Степанушка родной, не выдай, милой!» —
Из-под медведя он взмолился Батраку.
Вот, новый Геркулес, со всей собравшись силой,
Чтó только было в нем,
Отнес полчерепа медведю топором
И брюхо проколол ему железной вилой.
Медведь взревел и зáмертво упал:
Медведь мой издыхает.
Прошла беда; Крестьянин встал,
И он же Батрака ругает.
Опешил бедный мой Степан.
«Помилуй, – говорит, – за что» – «За чтó, болван!
Чему обрадовался сдуру?
Знай колет: всю испортил шкуру!»
«Крестьянин и Работник». Рисунок Н. Денисова. 1898
