Иван Катиш – Фантастика 2025-150 (страница 34)

— Мы не отказываемся, мы не можем. Нет у нас света в том углу, — сердито ответил я.

— Шутники, — усмехнулась Аглая. — Пошла я. Шанкс, проводи меня.

Шанкс увел Аглаю, а мы остались.

— Чего она хотела-то? — спросил Баклан.

— Проверяла какую-то свою теорию, — ответил Дима. — Судя по всему, теория подтвердилась на 100%.

— То-то она ушла такая довольная.

— Да?

— Ага. Как человек, который смотрит на небо и прикидывает, что в час дня будет дождь. Который будет лить ровно пятнадцать минут. А потом всё так и происходит. Тогда человек думает, что он провидец и молодец.

Провидец и молодец вышел на улицу вместе с Шанксом.

— Всё, дальше не ходи. Я была совершено права, это не они.

— Да мы вроде и так не сомневались…

— Всегда полезно проверить. Так что пришлю к тебе на неделе мастеров, будем ставить камеры. Но вообще забавный народ к тебе заселился. Ты еще с ними наплачешься.

— А правда будете ставить стенку между людьми и роботами? Зачем? Мы потеряем второй выход, это же небезопасно.

Аглая вздохнула.

— Я поговорю с начальством. Приведу твои соображения. Может, и правда не надо. Заодно меньше работы будет.

Утром я примчался в инкубатор, когда еще девяти не было, и на входе столкнулся с вездесущим Шведом.

— Так и знал, что припрешься ни свет, ни заря. Как чувствовал.

— Хей, здорово, что ты уже пришел! Меня бы без тебя не пустили?

— Да пустили бы. У тебя только в дальние комнаты доступа нет, но тебе туда не надо. Иди работай, садись за тот же стол.

Я тут же цапнул планшет со стойки и вытащил программу Антона, про которую думал все выходные. Два щупальца, которые пока толком не закрепил, держались неплохо. Теперь их надо было довырастить до нормального размера. Однако меня смущало то, что они начинают слегка залипать друг на друга. В принципе это было объяснимо, поскольку Антон запланировал на это место выставить опорную точку. А почему не по центру-то? Ага, понятно, здесь не закрепить. Но что-то меня в этих слипающихся щупальцах беспокоило. Поэтому я сдублировал работу, первой версии запустил импульс на рост щупалец, а второй велел ничего не делать. Тут надо было подумать еще.

Из размышлений меня вытрясла Влада. В этот раз она была исключительно нарядной: в бежевых недоперчатках, закрывающих три пальца из пяти, и белоснежном комбинезоне, перетянутом на талии ремнем из золотистых проводов. По контуру пряжки ремня бегали искры, и я рефлекторно уставился на них.

— Риц! Бросай всё! Проверка! Из министерства! А у тебя допуски не оформлены! Беги за мной.

— Кто? Что? Зачем?

Я с трудом оторвался от созерцания Владиного ремня.

— Пошли! Я тебя выведу. Нет, не выведу, они уже здесь! Бегом, бегом! Брось планшет, он тебе не нужен.

Влада вытащила меня из-за стола, поволокла в соседнюю комнату и остановилась около ряда металлических шкафов, мимо которых в пятницу мы просто прошли.

— Куда ты меня ведешь?

Влада захихикала.

— У нас тут шкаф. Смотри! Пустой, идеально подходящий. Будешь прятаться в нем, как любовник.

— Какой любовник?

Я опять уставился на огненную пряжку. Владина мысль от меня отчаянно ускользала.

— Обычный. Представь, что ты пришел в гости к чужой жене, а тут явился муж. И тогда ты прячешься в шкаф. И сидишь среди рубашек и подтяжек.

— Зачем я пришел в гости к чужой жене? Что такое подтяжки? Куда мы идем?

— Сюда!

Влада распахнула центральный шкаф. Внутри него действительно ничего не было.

— Лезь туда! Когда они уйдут, я тебя позову.

Выглядела она при этом так, как будто сто раз так делала. Захваченный ее уверенностью, я полез в шкаф. Подумал, пусть она сошла с ума, не буду с ней спорить. Сейчас послушаюсь, а потом посмотрим.

Прикрыв за мной дверь, Влада метнулась обратно. В комнате зазвучал голос Гелия и еще один незнакомый голос. Я попробовал прислушаться, но жужжание вентиляции перебивало звук, так что я бросил это дело. В шкафу было скучно. Сесть было нельзя — слишком мало места. Хорошо, хоть на голову не давило, шкаф был достаточно высок. Я переступил с ноги на ногу, и тут меня осенило. Зачем же я как дурак сделал Антоновой медузе два щупальца? Ну и что, что там изначально было два. Но технически нужно только одно, потому они и слипаются, как будто чувствуют свою ущербность. Если Антон хотел, чтобы она на что-то опиралась и проворачивалась, тогда щупальце должно быть одно. Причем исходник я могу взять тот же самый, просто перед тем, как растить его в длину, надо нарастить ей толщину в основании, а только потом длину, тогда получится отлично. А для контроля у меня будет дубль, который будет, как планировалось, отращивать два щупальца. И посмотрим, кто получится лучше. Думаю, что я прав, и новый вариант победит старый. Я прокрутил пока эту возможность в голове, задумавшись, забыл, где нахожусь, и вывалился из шкафа прямо перед Гелием и еще каким-то важным мужиком.

— Риц, что вы делали в шкафу? — хмыкнул Гелий.

Заместитель министра образования Радий «Радий» Михайлович неторопливо вышагивал по дорожке, ведущей к инкубатору, когда его окликнули:

— Да ты не к нам ли собрался?

Радий повернулся. Его бодро догонял гроза чиновников и глава инкубатора — Гелий «Гелий» Васильевич, с которым Радий был однозначно согласен только в одном, — что не стоит плодить сущности без необходимости. В остальном разногласий у них было предостаточно.

— К вам, к вам, конечно же.

— Хотел без предупреждения ворваться?

— Вовсе нет, надеялся, что ты уже на работе.

— Уел. Я еще не там. Пойдем вместе.

Они прошли по дорожке мимо кафе бок о бок, распугивая студентов. Не будь они хорошо известными людьми, смотрелись бы почти комично: седой высоченный Гелий и такой же седой, но совершенно круглый, Радий.

— Я хотел извиниться, — подал голос Радий. — За своих сотрудников. Насколько я понимаю, имели место разрушения.

— Имели, — кивнул Гелий. — И весьма значительные, впрочем, я надеюсь ликвидировать ущерб в срок. Если задержишься, можешь увидеть автора программы, скажешь ему пару добрых слов.

— Я лучше тебе скажу: я действительно сожалею. Департамент оптимизации связей отличается избыточным энтузиазмом. Я стараюсь его купировать, но, к несчастью, альтернативой является полный паралич направления.

— Хм. Затрудняюсь сказать, что хуже. Тебе виднее.

— Ты, разумеется, как обычно не хочешь сотрудничать…

— Я не хочу делать бессмысленные вещи. Это совершенно точно, тут ты прав, и раз уж ты все равно движешься к нам, предлагаю тебе посмотреть на наши работы и, может быть, мы найдем точки соприкосновения получше. В лаборатории прямо сейчас не должно быть много людей, все же сессия, но кого-то ты точно увидишь.

Некоторое время они шли молча. Много лет назад Радий прослушал у Гелия обзорный курс по органике процессов, как раз тогда и шла кампания за введение дополнительного идентификатора к имени, и отлично помнил, как Гелий тогда категорически отказался изобретать что-то еще и просто сдублировал свое настоящее имя в ник. Радий тогда подумал, что это отличная идея, и выступил так же, хотя никто из друзей его не понял, ведь ник давал великолепную возможность подсветить какую-то грань своего характера, не полагаясь на выбор родителей. Очевидно, Гелию это было неинтересно, и Радию было приятно признаться себе, что и ему тоже. После того курса они неоднократно пересекались на заседаниях разнообразных комитетов, пока Гелий не прекратил всю эту активность и не засел безвылазно в своем инкубаторе. В какой-то момент они перешли на «ты», чем до смерти пугали других чиновников, которые подозревали в факте их знакомства какой-то заговор.

— А что, собственно, случилось? — подал голос Гелий. — Ты вроде бы не был замечен в любви к инспектированию?

Радий улыбнулся.

— Пользуюсь служебным положением. У вас тут приятно: солнце, приятные лица, хвостатые белки. И никаких заседаний. Еще я приглашен на семинар по переосмыслению городской среды и непременно зайду.

— Какой ужас. Что молодежь нам готовит? Движущиеся фонари? Интервальные ступени?

— В нашем возрасте все ступени норовят выступить интервальными. Но, на самом деле, меня привлекло место проведения — на центральной поляне. Помню, там есть тень.

— Да-да, есть. Только в тень они не стулья ставят, а кладут эти чудовищные мешки, похожие на ловушки, из которых потом не выберешься.

— Я рискну. Тем более, организаторы обещали новую модель — на сенсорном управлении.

— Ахаха, они все-таки запустили ее в серию?

— Опытный образец.

— Ну тогда ты должен быть готов ко всему. В прошлом году это восхитительное изобретение не столько помогало подняться сидящему, сколько выкидывало его лицом вниз.

— Ничего страшного. Зато я смогу протестировать и устройство, и качество своего тренера по функциональной гимнастике. Он клянется, что под его руководством я улучшил свои двигательные возможности на восемнадцать с половиной процентов, что дает ему право повысить цену на свое занятие. Если ваш мешок меня уронит, сообщу, что тест роста возможностей не пройден и до повышения придется поработать еще.