Иван Кириллов – Кель и Джил. Тайны древних (страница 27)

– Согласен.

Неторопливо прикрыв глаза, Дон’Аллан рассмеялся надменно-снисходительно, но сдержанно, не раскрывая рта, выпуская воздух через ноздри, едва заметно подёргивая плечами.

Разноглазый заметил, что если бы его учитель выкинул что-то подобное несколько лет назад, то его это непременно бы задело до глубины души, и заставило переживать. Но только не теперь, когда ему удалось выяснить о старце не самые притягательные подробности. Вернув кружку на место, он спокойно поинтересовался:

– Что именно тебя так веселит? Самонадеянность Келя? Или несвойственное ему желание пойти на риск?

– Скорее, его инфантильность. – С лёгкой издёвкой отметил хозяин дома. – Мне казалось, что Кель намного серьёзнее подошёл к расшифровке знаний, заложенных в книге, и узнал то, чего ему знать не следовало. И тогда спланировал всё до мельчайших деталей, а также продумал все альтернативы на случай, если бы хоть что-то пошло не так. И только после этого, подгадав самый удачный момент, скрылся из моего поля зрения, опасаясь за свою жизнь, чтобы добраться до материка и открыть людям правду. – Старик бросил на собеседника колкий взгляд. – А оказалось, что он просто решил поиграть в кладоискателя. Честно говоря, моё представление о его умственных способностях и мотивации находилось несколько выше.

Доран несогласно хмыкнул:

– Но ведь, в итоге, он действительно выяснил всё. Почти всё. И добился определённых успехов. – Не без гордости в голосе подметил Разноглазый.

Дон’Аллан медлительно помахал рукой:

– О, прошу тебя, обо всём по порядку. Не раскрывай самых интересных подробностей раньше времени. Так ведь можно и всю историю попортить.

– Действительно. – Разноглазый взял кружку, поболтал её, понаблюдав за результатом, и, взглянув на хозяина дома поверх керамического края, заговорил. – Кель решил вздремнуть перед началом своего путешествия, выпив некоторое количество пива.

Глава вторая. Кель и Джил

Из объятий сна Келя вырвал тот факт, что Осса яростно трясла его за плечо, выкрикивая, при этом, прямиком в ухо громкие призывы поскорее открывать глаза. Лекарь с большим трудом разлепил сначала одно веко, а затем и другое. Он обескураженно уставился на дочь трактирщика взглядом полным непонимания. Осса дёргала его за плечо настолько интенсивно, что даже те немногие мысли, что сейчас ворочались в голове юноши, больно ударялись о стенки черепа, точно булыжники, грохочущие на склоне горы во время камнепада. «Что-то у меня чересчур сильное похмелье для пары кружечек пива, да ещё и наступило чересчур быстро», – эта мысль, обратившись в массивный валун, стукнулась о затылочную кость Келя, и прокатилась от самой макушки до основания позвоночника, вызвав у лекаря противные мурашки. Юноша, болезненно поморщившись, выпрямил спину, после чего провёл рукой по голове от лба до шеи, поправив волосы. Наконец, осмотревшись, он вспомнил, в каком положении и где находился.

Немного придя в себя, Кель сообразил, что, скорее всего, похмелье наступило из-за дегидратации, и сделал про себя пометку, что в следующий раз, потеряв много жидкости через пот из-за жары, следует для начала выпить водички, а не бросаться первым делом хлебать мочегонный алкоголь. «Кстати, об этом», – осмотрев мутным, неясным взглядом Оссу, заботливо поглаживая лоб, он уточнил у неё местонахождение уборной.

Та одарила его таким взглядом, которого обычно удостаиваются городские чудаки. Ничего не говоря, она вытянула руку, указав юноше за спину, прямо под лестницу с ним по соседству. Только сейчас, повернув голову назад, он обнаружил, что на соседней с часами стене находилась ещё одна дверь, которая вела туда, куда лекарю в данный момент хотелось попасть больше всего. Он даже представить себе не мог, каким образом умудрился за всё это время её не заметить. Придерживая левой ладонью голову, чтобы она не отвалилась, юноша осторожно поднялся, скрипнув стулом, и аккуратными шажками направился в уборную. К своему удивлению, Кель обнаружил, что придерживание головы каким-то образом помогло прочистить её и облегчить процесс мышления.

Закончив свои дела, лекарь привёл себя в порядок, и умылся, чтобы немного освежиться. Вышел он намного более бодрым шагом, чем заходил. Посмотрев на часы, юноша с ужасом обнаружил, что у него оставалось около пяти минут, чтобы успеть добраться до восточных ворот вовремя. Теперь он вспомнил, что дочь трактирщика орала ему в том числе и извинения за то, что заработалась и слегка припозднилась с пробуждением. В этот момент Кель пожалел, что заранее не спросил у кого-нибудь дорогу, а заодно и немного поругал себя за недальновидность. Он огляделся, в надежде найти хозяина трактира, его дочь, или хоть кого-нибудь, похожего на местного, того, кто хорошо знал бы город.

Но Осса успела куда-то испариться, в зале не было ни души, место за стойкой до сих пор пустовало, видимо, Сол с женой всё ещё возились на кухне. Однако в следующую миг лекарь понял, что не сразу заметил, что один из столиков всё же занимали два человека.

Он направился прямиком к ним, но, приблизившись, присмотрелся получше, и обнаружил нечто удивительное, что-то, что даже заставило его на пару мгновений забыть о том, что он может опоздать, пожалуй, на едва ли не самую важную встречу в его жизни. Как оказалось, за столом сидели вовсе не люди. На самом деле, удобно устроившись на деревянных стульях, друг с другом тихо-мирно беседовали эльф в свободных тёмных изумрудно-зелёных одеждах, и рыжий бородатый гном, одетый в кожаные штаны, ботинки и жилетку, поверх несвежей белой рубахи. Опешив, юноша остановился и потёр глаза, чтобы убедится, что это не сон: «Весь в коже в такую-то жару. – Про себя подметил юноша, покачав головой. – Интересно, о чём они говорят? Друзья, наверное? Хм, маловероятно. Скорее, обсуждают свои торговые дела. Или, не исключено, что просто два нелюдя оказались в одной лодке и решили поболтать друг с другом, находясь в окружении людей? Так сказать, на вражеской территории? – Кель задумчиво почесал нос. – А чего гадать? Подойду и познакомлюсь. Вначале извинюсь, за то, что прервал их беседу, потом спрошу, можно ли присоединиться, объясню необычность ситуации и осведомлюсь, чем они тут занимаются. Ну не прогонят же они меня, в самом деле? – Он кивнул сам себе. – Да, так и сделаю. Это будет интересно. – Но, сделав первый шаг, лекарь, зажмурившись, ткнул себя двумя пальцами в висок. – Балбес! Ты о чём думаешь?! У тебя нет на это времени! Тебе же нужно к восточным воротам! К Джил! Бесы-бесы-бесы».

Отчаявшись, лекарь решил всё же попытать счастья, и спросить дорогу у нелюдей, которые, скорее всего не знали город, как в этот момент за его спиной скрипнули петли и захлопали двери. Юноша обернулся, и увидел, как с кухни вышла Осса – одной рукой она держала поднос с двумя бокалами и несколькими тарелками с какой-то снедью, а в другой бутылку вина. Мило улыбнувшись, она кивнула Келю, быстрым ровным шагом подошла к столику гнома с эльфом, ловко расставила посуду и поинтересовалась, не желали ли гости ещё чего-нибудь, после чего, услышав, что её позовут, в случае чего, принялась резво протирать незанятые столики.

Кель несказанно обрадовался внезапному появлению дочери трактирщика, и немедленно поспешил к ней. Выслушав вопрос лекаря, Осса вкратце объяснила тому дорогу. Принимая указания, юноша не смог не обратить внимание, что Осса носила голубое платье из той же ткани, что и её мать, только гораздо более элегантное, подчёркивавшее фигуру, с воротником, украшенным замысловатой вышивкой. Сложив в голове инструкции, он сообразил, что ему нужно будет вернуться к конюшням, где он свернул, чтобы добраться до трактира, и там, повернув направо, пробежать до следующей развилки, там снова повернуть направо, а на следующем перекрёстке налево, и идти до упора. У себя в голове Кель запомнил это как «направо-направо-налево». Ещё дочь трактирщика упомянула, что лекарь мог бы существенно сократить путь, если бы пошёл по переулкам, но предупредила, что так он скорее потеряется и, в итоге, потратит больше времени.

Спешно поблагодарив Оссу, Кель, убедившись, что все его пожитки остались при нём, стрелой вылетел из трактира, на ходу натянув перчатки, сбив по пути стул и толкнув входную дверь плечом так, что петли едва удержали её на месте.

***

Оказавшись снаружи, лекрь ощутил, что солнце всё ещё припекало, хотя и уже постепенно клонилось к горизонту. Пухнущей от нехватки влаги в организме голове юноше этот факт, тем не менее, не добавлял никакого комфорта.

Мельком оглядев улицу на наличие опасностей, вроде чёрных карет, Кель повернул налево, и побежал. Теперь он не обращал никакого внимания на прохожих, потому как ему совсем не хотелось опаздывать на встречу с Джил, поэтому он полностью сосредоточился на дыхании, чтобы, передвигаясь в ровном темпе, не выдохнутся до самых ворот. Как медик юноша знал, что во время бега первым делом следовало обеспечить мышцы как можно большим количеством кислорода, а потому следовало глубоко вдыхать носом, а выдыхать ртом, стараясь выпустить весь воздух за как можно более короткий срок, чем он и занялся, пока в его голове ритмично, словно маятник, мелькало: «Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выдох».