Иван Конев – Дождь. Первое безумие (страница 4)

– Работает! Воскликнул он. Ну, хоть так. И машина выехал из гаража.

Проезжая мимо автобусной остановки Коля подмечал, что сегодня на ней почти никого нет.

– Разъехались что ли. Вслух предположил он, и посмотрел на часы. 8: 50. Как раз успею все купить и вернуться домой, подумал он. Чуть погодя ему захотелось включить радио. На первой же попавшейся волне играл шансон. Проехав еще пару сотен метров, Коля наконец добрался до гипермаркета. Остановившись на парковке, он, достав бумажник стал пересчитывать деньги. Перебирая купюры, ему на глаза попалось фото его и Насти, его девушки. На нем были изображены красивый, высокий парень и смуглая подруга позировавшая на пляже у пальм.

Надо будет захватить цветов и какой-нибудь мягкой игрушки. Подумал Коля вспоминая вчерашнюю ссору, как обычно, по закону жанра он забыл о дне рождении Насти. Но ей было плевать, что он был очень занят на своей работе. Нет блин, обиделась!

– Эх. Вздохнул Коля и пошел в магазин. Войдя в здание его встретил гул кондиционеров и топот множества ног. Десятки людей сновали туда-сюда. В одном углу кричал какой-то ребенок, а в это время мать ему объясняла, что это она не купит. В другом конце зала охранник докапывался до хипстера насчет снятия рюкзака. Не обращая на это внимания, он протискивался сквозь людей в зал с продуктами. Взяв корзинку, он достал из кармана список.

– Так, яйца, хлеб, мука. Так-так. Ага, понятно. Проходя около стенда с тушенкой, вдруг послышались дикие крики. Коля сразу же стал озираться, что бы понять, почему люди кричат. Оказалось, что вопли доносились около входа в магазин. Он сразу напрягся, но вдруг земля затряслась, а пол стал покрываться небольшими трещинами. Коля хотел было сделать шаг, но запнулся об образовавшуюся щель и упал на пол, а в это время почти все люди продолжали бегать и носиться, и никто даже не думал останавливаться. В это время стеллажи стали падать один за другим, начал осыпаться потолок, а на полу образовались огромные трещины. На Колю же упал тот самый стеллаж с консервами, но крик неожиданной боли застрял в его горле, остановленный грудой железа, упавшей на него.

Выезжая во внутренний двор, где стоял сломанный гелик земля вдруг затряслась. Леша с Катей в панике остановились подальше от домов и стали смотреть по сторонам. Многоэтажки стало косить, балконы рушатся, а оставшаяся часть их дома сложилась как карточный домик. Если там кто-то и остался, то теперь он уж точно не жилец, подумал Леша. Все землетрясение длилось всего минуту, но разрушения были огромны.

– Да что же это такое! Сначала метеориты, потом все приборы сломались, а теперь еще землетрясение! Что дальше, ураган и наводнение?! В чувствах орал Леша. Как только землю перестало трясти, мазда тронулась и выехала из двора. А за ним творился хаос. Дома вместе с деревьями горели. Многие здания покосились, а часть вообще провалилась под землю. На дороге всюду были расселены, что сделало проезжую часть лабиринтом.

– Надо осмотреться и решить куда ехать дальше. И Леша взобрался на крышу стоящей рядом машины. Так, по дороге мы далеко не уедем, она вся в трещинах, а там, через триста метров лежит дом. Прямо на дороге лежит, видимо землетрясение постаралось. Значит надо сворачивать. Но куда? На Октяборьском поле завал, а улица Берюзова превратилась в огненный ад из за горящих машин. Остается только Конев, потом доедем до Пехотной, а там посмотрим. С этими мыслями Леша обратно сел в машину.

– В общем так, Катя. По Берюзову и Октяборьском не проехать. Так что двигаемся по Коневой, там до Пехотной, дальше на месте разберемся.

– Хорошо. Согласилась жена и машина тронулась. Первая сотня метров была спокойной. Но дальше начались трудности. Сначала пол дороги перегородило горящее дерево, так что пришлось его объезжать, жар идущий от него мог свисти с ума любого, запертого в маленькой машине, но к счастью Леша быстро проехал его. Потом пришлось побывать в настоящем лабиринте из трещин. Сами они небольшие, так что машина полностью не провалится, но застрять можно. А вытаскивать будет некому, эвакуатор не вызовешь.

– Как думаешь, та боль и землетрясение из-за метеоритов? Спросила Катя, пока муж объезжал опрокинувшийся микроавтобус.

– Возможно, уж слишком большой размах для совпадения. Если смогу, то расспрошу брата об этом.

– Кстати, а ты не пробовал ему позвонить? Спросила Катя и тут же осеклась, поняв глупость сказанного.

– Я хотел, но не мог. А даже если телефон бы и работал, вышки связи наверняка уничтожены. Электроприборы же вырубились. С этими словами они выехали на Пехотную. И вот тут начались странности. По бокам улицы то и время мерцали тени, похожие на человеческие. Леша предупредил об этом Катю, и та достала из сумки сайгу, подарок от Сани. Положив ее на свои колени, она кивнула и ее муж прибавил газу. И тут они увидели бред. Куча белых людей вместо того что бы спасаться или разгребать завалы гналась за каким-то смуглым парнем размахивая над головой чем попало, одни держали арматуру, другие кирпичи, а третьи дубины. И все они орали.

– Вам нет места на этой земле! Мы лучше! Смерть всем другим! Затормозив за сгоревшей машиной, Катя произнесла.

– Что за бред?! Повсюду разрушения, а они решили вспомнить фашизм?! Она была очень возмущена, ведь терпеть не могла расизм, даже в виде простой шутки.

– Да, согласен. Но помочь мы не чем не сможем ему. Видишь. И муж направил палец на толпу. Те загнали того парнишку в угол здания и воздух разразил крик. А через минуту люди ушли. Оставив после себя лужу крови и изуродованный труп человека.

– Ладно. Едем отсюда, а то от этой картины у меня мурашки по коже. Проговорил Леша и мазда тронулась с места. Им все чаще стали попадались люди, чьи перекошенные лица выражали лишь ужас и печаль. Кто-то рылся в завалах. Кто-то копался в машинах. А оставшиеся просто сидели и глядели в пустоту. И можно было подумали, что это просто психи из дурки. Но это было бы ошибкой. Через пару метров от горящего автобуса пронеслась толпа таджиков, которые гнались за тремя узбеками. Преследователи орали что-то не понятное и размахивали арматурами. Леша с Катей поняли, что те расисты, гнавшиеся за черным были не одни такие. Леша решил что им вдвоем лучше пока спрятаться в машине. А вдруг они и на нас нападут, мы ведь не таджики, пронеслось у него в голове. Надев повязки, скрывавшие большую часть лица, машина со всей скоростью, которая позволяла дорога, рванул вперед и перед ними предстал конец Пехотной улицы. Но тут опять началось землетрясение. Те дома, что были перекошены, перекосились еще сильнее, а некоторые вовсе рухнули. Там где мы планировали проехать, начали образовываться провалы. Один за другим машины в том месте стали исчезать. А вместо них появился ужасный запах канализации. В этот раз землетрясение продлилось немного меньше, но на дороге позади образовалась огромная трещина, в которой могли смело поместится два автобуса.

– Так. Ты цела? Спросил Леша у Кати.

– Да. Ответила та.

– Дальше мы не проедем. Из-за толчков канализация обрушилась и теперь это вонючее болото, а не дорога. Надо сворачивать отсюда на Щюкинскую, а там на Курчатова. С него мы уже попадем на Волоколамское шоссе.

– А вдруг там, на шоссе мы не сможем проехать?

– Сможем, а если и нет, то пойдем пешком. Только надо будет кожу и лицо сильнее прикрыть, а то еще нападет озверевшее племя темнокожих. Катя не оценила шутку и начала глядеть по сторонам. По улицам все еще встречались люди. Некоторые даже пробовали остановить машину, но не знаками внимания, а грубой силой. Леша же, вовремя прибавлял газу и их камни с арматурой не достигали цели. Доехав до поворота, они увидели, что стало с Щукенским парком. Кстати неплохим, красивое было место. Только теперь его нельзя было так назвать. Земля всюду перепахана, кое-где виднелись борозды от падения метеоритов. А там где они приземлились, зияли огромные кратеры с обуглившимися камнями и землей. Но даже там оставались островки зелени, где трава, а где кусты. Кое-где даже деревья. Хоть те и были чуть подгоревшие. Быстро повернув, чтобы не видеть той разрухи в парке, мы чуть не врезались в дом. Удивительно но здание, которое по заверению мера было очень прочным превратилось в груду обломков и это скорее всего произошло из-за толчков. Местами даже остались рамы со стеклами, правда без стен. Но стекла целы. Объехав эту гору с лева по узкому проходу, впереди оказался свободный коридор. Леша с Катей было обрадовались. Но только после преодоления половины пути они заметил, что машины не пропали, их стащили к домам и тем самым перегородили переулки. А впереди был узкий проход между двумя КАМАЗами. Леша было хотел повернуть, но сзади тот узкий проход через который они заехали, был уже забит десятком бочек, посмотрев же вперед он отметил что та же ситуация сейчас и у выхода из коридора. Поняв, что они в ловушке жена занервничала, а муж попросил, чтоб та дала ему оружие и была готова если что повезти машины. Послушав мужа, Катя дала ему сайгу, которую он поставил с боку у сиденья, так что бы с наружи ее не было видно. Быстро посмотрев наверх, Леша увидел не понятных людей в черной одежде. Кто это? Промелькнул вопрос в его голове. Если бандиты, то они нас убьют и заберут машину с вещами, а если это пришибленные расисты, то мы им можем просто не понравится и исход будет тот же, нас убьют, а вещи заберут. В какой-то момент из-под КАМАЗа вылез жилистый человек. Леша даже не заметил его, пока тот не вылез полностью. Уже достав сайгу он хотел было выстрелить, но человек покачал головой и указал пальцем на крышу машин. Подняв взгляд, он увидел человек пять, целившихся ему в голову. Поняв всю безвыходность положения, он опустил оружие и сказал Кате вести себя смирно, а то застрелят. Увидев, что Леша понял его предупреждение, человек стал идти к машине. Но остановился в полтора метре от нее. Точнее от меня, наверное чтоб не загораживать вид на мою башку, предположил Леша.