Иван Котляревский – Энеида (страница 8)
Он запрягает таратайку
И дернул с неба – пыль летит.
И все кобылок погоняет,
Что коренная аж брыкает,
Помчались – весь возок скрипит.
Эней тогда купался в браге
И на полу укрывшись, лег;
Ему не снилось о приказе,
Как тут Меркурий в дом прибёг.
За ногу дёрнул что есть духу:
«А что творишь ты, пьешь сивуху?» —
Он во всю глотку закричал —
«А ну, давай-ка, собирайся,
С Дидоной быстро расставайся,
Зевес в поход идти сказал.
«Ну, кто же эдак поступает?
Кто месяцами пьет-гуляет
И накликает гнев богов?
Не зря Зевес наш похвалялся,
Задать вам трепку обещался:
Отлупит так, что будь здоров.
Попробуй только, задержись.
Смотри, чтоб нынче же ты снялся,
Тайком отседова убрался,
Меня вторично не дождись».
Эней, как пес с хвостом поджатым,
Как Каин, враз затрясся весь,
В гонца угрозы верил свято:
Он знал, бесспорно, кто есть Зевс.
В минуту от Дидоны дунул,
Собрал троянцев, как на Думу,
Собрав их, дал такой приказ:
«Как можно быстро укладайтесь,
Со всею ношей собирайтесь,
И – к морю, к лодиям, как раз!»
А сам, вернувшись в дом подруги,
Свои манатья подсобрал,
Набивши хламом два баула,
На лодью шмотки отослал,
И дожидался только ночи,
Когда Дидона смежит очи,
Чтоб, не прощаясь, тягу дать.
Хоть он по ней истосковался
И грустный целый день болтался,
Но что же? Надо покидать.
Дидона сразу отгадала,
О чем грустит дружок Эней,
И всё себе на ус мотала,
Чтоб как пристроиться и ей:
Из-за печи порой глядела,
Как будто задремать успела:
И, мол, она не прочь поспать.
Эней решил, что уж уснула,
И можно делать ноги к югу,
А тут за бок Дидона – хвать!
«Постой, паршивый пес, собака!
Со мной сначала расплатись,
Не то подвешу кверху сракой,
Попробуй только, шевельнись!
За хлеб, за соль такая плата?
Ты всем, привыкшим насмехаться,
Распустишь славу обо мне!
Пригрела в пазухе гадюку,
Чтоб боль потом терпеть и муку,
Постлала пуховик свинье.