Иван Козлов – История философии в контексте времени (страница 9)

«Эйдос», «идея» – это образец каждой вещи, но в первую очередь – это «облик» той вещи, с которой мы встречаемся, но подлинную сущность которой не всегда распознаём. Этот облик, подлинный лик вещей запечатлен в нашей душе, и душа несёт в себе это подлинное знание, поскольку она бессмертна и созерцала истинную картину мира (диалоги «Федр» и «Федон»). Платон говорил: «То, что придает познаваемым вещам истинность, а человека наделяет способностью познавать, это ты и считай идеей блага – причиной знания и познаваемости истины».

Платон обосновывал необходимость припоминания виденного душой. И путь к воссозданию забытого и самого ценного для человека – это путь созерцания, любования и любви – Эроса (диалог «Пир»). Главная часть души – возница или разум – управляющее начало тела и в то же время нечто, отличное от чувственной сферы. Душа может припомнить (анамнезис) другой мир, потому что души переселяются из тела в тело (метемпсихоз).

Душа, прежде чем вселяться в наше тело, созерцала прекрасное само по себе, равное само по себе, справедливое само по себе. Столкнувшись с прекрасным в природе, она начинает всё это припоминать. А Эрос как бы соединяет чувственный и умопостигаемый мир. Он позволяют душе в соприкосновении с чувственным миром все больше приближаться к прекрасному самому-по-себе. Любуясь и удивляясь чувственным миром, человек переходит от одной ступени к другой, всё более и более приближаясь к прекрасному как таковому, а этим прекрасным оказывается знание само-по-себе. Прекрасное – это путь к постижению знания, когда душа начинает тосковать и томиться в поисках истинных сущностей.

Для каждой вещи фиксируется её смысл, идея, которая, как выясняется, для любой вещи данного класса вещей одна и та же и обозначается одним именем (есть множество лошадей, карликовых и нормальных, пегих и вороных, но у всех у них есть один и тот же смысл – лошадность). Соответственно, можно говорить о благом вообще, прекрасном вообще, зеленом вообще, доме вообще.

Учение Платона об обществе. Главная Идея – это то самое единое, составляющее суть многообразия. Проблему единого и многого Платон разрешает следующим образом: единое – это идея, а её проявления – это многое. Идея соотносится как с материальными, так и с душевными явлениями.

Учение об идеях Платон использует в учении об обществе. В устройстве общества осуществляется идея справедливости. Справедливое государство – то, в котором каждый занимает свое место, в зависимости от преобладающей части души (разумной, аффективной, вожделеющей). Те, в которых преобладает вожделеющая душа, т. е. достигшие стадии умеренности, но не мужества и тем более мудрости, должны быть крестьянами, ремесленниками, продавцами (купцами). Тем, в которых преобладает волевая, мужественная душа, суждено стать стражами. И только достигшим в своем духовном развитии мудрости по праву можно быть политическими, государственными деятелями. В совершенном государстве между тремя описанными выше классами общества должна быть установлена гармония. Каждый должен делать то, на что он вправе претендовать по состоянию своей души.

Аристотель (384–322 до н. э.) – ученик Платона, воспитатель Александра Македонского. Поставил вопрос: «Если идеи вне мира, каким образом они определяют мир?». Подчеркивал эмпирическое начало познания. Познание неизбежно начинается с единичного. Соотношение общего и единичного контролируется наукой логики. Логика – это не только наука о том, как в познании осуществляется переход от единичного ко всеобщему, но и наука о бытии всеобщего, т. е., логика у Аристотеля одновременно является и онтологией. Поэтому наука лишь начинается с единичного, подлинным её предметом выступают вечные непреходящие сущности.

Единичная вещь – это материал, в котором реализовались форма и сущность как таковая. Каждая вещь существует благодаря реализовавшейся в ней форме как вечной сущности. В этом плане каждая вещь есть одновременно и возможность, и действительность. Действительность – это всегда действительность реализовавшейся формы. Любой предмет одновременно является и возможностью, и действительностью. Прежнее положение о сущности как о единичной сущности и о сути вещи играет большую роль и в учении о возможности и действительности, но теперь рассматривается не сама определённость, устойчивость вещи, а переход её из одного определённого состояния в другое.

Единичная сущность содержит в себе возможность и действительность таким образом, что первая постоянно превращается во вторую, а вторая вновь становится первой, причём переходы возможности в действительность не хаотичны и не беспорядочны.

Возможность, присущая вещи в цикле её превращений в виде внутреннего задатка, тенденции её развития, определяет предмет на всех этапах этого развития. При этом речь продолжает идти о единичных предметах – кирпичи превращаются в дом, дерево становится столом и т. д. Но теперь единичный предмет рассматривается со стороны его взаимоотношения с другими единичными предметами, благодаря чему мир не распадается на автономные, изолированные сущности, он сохраняет в себе единство, целостность, динамику, обнаруживаемую на уровне любого единичного предмета.

Дело в том, что во взаимоотношениях возможного и действительного явный приоритет отдается действительному. Действительность выступает как бы чем-то высшим, а возможность – низшим. В мире, среди того, что считается сущностями, то есть, среди единичных вещей «большинство – это лишь возможности», констатирует Аристотель. Большинство предметов составляет как бы материал для последующих превращений.

Возможность таится в самом сочетании предметов, действительный мир не превращается в хаос, поскольку изменения происходят в рамках прежнего порядка и единства. Необходимым выступает не какое-то новое состояние, а само наличное состояние предметов, благодаря чему и можно говорить о необходимости в переходе возможности в действительность. Необходимое, по Аристотелю, это то, что логически прогнозируемо и наиболее достоверно.

И, наконец, в переходе от возможности к действительности всегда есть то, что движет (осуществляет) этот переход, и то, что движимо (осуществляется). Но когда мы говорим о действительности как о начале и причине движения, мы переходим к рассмотрению вопроса о соотношении материи и формы. Возможность выступает как материя. Переход возможности в действительность, объясняется полностью на основании причинности. Он допускает наличие четырех причин: материальной, формальной, движущей, целевой. Именно материя определяет единичное бытие предмета. Формальная, движущая, целевая причины определяют общее в предмете. В этом смысле три причины (формальная, движущая, целевая) объединяются в своей противоположности материи и материальной причине («содержимому вещи, из чего она возникает»).

Аристотель развил телеологию – учение о цели. Цель есть наилучшее во всей природе. Главенствующая наука та, «которая познает цель, ради которой надлежит действовать в каждом отдельном случае…». Причиной поступков людей оказываются их цели, целевые приоритеты. Предметом науки должно стать изучение неизменной, но познаваемой сущности мира. Аристотель исходил в рассуждениях из принципа отсутствия пустоты в природе, т. е., он строил континуальную картину мира, принципиально противоположную атомистической, дискретной. Аристотелевский космос иерархически организован, состоит из многих субординированных уровней, слоев. Каждый слой обладает своими специфическими закономерностями, и в каждой точке мира, в каждом направлении пространства действуют свои законы.

Аристотель – основатель логики. Познание считал развивающимся процессом, включающим чувственные и разумные формы.

Деятельность теоретического разума направлена на усвоение высших истин, заключающихся в понятиях и суждениях, к которым можно прийти лишь в индуктивном исследовании. Логика – орудие научного познания. Задача логики – познать истинное соотношение между общим и частным. Способ познания состоит в выведении из общего частного, потому что общее (идея) как истинное бытие, составляет причину явлений и то, из чего и посредством чего может быть понято и объяснено воспринятое явление. Наука должна показать, как из познанного в форме понятия общего вытекает воспринятое частное. Общее же представляет, в то же время, основание, посредством которого и из которого доказывается частное.

Законы формальной (аристотелевской) логики:

1. Закон непротиворечия: противоречащие утверждения не могут быть истинными по отношению к одному и тому же предмету.

2. Закон исключенного третьего: из двух противоположных суждений одно истинное, другое ложно, а третьего не дано. Или в формулировке Аристотеля: «Не может быть ничего промежуточного между двумя членами противоречия, а относительно чего-то одного необходимо что бы то ни было одно либо утверждать, либо отрицать».

3. Закон тождества: в процессе определённого рассуждения всякое понятие и суждение должно быть тождественными самим себе.

Свое теоретическое учение Аристотель применил к материалу, собранному непосредственным многолетним наблюдением в зоологии, физике, обществознании. В его трудах заложены начала почти всех конкретных естественных наук.