За ним ходит враг лукавый,
Худы мысли носит,
На блуд, ссору, на разбойство
Его производит.
Пропившийся нагой человек сидит
Да в кулак трубит.
К нему приходили
Отец и мать,
Добрые мысли приносили,
Что жаль дитяти.
А он бежит, как лютый зверь,
Речей не любит.
Гонят жестко, велят человеку скоро
Во ад ступать.
Хватился он, проклятый сын:
— Пропади ж тот час, година,
Когда мать родила!
Почему меня, маленького,
Не научила,
На добрые дела, мысли
Не наводила,
До Божией до церкви
Не посылала!
Еще солнце не заходит.
Я спать ложуся,
На исповедь готовлюся,
Богу молюся.
Как подумаю про свой тяжкий грех,
Слезами обольюся.
Не надейся, человече,
На прежние дары!
Возьмут мое грешное тело,
Положат на густой туман,
Дадут мне смутное ложе,
Темную гробницу.
Остаются злато, серебро,
Дорогая одежда!
Думал бы взять с собою,
Да там не надобно;
Не надо ни злата, ни серебра,
Ни дорогой одежды,
Только надо сажень земли
Да четыре доски.
Ударили во все звоны,
По смерти године,
Всему миру прощение
И моей родине.
Протекает вода холодная
По мне, по лежащем,
Прорастает ковыль-трава
По мне, по смердящем.
Аллилуия, аллилуия, слава Тебе, Боже наш!
И с пятницы до субботы
И шел Господь дорогою,
Дорогою широкою;
Пришел Господь к колодцу,
Из колодца девка воду берет.
— Дай мне, девка, воды испить!
— Эта вода не чиста,
С дуба трестка налетала,
С клена листья нападали.
— Стой, девка, покайся!
Ты сама нечиста!
Семерых сынов породила,
В этом колодце утопила.
