Иван Киселев – Дневник попаданца (страница 45)

Сменив положение, я встретил направленный на меня клинок. Однако я удивился тому, кого встретил. Рыцарь.

- Ван Лёша? - сказал человек с длинными волнистыми волосами и в побитых латах, явно переживших не мало сражений. На правой половине его лица был шрам: от переносицы до скул через щеку. Помимо этого был небольшой ожог на щеке. Его вопросительная интонация не требовала задержки. Он явно хотел убедиться в том, что услышал. Его глаза требовали этого. Однако я никак не мог понять этого взгляда. Эту боль и надежду в глазах. Сочетание столь противоречивых чувств.

- Ван Лёша. - сказал я кивнув. Теперь я не боялся его. Ну, не полностью. Мне было интересно, что же с ним стало. Какую историю он мог бы мне поведать? - А.А.А. Але. Алекс-с-ей. - тяжело выговорил он, кивая моему удивленному лицу. Не описать ту смесь эмоций, что я испытал. Кто-то мог назвать моё полное имя. Кто-то знающий. Живший со мной, но не подозревающий обо мне. Столь же близкий в этом мире и столь же далёкий в том. Этот человек. Мы столько раз пересекались. Столько было возможностей.

Эти мысли полностью забили мою голову. И судя по удивлённому лицу наставившего на меня оружие человека. Без страха за свою жизнь я поднялся - Ты помнишь меня? Мы виделись ещё в тюрьме. - сказал я, широко улыбаясь не полностью веря в происходящее - Помню - сказал он, отводя взгляд куда-то вдаль. Его лицо застыло в состоянии шока, который он пытался подавить. - Чёрт. Я так давно не слышал, так давно не говорил. Думал я один! - продолжил я.

- Я тоже. - сказал он без всякой радости со спокойным лицом. - В том доме. - сказал он, указывая на полуразрушенную избу за моей спиной - Поговорим там - закончил он, проходя мимо меня и попутно возвращая меч в ножны.

- Конечно! - сказал радостно я - Я многое хочу у тебя узнать.

Я следовал за ним шаг в шаг, обдумывая каждый свой вопрос. Сейчас передо мной открывается множество возможностей. Судьба преподнесла мне исключительный шанс. Возможно мы единственные попаданцы во всем этом мире.

Место к которому мы шли - ещё одно чудо. Переживший пожар дом. Почти упавшая крыша и ветхие деревянные стены, что разваляться в любой момент от любого удара. Зайдя внутрь через одну из таких проломленных стен, мы оказались в пустом помещении, где одиноко стояла печка, набитая хворостом и досками. Рыцарь, подойдя к ней, пальцем прикоснулся к хворосту, от чего тот загорелся. Через пару секунд пламя распространилось и из каменной трубы пошёл дым.

Рыцарь присел возле печки, смотря в пламя, словно в телевизор. Он кажется о чем-то размышлял и в отличии от меня - на его лице совершенно не было той же радости от встречи с земляком, как у меня. Лишь пристально наблюдал за огнем своим уставшим взглядом.

Я присел рядом с ним и тоже принялся смотреть в огонь. Какое-то время мы так и сидели, смотря на танец языков огня под треск древесины. Однако просто сидеть и смотреть мне было недостаточно. Меня пожирало любопытство. И как бы я не старался сдержать его, я всё же задал странный, но вопрос - Ты что-то видишь? - сказал я, смотря на лицо собеседника - Лишь огонь. - ответил он, не отвлекаясь.

- Знаешь, недавно ты мне угрожал мечом. Теперь мы сидим здесь и смотрим на огонь. - сказал я, всё еще стараясь держаться на позитиве - Моё имя ты уже выбил. Скажи как зовут тебя.

- В этом мире меня зовут Максимус - "Святой меч Визанской Короны". - сказал он. В его словах не было ни почести, ни бахвальства. Создавалось ощущение, будто бы он говорил о бремени. Однако я не хотел копаться в этом. Нужно было начать разговор с чего-то веселого?

- Максимус? - с улыбкой сказал я, слегка смеясь - Выбрал конечно ты себе имя пафосное, Максим.

- Я тоже смеялся, когда назвал его. - перестав смотреть на огонь и отведя взгляд вниз сказал он.

- А чего, так называемый: "Святой меч Визанской Короны" делает в этом месте? - с пафосом выговаривая каждое слово сказал я. Максим резко повернул свою голову ко мне. Его выражение лица напомнило мне Зиргета. Отрешенное от мира сего. Только вот если Зиргет пытался искать смысл, то Максим будто погряз в этих размышлениях.

Это сильно напрягало. Когда я хотел разрядить обстановку, он вдруг начал говорить, спокойно сказал - Я возвращаюсь к началу, что-бы встретить свой конец. После этой фразы, улыбка спала с моего лица также быстро, как возник следующий вопрос.

- Что ты этим хочешь сказать? - сказал я с напряжением в голосе. В глубине я знал, что он имеет ввиду. Однако мне хотелось найти какой-то другой посыл этих слов. Просто не хотелось верить, что единственный человек в этом мире, способный понять и говорить со мной, говорит о таких вещах так спокойно, будто выхода у него нету.

- Ты наверняка уже понял, что мир этот далеко не сказочный. Наверное ты даже понимаешь это куда лучшем, чем я. Мои глаза видели все пороки этого мира. Сливки общества, проклятые золотом и властью. Отребье, не способное ни принять своей судьбы, ни изменить её. - сделав небольшую паузу, Максим вытянул лезвие меча вперед к свету огня. На лезвии множество зазубрин, оставленных после многочисленных боев, а также большая трещина в середине. - Этот меч. Трижды проклятый мной кусок стали. Он слепо рубил и колол врагов короны, впитывая их кровь. Он разрывал их на части в попытке доказать кому-то что-то. Жаль, что слишком поздно он дал трещину. - закончил он.

- И ты решил всё закончить вот так?! Даже не попытавшись изменить всё? - резко приблизившись, агрессивно сказал я.

Максим бросил на меня раздраженный взгляд, однако довольно быстро успокоился. - Люди бояться моего имени - снова переключившись на огонь, спокойным голосом начал говорить Максим. - Они считают меня падшим спасителем, или мерзким ублюдком, совращенным тьмой и желающим лишь крови. Но ты. - резко переключился на меня Максим - Ты отмечен тьмой. Я это чувствую. Метка. Однако ни частью Тьмы, ни частью Света, ты не являешься.

- То есть я какой-то другой? - удивленно спросил я.

- В каком-то роде - сказал Максим. - Когда ты сказал своё имя, ты говорил на языке этого мира. Как бы объяснить. - Максим замолчал на пару секунд, после чего продолжил. - Я свободно общаюсь на местном языке. Что-то в моей голове преобразует речь как мою, так и чужую. Какое-то время я привыкал к этому. Однако когда начал говорить ты, голоса не было.

- То есть, ты хочешь сказать, что я неполноценный? - спросил я.

- Нет. - твердо ответил он. - Их нас двоих, ты видишь куда яснее, чем я с самого начала. Тебе очень повезло. Мне уже поздно исправлять ошибки. - переключившись на огонь, он добавил - Лишь отвечать.

Вместе с ним наблюдал и я, осмысляя сказанное.

Судя по всему, между нами, попаданцами, большая разница. Только вот не пойму с чем она связана. Его слова, несмотря на происходящее, кажутся бредовыми. Мне бы и хотелось в них верить, но не покидает чувство недосказанности. Что-то явно не так.

Он с самого начала знал местный язык. Судя по всему он прожил здесь не один год и пережил не мало событий. Он меч какой-то короны. Начало у него явно было положено кем-то. Кем-то...

- Максим, а как ты попал сюда? - спросил я. - Меня вот какая-то сущность поймала в подворотне и закинула сюда. Без слов, без цели, без знаний.

Он снова отвлекся от огня. В его глазах промелькнула искра.

- Сущность говоришь... - сказал он, почесывая щетину. - Это было когда я спал. Во сне что-то явилось мне. Бесформенное нечто в белой дымке с двумя ярко-синими глазами. Оно сказало, что я нужен в другом месте. Что на мою душу у неё есть планы, а моя цель куда более важная, чем я мог бы себе представить. Оно говорило что-то про относительность. Сказало, что я первый и последний. Потом я проснулся в ритуальном зале королевского двора, где меня встретила Ларес. Я сразу же отключился, а как проснулся, оказался в спальне покойного на тот момент второго наследника.

- Интересное у тебя начало было - сказал я. - Меня вот выкинуло в канаву в зимней одежде.

Максим впервые за разговор улыбнулся. - В канаве говоришь. - сказал он, сжимая рукоять меча. - То существо умеет шутить.

- Скажи, ты двигаешься в большой город на карте, да? - спросил я, доставая и развёртывая карту. - Как насчет пойти вместе?

Максим встал и начал собирать вещи. Накинул сумку, подобрал мешок с провизией. Я немного удивился, однако подниматься не решил. Когда он собрал всё, то подошёл ко мне и сказал: - Да. Однако вместе мы пойти не сможем. - положив на мою голову левую руку он добавил. - Ты хочешь спать, Лёша.

После этих слов по телу прошла дрожь. Я начал падать назад, веки потихоньку закрывались. Треск древесины и размытый танец огня в печи начал усыплять меня. Последнее, что я услышал - Мы не увидимся, но я надеюсь, что тебе удастся найти правильный путь.

Свет во тьме

Дворовая собака, уходящая к городу по главной дороге. Хромая, побитая и обездоленная шавка. Он знал этот город. Знал людей в нём. Всех, кто кормил его. И всех, кто гнал прочь. Вид дворняги пугал прохожих. Вдруг бешеная? Люди оборачивались и сторонились собаки, пропуская вперед. Охотники, ловцы, все, кто знал как изволить неизвестную собаку двинулись на перехват псины, однако это было бессмысленно. Собака уже пришла на место. Надгробие девушки, известной лишь узкому кругу лиц. Он прилёг перед ней и затих.