Иван Кириллов – Кель и Джил. Тайны древних (страница 20)

Юноша сделал паузу в ожидании, что настолько леденящие душу откровения о тёмной стороне магии сумеют вызвать у девушки неподдельный интерес. Заметив это, Джил кивнула. Её апатичный взгляд говорил о том, что она слушала лекцию не потому, что ей хотелось, а скорее из вежливости, или, что более вероятно, потому что рассчитывала, что наличие всех этих знаний необходимо для дела. Лекаря немного разочаровал сей факт, но он не подал виду, решив, что аппетит приходит во время еды, и в конечном итоге ему удастся полностью завладеть вниманием артистки. Поэтому, он продолжил, стараясь подавать материал как можно интереснее:

– В центре располагается знак нейтральной магии. Круг, вписанный в квадрат. По задумке художника, круг и квадрат – это полные противоположности друг друга. Ибо квадрат состоит из четырёх линий, у него есть чёткие грани, и углы. Круг же, напротив, состоит всего из одной линии, которая замыкается саму в себя, отчего невозможно сказать, где находятся её начало и конец. Квадрат символизирует строгость, а круг доброту и уют. И всё же, несмотря на свои различия, они идеально подходят друг другу, потому как круг вписывается в квадрат, становясь его частью. И получается, что уют и доброта круга защищают крепкие углы и грани строгого квадрата, в сумме образуя нечто нейтральное. К тому же, такой подход присущ так же и людям – мы часто прячем свои самый добрые эмоции, чувства и намерения глубоко в душу, оставляя снаружи только колючесть и холодный прагматизм, чтобы защититься. – Кель многозначительно посмотрел на Джил. Но та лишь саркастично усмехнулась, и покачала головой, давая понять, что она орешек покрепче многих, и ему не удастся настолько легко её раскусить. – К нейтральной магии относятся создание амулетов, зачарование, общение между людьми на больших расстояниях, предсказание будущего и ясновидение прошлого, а также усиление и изменение собственного тела, вплоть до неузнаваемости. Настоящие мастера данной школы магии могут превратиться в волка, медведя, кошку или даже крысу. Но здесь имеются нюансы, которые в данный момент не имеют значения, поэтому мы их опустим. – Опустив глаза, артистка часто закивала, выражая своё полное согласие. – А вот эти линии, которые соединяют между собой знаки разных школ, призваны символизировать изначальную магию, или, как её ещё иногда называют, первоначальная магия. Ибо хоть некоторые направления в магии по природе своей являются антагонистичными, всё же в основе каждой из них лежит изначальная магия, которая их объединяет, несмотря ни на что, и является как бы общим прародителем. Правда, мне мало что известно о первоначальной магии, из-за того, что по ней существует невероятно мало научных работ. Когда я спрашивал своего учителя, почему так получилось, он ответил, что это всё равно что написать трактат о том, как дышать. Потому что изначальная магия, как я уже говорил, лежит в основе любой другой магии, а это означает, что ею владеют абсолютно все, и при этом никто не владеет в совершенстве. Минимальные знания о ней требуются в самом начале обучения, но чем дальше ты прогрессируешь, тем менее нужной она становится. Как-то так.

Закончив лекцию, Кель, как полагается хорошему преподавателю, замолчал, давая своему ученику время на осмысление новой информации, а также на то, чтобы задать возникшие по пути вопросы. Однако Джил продолжала смотреть на него, в ожидании какого-нибудь продолжения, и не собиралась ни о чём спрашивать.

На этот раз юноша расстроился не на шутку из-за того, что ему не удалось увлечь своего собеседника. Келю стало казаться, что все его слова пролетели мимо ушей девушки, и, таким образом, весь труд ушёл в песок. Тихонько грустно вздохнув, он перешёл к заключительному слову своих разъяснений:

– Единственное, чего я не смог понять, так это почему на обложке эти знаки расположены именно так? В наше время книги, свитки, и всё, что так или иначе связано с гильдией магов маркируют тем же знаками, но в совершенно другом порядке. Их располагают в следующем порядке, строго вертикально: свет, воздух, вода, нейтралитет, пламя, земля, тьма. И все соседние знаки так же соединены прямыми линиями. Таким образом, они выстроены в том же порядке, что и соответствующие им гильдии в башне магов. Вообще-то в официальной версии знаки антагонистичных школ магии соединены ещё и дуговыми линиями, как небольшая дань памяти Освободителям, но часто ими пренебрегают, так как для многих это выглядит слишком громоздко и непонятно. Однако, судя по состоянию, эту книгу написали намного позже эры Освободителей. Так почему же её промаркировали настолько устаревшим образом? На этот вопрос нам ещё только предстоит найти ответ. Мне кажется, отчасти в этом лежит ключ к разгадке её тайны.

Джил всё с тем же каменным лицом осматривала обложку книги, и ждала, скажет ли Кель что-нибудь ещё. Однако лекарь молча пристально смотрел на артистку, явно давая понять, что эта часть объяснений закончилась, и он требует хоть какой-то ответной реакции. Даже простого «понятно», ему было бы достаточно, чтобы хоть как-то отметить его усилия.

Уловив этот момент, девушка расцепила руки, чтобы указать пальцем на один из символов, изображённых на книге. Предвкушая вопрос, лекарь уже успел обрадоваться, однако у артистки на уме было что-то совсем иное:

– Знак школы магии огня, как ты там его описал? Язычок пламени? Чем-то смахивает на локоны в причёске мадам Падур. Тебе так не показалось? – Глумливо подметила она.

Столь резкая смена темы привела Келя в полное замешательство:

– Что? Кто это?

– Та, на кого ты пялился, когда тебя чуть карета не переехала. – С лёгкой издёвкой пояснила девушка, мотнув подбородком в сторону окон.

Кель посмотрел на Джил с недоумением:

– Что? Ты видела? Отсюда? – Лекарь оглянулся на окна трактира, а затем зачем-то заглянул под стол, и за плечо своей собеседницы. – А ты что, её знаешь? Можешь нас познакомить? Я бы с удовольствием узнал её поближе!

Всплывавшая из воспоминаний красавица-лисица заставила юношу взбодриться и вмиг позабыть обо всём. Но, поймав на себе взгляд девушки, полный ехидства, он понял, что только что добровольно запрыгнул в расставленную специально для него ловушку.

В этот момент Кель осознал, что, несмотря на напускное безразличие, Джил обладала острым слухом и зрением, и обращала внимание и запоминала всё, что происходило вокруг неё, даже то, что, казалось бы, на первый взгляд, совершенно её не касалось. С одной стороны, он обрадовался, потому как это означало, что она действительно выслушала и запомнила всё, что он рассказал ей по ходу лекции. С другой, он начал самую малость её побаиваться, даже, скорее немного беспокоиться, потому как с подобными людьми нужно постоянно держать ухо востро, и тщательно следить за языком и своими действиями.

Чтобы выпутаться из положения, лекарь развернулся к артистке, сел прямо, положив локти на стол, выпятил грудь, расправил плечи, и сказал, нацепив максимально серьёзное выражение лица:

– Подожди, а при чём тут вообще она? – Он зажмурился, и рубанул воздух ребром ладони, как бы отгоняя от себя лишние мысли. – Это случай не имеет к нашему разговору никакого отношения. – Однако, по не сходящей с лица ухмылке Джил он понял, что так просто сорваться с крючка у него бы не вышло. Надув щёки от досады, лекарь выпустил воздух через ноздри. – Знаешь что? – Артистка вопросительно приподняла бровь. – Лучше скажи, много ли ты знаешь о древнейшей истории магии, и Войны-За-Освобождение, в частности?

– Знаю примерно то же, что и все. Около пятисот лет назад эльфы приплыли в земли людей и начали захватывать всех в рабство. Но потом пришли Освободители, первые маги, и дали эльфам такого пинка, что они вылетели с нашего континента, как гордая птица ёж. – Расслабив ладонь, Джил изобразила в воздухе примерную траекторию, по которой, по её мнению, остроухие захватчики покинули материк.

Кель недоумённо взглянул на артистку, и осторожно уточнил:

– Речь ведь идёт про того самого ежа? Ну, который с иголками, круглым носом, и четырьмя лапками?

Джил свела брови:

– Да.

– Но ведь ёж млекопитающее. Не птица?..

Теперь пришла очередь Джил награждать лекаря обескураженным взглядом:

– Ты что, никогда этой шутки не слышал?

– Нет. Что за шутка? – С искренним интересом спросил юноша.

Артистка с прищуром посмотрела на лекаря, и не торопилась отвечать, пытаясь сообразить, не пытался ли новый знакомый сам её подловить в отместку за последний подкол. Но, не обнаружив никаких подводных камней, скрестила руки на груди, и сказала:

– Ёж – птица гордая. Пока не пнёшь – не полетит. – Произнесла она таким тоном, будто её оскорблял сам факт незнания настолько простой и распространённой юморески.

– О!.. – Кель взглянул на Джил, как будто ожидал какого-то продолжения, чтобы шутка превратилась в анекдот, или, хотя бы, каламбур. Но, сообразив, что эта пара предложений являлась законченным произведением юмористического искусства, неловко хохотнул, и произнёс. – Ха. Забавно. – Для пущей убедительности он кивнул, и добавил. – Смешно.

В ответ девушка одарила его кислым взглядом. Оба немного помолчали, просто глядя друг на друга. После чего артистка вздохнула, положила локти на стол, и продолжила с того места, на котором остановилась: